Под Опалой, на Большой - Дмитриев Александр Николаевич - Страница 56

– Это почему ты так думаешь? – не понял товарища Андрей.

– Это не я так думаю, это гидрометеоцентр так думает. Сегодня по радио слышал. Утром обещают прекращение дождя. А после обеда – прояснение.

– Ну правильно, – согласился Вадим. – Если бы гус был, мог бы и на неделю растянуться. А там вон как поливает! За ночь все и прольется.

– Завтра, так завтра, – пожал плечами Андрей.

– Нет, поедем послезавтра с рассветом. Завтра надо хорошо подготовиться, – сказал Сергей. – Возьмем у меня на даче палатку трехместную, – хватит нам. Продуктов надо дня на три взять, на всякий случай. Андрей, мы с тобой завтра съездим на море, заберем спальные мешки, еще чего-нибудь – там посмотрим. Ружья приведем в порядок. Короче, работы на завтра хватит. Дома женам скажите, что опять на море едем. Им ничего знать не нужно.

– Ну, это само собой.

– Естественно.

Это все Вадим и Толик произнесли в один голос.

– Ну ладно, – сказал Андрей, – у вас еще работа. А мы с Серегой – отдыхать, уже час ночи. До пяти вы, наверное, все не успеете сделать. Так что завтра в ночь всю икру и перевезем. Заодно и эта стечет. Ну, дерзайте.

– Пока, мужики. Завтра с утра пораньше мы подойдем. Что нужно будет – поможем. До завтра, – попрощался Сергей и пошел на выход вслед за Андреем.

Как и обещали синоптики, к обеду следующего дня дождь и в самом деле прекратился. А ближе к вечеру лучи клонящегося к горизонту солнца наконец-то прорвали пелену облаков и засверкали мириадами блесток, отражаясь от все еще дрожащих на траве и в листве деревьев капелек воды. Когда же стемнело, небо почти полностью очистилось, и в его глубине начали загораться огоньки звезд.

За день друзья со всем старанием и ответственностью подготовились к предстоящей охоте.

Рано утром следующего дня, стараясь не разбудить Ларису и Танюшку, Сергей, даже не позавтракав, вышел из квартиры. Спустившись вниз, он сел на лавочку и закурил.

Стояли самые длинные дни в году, и в это время на улице было уже светло. Сергей посмотрел на часы. Они показывали пять минут шестого. С минуты на минуту должен подъехать Андрей.

Все необходимое, вплоть до ружей и патронов, еще с вечера находилось у него в машине. Уже в темноте, после того как к Сергею в погреб перевезли икру, при свете фонарика они поставили на место заднее сиденье, а затем и уложили в "уазик" все, что им понадобится на охоте.

Внутри Сергей ощущал смутное беспокойство, и не столько за себя, сколько за друзей. Вправе ли он подвергать их такому риску из-за собственной глупости? Если бы он тогда послушался жены, если бы в то утро не забыл на холодильнике нож, ничего бы этого не было. Не пришлось бы сейчас ехать на тундру и подвергать смертельной опасности себя и своих друзей. Но на то они и друзья. Ведь случись что-либо подобное с кем-нибудь из них, разве он остался бы в стороне? Да ни за что! Будь что будет.

Минут через десять подъехал Андрей. Сергей, как обычно, сел на сиденье рядом и поздоровался с другом.

– Как настроение? – Андрей был в отличном расположении духа, словно ехал не на встречу с диким и грозным зверем, а порыбачить на спиннинг.

– Какое тут может быть настроение! – Сергей с грустью махнул рукой.

– Ну, это ты брось! – сказал Андрей, трогая с места. – Завалим мы твою зверюгу. Куда она от нас денется? И Вася заходи!

По всему видно было, что он хочет подбодрить друга.

– Вот увидишь, мы из нее еще шашлыков нажарим. Только, чур, "поляну" ты накрываешь.

– Андрюха! – воскликнул Сергей. – Если мы ее зажарим, я тебя целый год каждый день поить буду!

– Ну, столько моя печень не выдержит. Да и Ирка нас раньше похоронит. Но на неделю я согласен. Только учти – один пить не буду.

– Все вчетвером гулять будем. До посинения.

Сергей заметил, что от нескольких минут общения с никогда не унывающим другом у него и впрямь заметно улучшилось настроение.

Тем временем они подъехали к дому Вадима. Он тоже ждал, сидя на лавочке около подъезда. Как и Сергею, Андрей задал Вадиму тот же вопрос, когда тот устроился среди мешков на заднем сиденье и захлопнул дверцу:

– Как настроение?

– А как у Петра перед Полтавой, – нарочито бодро ответил Вадим. – Приподнятое и боевое.

– Вот! Настоящий охотник! – И Андрей повел машину за последним членом их компании.

Они подъехали к дому, где жила Валентина, подруга Толика. На лавочке у подъезда того не оказалось.

– А он точно у нее ночует? – поинтересовался Вадим. – Может, у себя дома?

– Мы ж его этой ночью сюда привозили, – сказал Андрей. – Если только разругался с ней…

Они подождали минуты три.

– Пойду зайду. А то, может, и правда зря стоим?

Только Андрей собрался выйти из машины, как дверь подъезда распахнулась, и из нее выбежал Толик, на ходу надевая ветровку.

– Извините, мужики, – сказал он, усаживаясь рядом с Вадимом. – Чуть не проспал.

– Так и скажи, что от Вальки оторваться не мог, – глядя на Толика через плечо, пошутил Андрей.

Тот широко заулыбался и ничего не ответил.

– Ну, тебя про настроение спрашивать не буду. И так все видно, – под дружный хохот друзей сказал Андрей. Он вдруг стал серьезным, чуть-чуть погазовал на месте и затем произнес: – Ну, с Богом, мужики.

Машина плавно тронулась с места и стала набирать ход, а ее водитель сразу же снова превратился в балагура и остряка Андрея Самойлова, каким всю жизнь его знали друзья.

Грунтовка после дождя еще не просохла и по-прежнему представляла из себя грязное месиво со стоящей в глубокой колее водой. Чтобы опять не пришлось освобождать "уазик" при помощи лопаты, Андрей вел машину аккуратно, на малой скорости.

Всю дорогу Сергей внимательно всматривался в окружающую их тундру, боясь и в то же время надеясь увидеть бурую тушу одноглазой медведицы. Но тундра, насколько хватало глаз, была пуста.

Подъехав к Ржавому ручью и остановив машину у дороги, они пешком немного углубились в тундру. Место для лагеря выбрали метрах в пятистах, где была более-менее ровная площадка для палатки и с таким расчетом, чтоб поблизости не было шеломайника и оврагов, где бы могла спрятаться медведица. Не снимая с плеч заряженных ружей, они перенесли все имущество из машины на эту площадку.

В начале десятого утра палатка была поставлена, вещи разложены по своим местам, и лагерь стал вполне пригоден для проживания. Толик принес с ручья воды в чайнике и поставил ее кипятить на компактную плитку, работающую от газового баллончика... Как выяснилось, никто в это утро не завтракал, и все с аппетитом налегли на галеты и рыбные консервы, запивая их горячим ароматным чаем.

Перекусив, Сергей закинул за плечо карабин и стал прохаживаться в стороне от палатки, постепенно отходя от нее все дальше. Оставшиеся в лагере друзья сидя и полулежа на земле в обнимку со своими ружьями вели неторопливую беседу. Андрей несколько раз с грустью проводил взглядом небольшие стайки куропаток, пролетающие совсем близко.

– Эх, зараза! – в сердцах выругался он. – Из-за этой твари даже дичи нельзя настрелять. Если начать палить, она ни за что не подойдет.

– Да. А как бы здорово было на ужин куропаточек зажарить!.. – мечтательно проговорил Вадим.

– Ужин ужином, а с обедом что-то думать надо, – сказал Толик. – Я пойду опять за водой схожу, а вы начинайте картошку чистить.

Прошел обед, прошел ужин. Медведица не показывалась. Сергей изредка возвращался в лагерь и, перекусив или перебросившись с товарищами несколькими фразами, опять удалялся в тундру.

Наконец солнце село, и начали сгущаться сумерки. Одному в тундре оставаться становилось опасно, и Белов присоединился к друзьям. Присев на кочку рядом с палаткой и положив карабин, он сказал:

– Ведь я чувствую, что она где-то рядом, ощущаю ее и… не вижу. Где она может прятаться?

– А может, чувствует, что мы по ее душу пришли? Вот и не высовывается, – предположил Андрей.