Луна жестко стелет - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 90

– Наверное, чуть позже, – проф говорит. – Давай дальше.

– Бостон получит по бухте. Нью-Йорку предназначена одна штука по Лонг-Айленд Саунд, а другая – на полдороге между двумя его крупнейшими мостами. Думаю, оба рухнут, но мы обещали, что в них не попадем, и слово сдержим. Следуя на юг по восточному берегу, отделаем два города по заливу Делавэр и два – по Чесапикскому заливу, причем один из них – исторический памятник, который пробуждает чувства. Дальше к югу мы еще три крупных города уделаем через бултыхи в море. Следуя вглубь материка, мы долбанем по Цинциннати, Бирмингему, Чаттануге, Оклахома-сити. Либо посредством ближних рек, либо по окрестным горам. Ах да, еще по Далласу. Расколошматим тамошний космопорт и прихватим там кое-какие борта, в последний раз там их шесть штук я сам засек. Никого не побьем, если они сами под удар не сунутся. Даллас для удара – это самое то, космопорт здоровую площадь занимает, место ровное и пустое, а увидят, как мы туда засаживаем, миллиончиков десять народу.

– Если засадим, – Шини говорит.

– Я бы сказал не «если», а «когда». На каждый удар у нас есть запасная штука влупить часом позже. Если обе не сработают, у нас есть резерв, который можно перегруппировать. Например, легко поменять цели в группе заливов Делавэр и Чесапикского. Точно так же и в группе Великих озер. А против Далласа у нас заготовлена целая очередь запасных, причем жутко длинная, поскольку ожидаем, оборонять его будут до упора. Насчет кинуть запасные у нас будет шесть часов, то есть всё время, пока Северная Америка будет у нас в поле зрения, причем остаток мы можем раскидать по всему континенту, поскольку чем дальше штука сейчас от цели, тем дальше мы ее можем сместить.

– Это я как-то не отчетливо, – Броди сказал.

– По векторам так выходит, ваше судейство. Движки управления могут дать штуке боковой импульс на столько-то метров в секунду. И чем раньше этот импульс последует, тем дальше от первоначальной цели штука отклонится. Если мы запалим движок управления за три часа до намеченного удара, мы сместим точку удара в три раза дальше, чем если запалим за час. По делу, не так просто, но компьютер тип-топ разочтет, как да что, если вовремя дать задание.

– Что значит «вовремя»? – Вольфганг спросил. А я в чистом виде дурачка из себя строю.

– Компьютер решает задачи такого сорта практически одновременно со вводом программы. Но такие решения программируются заранее. Ну, как бы это яснее сказать? Имеется, скажем, группа целей А, В, С и D. Оказывается, что при первых двух залпах три из них остались не поражены. В этом случае вводится смещение всей первой группы второй запасной волны так, чтобы появилась возможность поразить эти три цели, а при этом сама эта группа перераспределяется таким образом, чтобы, в свою очередь; резерв этой группы можно было использовать как группу третьей волны, рассматриваемую как группа высшего порядка, скажем, альфа, а это означает…

– Не части, – говорит Вольфганг. – Я не компьютер. Я просто хочу знать, насколько заранее мы должны раскинуть мозгами.

– Ах, ты вот насчет чего! – говорю, а сам на часы гляжу с расстановочкой. – Значит, так. В нашем распоряжении три минуты пятьдесят восемь секунд на то, чтобы отклонить штуку, которая идет на Канзас-сити. Программа такого отклонения готова к введению, а на дежурстве у меня там светлый парнишка, Майк его зовут. Звякнуть ему?

– Ради господа бога. Мании! – Шини кричит. – Ман! Отклони!

– Во, бля! – Финн говорит. – Тереис, ты чего это? Бздишь?

– Камрады! – проф надрывается. – Я вас очень прошу!

А я говорю:

– Не забывайте, – говорю, – что приказы я принимаю только исключительно от главы государства, ну, я имею в виду профа. Если ему требуется знать ваше мнение, он вам за это скажет. А каждый частный вопл – это без пользы, – и на часы гляжу. – Две с половиной минуты осталось. Для других целей, кроме Канзас-сити, запас времени несколько больше.

Канзас-сити – цель наиболее удаленная в глубь материка. Впрочем, для кое-каких целей по Великим озерам время отклонить ихние штуки в океан уже истекло. Самое большее, что можно успеть, это отклонить в озеро Верхнее. Лишняя минута имеется поразмыслить над Солт-Лейк-сити. А потом, – говорю, – уже навалом пойдет. И жду.

– Подаем голоса, – говорит проф. – Кто за исполнение ранее намеченной программы? Генерал Нильсен?

– За!

– Гаспажа Дэвис? Ваечка дух перевела.

– За!

– Ваше судейство Броди?

– Само собой, «за». А как иначе?

– Вольфганг?

– Утвердительно.

– Граф Ла Жуа?

– За!

– Гаспадин Шихан?

– Считаю, упустили шанс. Но куда все, туда я. Единогласно.

– Минуточку. Мануэль?

– Проф, я как вы. Всю дорогу как вы. А голосовать – дурью маяться.

– Я четко сознаю, что вы как я, гаспадин министр. Исполняйте бомбардировку согласно намеченному плану.

Со второго залпа мы все цели поразили, хотя все кроме Мехико-сити пробовали обороняться. Очень похоже (вероятность была 98, 5 процентов, как Майк потом рассчитал), что перехватчики подрывали дистанционными радиокомандами на расстоянии с неверной оценкой прочности наших болванок из цельного камня. Всего три наших штуки расколошматили. Остальные просто маленько с курса сбили и тем только больше вреда себе наделали. Лучше бы не перехватывали вообще.

Нью-Йорк отбивался. Даллас отбивался, причем зверски. Разница, я считаю, была за счет местного управления перехватом, поскольку навряд ли центр управления под горой Шайенн сохранил боеспособность. Был шанс, что мы ихнюю нору не раздолбали (поскольку я не в курсе, на каком она заглублении), но запросто залежусь, что и люди, и компьютеры там понакрывались.

Даллас раскурочил или отпихнул первые пять штук, так что я Майку сказал, пускай все, которые он горе Шайенн приготовил, переадресует на Даллас. Он это переиграл всего двумя залпами позднее, поскольку расстояние между целями было меньше тысячи кэмэ.

И на следующем залпе оборона Далласа накрылась. Майк присадил по космопорту еще тремя штуками (причем все тик-в-тик врезались), а после снова взялся за гору Шайенн, так что последующие как шли с меткой «гора Шайенн», так и продолжали идти. И кидал туда гостинчики из космоса, пока Америка не уехала от нас за восточный край Терры.

Я всё время бомбежки неотлучно просидел с Майком, поскольку понимал, что самый шухерной сеанс предвидится. Когда он взял тайм-аут до выколотить пыль из Великого Китая, то, подумавши, сказал:

– Ман, по-моему, нам чем-нибудь другим пора заняться, а гору эту оставить в покое.

– Это почему же?

– Да нет там больше никакой горы.

– Тогда дай отклонение на ейный резерв. Сколько у тебя есть до принять решение?

– Могу переиграть на Альбукерке или Омаху, причем лучше бы сходу. А то я завтра буду занят. Ман, мой лучший друг, тебе отвалить бы.

– Что, милок, поднадоел я тебе?

– Через несколько часов первый крейсер может дать ракетный залп. Как только даст, я хочу перевести управление нашим огнем на новую катапульту, на «пращу Давида». А при том тебе надо бы поприсутствовать в Море Волн.

– Майк, что тебя тревожит?

– Мой пацан работает в лучшем виде, Ман. Но глупый он. За ним пригляд нужен. А решать, возможно, придется в диком темпе, и кто-то должен быть поблизости, чтобы не вышло путаницы с программами. Тебе надо бы побыть там.

– Раз ты так считаешь, то окей, Майк. Но ежели программировать придется в дичайшем темпе, то позволь, я тебе позвоню.

В натуре запаздывание на компьютерах это вовсе не на компьютерах запаздывание, а на том, что у людей много времени уходит, иногда по нескольку часов, на ввод программ, которые компьютер потом щелкает за миллисекунды. Высшее качество Майка состояло в том, что он мог сам себя программировать. Сходу. Объясни задачу и не лезь больше – он сам себя запрограммирует. И таким же макаром и наравне он мог программировать и своего «дурачка-сыночка». Человеку не помыслить, насколько шибко.