Древний свет - Джентл Мэри - Страница 137

— Опасность представляет все Внутреннее море, если его не знать, — добавила Рурик. — Вероятно, у них на джатах есть шкиперы, которым известно, что оставаться так долго в открытом море даже летом — значит рисковать попасть в шторм. Взглянем на все с другой стороны: Острова Сестер представляют собой некоторое укрытие.

У меня рябило в глазах, и я, потирая их, откинулась на спинку кресла. Прошло четырнадцать часов, а этот ортеанский летний день, проведенный в воздухе над джат ами и джат-рай , никак не кончался. Из девяти возможных контактов семь принесли успех. Я подумала: «Я больше не могу судить о том, что здесь может быть „успехом“…»

Рурик Чародей отстранилась от головизора, уперев в его край босую черную ступню, сильно выгнутую, снабженную ногтями, походившими на когти, и в мозолях от долгой ходьбы. Ее единственная рука переместилась за спину и почесала там, где начиналась грива.

— Я прочла сигналы их гелиографов, — задумчиво произнесла она. — Достаточно просто. Они пользуются кодами для торговли на каналах. Я прочла о разногласиях между хайек , о разногласиях между семьями и Колдунами Харантиша. Если даже это не так, — сказала она с кривой улыбкой, — то не из-за недостатка усилий! Что бы еще мы ни делали, мы даем им определенные причины говорить о себе.

Я вывела на экран цифровую информацию.

— Согласно этим данным — а я не уверена, что следует доверять им при расчете движения парусных судов — первый джат достигнет этой точки завтра рано утром. Если они войдут в острова…

— Здесь телестре Арентине, Валера и Перниэссе.

Запищал коммуникатор. Какое-то время я не обращала на него внимания: вероятно, это были Дуг или Кори, возвращавшиеся на Кумиэл с наступлением ночи.

— Нам следует поговорить с Нелумом Сантилом, — сказала я. — С Халом, Кассирур, Бетан и остальными из такширие , что находятся в Таткаэре.

Она подняла голову. На ее узком лице всех Орландис горели желтые глаза, которые прикрылись поползшими вниз мигательными перепонками, скрывая какое-то не поддающееся прочтению чувство. С каким-то клиническим рационализмом, из которого состоял весь Чародей, она сказала:

— Сто Тысяч не будут долго ждать, прежде чем отправить к Богине этих опустошителей земли. Если хайек нападут на острова, островитяне станут сражаться. Думаю, для них безразлично, что Пустынное Побережье имеет нечто большее, нежели арбалеты и ножи, — они вступят в бой. А потому нам не следует ждать, когда хайек доплывут до Мелкати, чтобы понять, что за оружие обитателей другого мира дала им ваша Компания.

— Рурик…

Она не обратила на мой протест никакого внимания:

— Если кораблям нужно укрытие, то следует погодить действовать. Дать время распространиться распрям между хайек . Вы должны сказать Нелуму Сантилу, что ожидание может сделать за нас наше дело, а он должен поговорить с островными с'ан .

— «Наше» дело?

Она потерла рукой лоб — там, где старый шрам клейма изгнания морщил темную кожу.

— Кристи, может быть, это хорошо, что мне нельзя объявляться в Таткаэре. Если бы я могла, то целиком была бы Орландис, а не отчасти, была бы всей телестре , а не ее частью… — Быстрый взгляд ее глаз встретился с моими. — Тетмет будет здесь, когда мы сядем, и станет говорить мне, что мне следует вернуться в Касабаарде и оставаться в Башне. Но я думаю, что здесь от меня больше пользы. Я могу здесь говорить с семъями-хайек . Но, знаете, даже будь это иначе, мне было бы трудно оставаться сейчас вдали от Ста Тысяч.

— Вы отправитесь в Таткаэр?

Бледно-зеленое освещение кабины F90 придавало ее коже болезненный оттенок. Стареющая ортеанка в сорочке и брюках; висевшие прежде на плече харуры теперь заменил СУЗ-IV в кобуре на поясе, однако внешне она больше походила на изгнанного наемника, чем на Чародея — и это видела даже я, частично делившая ее воспоминания. Но безопаснее, хотя и довольно странно, — быть узнанной как изгнанная Рурик Орландис, чем как Чародей из Касабаарде.

Ее внимание вернулось к головизору:

— У нас есть несколько часов до того момента, когда мы узнаем, что они станут делать. Мы успеем отправиться в Таткаэр дожидаться там утра.

В небе сияли белые и голубые, красные и золотые летние звезды Орте. Этот свет был ярче, чем лунный свет на Земле, и теперь он лился на башни Цитадели без окон, на утес, где стояла Цитадель, и на многоцветье мох-травы, росшей в Каменном Саду. Поблескивали бассейны для сбора росы. Журчали в звездном свете декоративные водопады, и шум падающей воды служил постоянным фоном для разговора. Белый рашаку-базур , вцепившись всеми четырьмя когтистыми лапами в вершину скалы, хлопал широкими крыльями и издавал резкие крики. Пахло мох-травой — нагретые солнцем камни постепенно остывали.

— Приветствую вас, т'ан . — Когда я спустилась вниз по резным ступеням рядом с водопадом, на моем пути оказался ортеанец в имирской одежде. — Что нового? Использовали ли вы оружие с'аранти !

В этот момент я увидела Т'АнаСутаи-телестре , проговорила что-то примирительное и бессодержательное и прошла через сад к столу Нелума Сантила. Здесь была целая толпа народа, состоявшая в основном из с'антелестре . Под ногами шустро носились маленькие дети, а аширен постарше разносили травяной чай и плоды киза . Оглядевшись по сторонам с намерением сказать кое-что Рурик, я обнаружила, что она и уроженец Топей Тетмет затерялись среди толпы.

— Приветствую вас, т'ан Кристи. Какие новости?

Прежде чем я успела ответить Нелуму Сантилу, сидевшая рядом с ним Кассирур подняла голову и сказала:

— Рашаку Дома-источника приносят известия о том, что корабли хайек находятся в каких-нибудь сорока зери от Перниэссе.

Рядом с красногривой женщиной сидел, сгорбившись, ортеанец; он блеснул своими по-птичьи ясными глазами и произнес:

— Мои люди сообщают, что у них на борту есть оружие с'аранти и что вы испытали на себе его применение.

Я села рядом с Халтерном.

— Зачем же вы спрашиваете меня о новостях? Вы знаете не меньше моего!

Еще одно лицо за этим столом, коренастая женщина Бетан Т'Ан Кире, широко ухмыльнулась, глядя на меня:

— Мы не дураки, с'аранти .

Аширен поставило на стол передо мной бокал с травяным чаем. Эти столы были вырезаны из гранитных плит. Ими уставлен весь Каменный Сад: они стояли в углублениях, или на склонах, либо — как наш — были установлены в нише под аркой. И весь этот гранит был покрыт тонким слоем почвы, на которой росла голубая, ярко-красная, желтая и изумрудная мох-трава, но теперь это не было заметно из-за большого числа ортеанцев и ортеанок, собравшихся на такой небольшой территории. Над головами с черными гривами я мельком увидела чей-то черный комбинезон, а разглядев, что это был Джэмисон, подумала, что где-то недалеко и Кори. Потом заметила и ее, сидевшую с Дугом Клиффордом за другим столом, где их окружили с'ан в римонских одеяниях.

Нелум Сантил сидел, сцепив пальцы, отодвинувшись от стола. Его темная грива была гладко причесана, а вокруг черных зрачков едва виднелись белки — признак усталости. Однако теперь он с большей легкостью нес бремя власти Т'АнСутаи-телестре .

— Вам нечего добавить, т'ан Кристи?

— У меня лишь вопросы, Т'Ан Сантил. Через несколько часов корабли хайек будут у Островов Сестер… или же пройдут стороной и тогда чуть позже окажутся в пределах видимости побережья Мелкати. Что вы намерены делать, если это произойдет?

Его темная голова повернулась в сторону ортеанцев, собравшихся говорливыми группами в этом саду.

— Вы знаете Сто Тысяч, т'ан Кристи. И, так сказать, совсем не благодаря мне или моему такширие .

Кассирур поставила на стол свой бокал с травяным чаем.

— Я бы сказала вот что: сражаться или выжидать, чтобы убивать тайком, если бы не — нет, Т'Ан Халтерн, я скажу — если бы не гуляющие по городу слухи, будто с флотом к нам движется оружие Колдунов.