Древний свет - Джентл Мэри - Страница 89

— Если у хайек есть оружие высокого уровня, теперь они им воспользуются. В любую минуту, в любую секунду… — Я повернулась к Дугу. — Я хочу отправиться на орбитальную станцию. Я хочу подняться туда и сказать им «нет», мы не поддерживаем Компанию, правительство не давало им согласия на использование базы в Мире Тьерри… — Я задыхалась от злости, стыда и оскорбления.

— Вот материалы, переданные спутниками.

Я подошла и встала рядом с ним. Репортеры и Мендес были небольшими фигурками в углу экрана. От основного голографического изображения исходил жгуче-белый свет Побережья — неужели штормы миновалитеперь , именно теперь ! — этот свет, который заливал землю цвета охры и дальние предгорья Эланзиир а.

Решебет, он ли это? Кривая линия из хирузета обозначает волнолом. Теперь она едва видна из-за валунов и кусков горной породы, сорванных с низких гребней, обычно тянувшихся вдоль каналов, и среди этих валунов — опрокинутые корпуса джат ов, металлический блеск потускнел от покрывшей их пыли. Кольцеобразные мачты изогнуты, джат-рай притиснуты друг к другу силой взрывов. Канал выходящий к гавани, запружен обломками, а стоявшие рядом лачуги обрушились; вода канала заливала бесплодную землю, стекала вниз, и от нее оставалось не более чем воспоминание…

Под пылающим солнцем лежали тела: ортеанцы, неловко придавленные обрушившимися камнями и плававшие в воде вниз лицом, но вот, когда камера немного смещается внутрь суши, видны толпы людей (сверху) — одни передвигаются, растянувшись цепочками вдоль тропы рядом с каналом, другие неподвижно стоят и молчат, вот мужчина, держащий на руках аширен , вот две женщины с гривами бледного цвета, и еще, и еще.

— Удар имел чисто военные цели, — сказал за кадром голос Корасон Мендес. — Потери убитыми и ранеными были сведены к минимуму. Я приказала F90 пройти на малой высоте над этими портами в 21.40 и еще раз в 21.50 в качестве сигнала к эвакуации местного населения из зоны гаваней.

Рука Дуга легла на мою, невольно сжав ее до боли. Его лицо приобрело болезненный серо-желтый цвет.

— Единственными военными целями на Орте являются гражданские лица… — это прозвучало от репортера ЭВВ, темноволосой Роксаны Висконти.

— Этой акцией мы предотвратим более широкое применение силы, — сказала Кори Мендес. — Если бы северного континента достигла не небольшая его часть, а весь флот вторжения, то могла бы стать необходимой и более жесткая акция, которую предотвратило использование карающей силы на данной стадии.

Я пыталась, но не могла в передаваемых спутником материалах увидеть что-нибудь большее, нежели этот сюжет. Мне хотелось знать, были ли опустошены все гавани, сколько джат ов было разрушено.

— Как же, черт возьми, мы могли сделать такое! Компания не может…

— Смогла, — сказал Дуг. Он отвернулся от головизора, глядя на пыльную комнату дома телестре , на жаровню, на кресло-кушетку, на размещенные на стенах карты, выполненные по данным спутников, и на его лице была заметна озадаченность. Он сказал: — Может, потому что у них есть сила. А теперь мне, возможно, придется отправиться к Т'Ан и проинформировать их о том, что «мое правительство поддерживает действие мультикорпорации „ПанОкеания“, совершившей нападение на ортеанцев, и, следовательно, я также его поддерживаю»?

Я сказала:

— Компания всегда жалуется на то, как захватывает территории «НюАзия», как это делает «Чайна-Ко»; разве они не считают, что подобное и их делает похожими на любые другие мультикорпорации? — Я отошла от головизора. — Дуг, у вас нет выбора; если вы не пойдете вместе с Компанией, то они поднажмут дома, чтобы вас отсюда убрали.

— Тогда я очень напуган тем, что они намереваются сделать именно это.

Я чувствовала сильную слабость и потрясение и никак не могла взять в толк: вот небо над крышами Таткаэра, вечернее небо, чистое и ясное, как любое другое, и сияние Звезды Каррика, но вот просыпаешься в этот самый вечер и обнаруживаешь, что все изменилось…

Дуг, аккуратно застегивая обшлага комбинезона, сказал:

— Кому-то из тех, кто имеет полномочия, следует проинформировать Т'Ан и такширие о происходящем сейчас на Побережье. Вы представляете «ПанОкеанию». Я нахожусь здесь от имени правительства. Подозреваю, что командор Мендес хорошо сознает, что наши служебные обязанности…

— С нами не советовались, нам ничего не было сказано, и мы не несем за это ответственности… Дугги, я даже не верю в то, что об этом знает Молли . Я не могу связаться ни с кем на побережье. Это Мендес, и она действует самостоятельно.

— Для посторонних мы будем считаться ответственными, правительственный посланник и специальный советник…

— Пройдет совсем немного времени, и мы услышим об этом от репортеров ЭВВ, — сказал Дуг. — Похоже ли, что ественное мнение намерено быть сторонником поддержки того, что здесь произошло? Я знаком с персоналом ЭВВ. Если уж они потрясены, то «наземные» будут просто в ужасе.

Я слышала доносившуюся снаружи вечернюю суету Таткаэра, чувствовала запах готовившейся пищи и понимала, что не могу теперь предсказать, как воспримут это ортеанцы телестре . Что для них страшнее: что враг сжигает Мелкати или что этот враг испытал на себе действие оружия с'аранти ?

— Правительство будут считать ответственным за это, — сказал Дуг Клиффорд. Он перевел дух. — Мне недостает того, чтобы изменить своим убеждениям и заявить: я согласен со всеми вашими упреками, мне стыдно быть частью этой администрации. Если бы существовало что-нибудь, что я мог бы сделать, чтобы осудить подобное, то я сделал бы это. Все, что я могу — лишь беспомощно стоять рядом и наблюдать, как этот механизм продолжает идти вразнос.

Мысль о необходимости преодолеть шесть миль по Таткаэру до Цитадели изнуряла уже сама по себе, а что касается того, какие объяснения могли бы быть представлены Ховису, Хассие и Бетан, Блейзу, Халу, Кассирур и Ромаре Керис-Андрете…

Я сказала:

— Мы попытались остановить это. Теперь. Мы пытались заставить этих людей и семъи-хайек заключить мир. — А за тем, когда мы вышли из комнаты, я сказала: — Но, Дугги, вы подумали вот о чем: как мы будем реагировать, если то, что сделала Мендес, положит конец войне? Не будет ли она после этого права?

Звездный свет падал внутрь сквозь прорезь в куполе большого Дома-источника. Этот свет летних звезд Орте, смешанный с тлеющим желтым светом свечей из воска бекамилов , освещал заплетенные гривы наскоро одетых ортеанцев, стоявших или сидевших на рядах каменных скамей, запрудивших входы в этот куполообразный, погруженный в сумрак амфитеатр. В воздухе висел гул голосов мужчин и женщин, слышались стенания аширен . В мгновения тишины доносился шум крыльев рашаку и становилось осязаемым опасение: какие есть сообщения из Мелкати? Шум дискуссий становился громче.

— Атаковали гавани? — возмущенно воскликнула Кассирур Альмадхера.

— Бомбили входы в гавани, чтобы сделать их непроходимыми для судов. — Дуг стоял перед группой Т'Ан на нижних рядах этого каменного амфитеатра. Он стоял с высоко поднятой головой, с вызывающим и (хотя посторонние и не могли этого видеть) пристыженным видом, будто его осадили. Я подошла и встала рядом с ним перед этим импровизированным советом обвиняющих лиц — теперь у них имелись новости, и они, кажется, решились выжать из нас все факты.

Под светом звезд грива Кассирур утратила свой алый цвет, превратила ее лицо в маску пепельного цвета. Ее рука упала на плечо Халтерна, сидевшего ниже, на соседней скамье.

— О, Мать Источников! Сражаться, да, но разрушать… — Она замолчала. Говорящие-с-землей проявляют заботу о всей земле. Ромаре Керис-Андрете, мрачный и самодовольный, что-то тихо сказал ей, а затем повернулся в сторону, разговаривая с резкой и воинственной Бетан Т'Ан Кире. Ортеанка нахмурилась.

— Как вы осмелились действовать, не посоветовавшись с нами? — Халтерн попытался встать и снова сел, бледный от гнева, испытывая от него физическую боль; рука Кассирур нажала на его плечо, воздействуя ощупывающим прикосновением Говорящих-с-землей. Он проигнорировал ее сказанное шепотом предостережение. — И это — мерило того, насколько ваши люди считаются со Ста Тысячами?