Надежда победителя - Файнток Дэвид - Страница 68

– Не пей сейчас, Джефф, пожалуйста, – взмолился я.

– Я и не собирался. Это для тебя. – Он плеснул в стакан немного джина, бросил пару кубиков льда, протянул мне. – Пей.

Я послушно хлебнул, поморщился – давненько не пробовал крепких напитков – и снова завел свою волынку:

– Джефф, ну почему все-таки ты не хочешь завербоваться на следующий срок? Ты так мне нужен. Оставайся.

– Я гожусь в образцовые офицеры? Видишь? – Джефф обвел рукой грязную квартиру. – Нам вдалбливали в голову высокие понятия: честь, храбрость, самоотверженность. А в действительности армия живет по-другому. Я по таким законам жить не хочу.

– В моих глазах ты был самым лучшим гардемарином.

– Чушь собачья.

– Да знаешь, что ты для меня значил! – вскрикнул я и бухнул стакан на стол так, что выплеснулся джин.

– Забыл, как тебя из-за меня выпороли?

– Ты о «походе» в камбуз? Ерунда какая!

– А я жалел о том проколе долгие годы. Я во всем был виноват, один только я…

– Не дури, Джефф. – Я быстро промокнул на столе капли джина.

– Ник, может быть, я действительно чем-то помог тебе тогда, но все это в прошлом. Я неудачник. История с камбузом, потом с женой Дагани… Слишком много ошибок.

Как же его образумить? Я медленно потягивал капли со дна стакана. Наконец пришла дельная мысль.

– Скажи, Джефф, зачем ты перебил меня, когда я орал на кадетов?

– Они были не виноваты, а ты мог влепить им кучу нарядов.

– Ну и что? Они же всего лишь кадеты.

– Не прикидывайся, будто ты не считаешь их за людей.

– В том-то и дело, что иногда не считаю. Вот для чего ты нужен мне, Джефф.

Печально помолчав, он задумчиво вздохнул:

– Жаль, что нам не довелось служить вместе, Ник.

– Жаль… Ты удержал бы меня от преступлений, не позволил бы мне погубить свою душу. Только не спрашивай, как это произошло. Все равно не скажу.

Джефф откинулся на спинку кресла, снова умолк и погрузился в задумчивость.

– Ник, – наконец устало промолвил он, – куда делись надежды нашей юности?

– Умерли от старости. – Я встал. – Спасибо за джин. Джефф, ты же видишь, что со мной происходит, я не справляюсь с обязанностями. Не уходи в отставку, помоги мне.

– А знаешь, я ведь действительно думал, что ты вызвал меня лишь для того, чтоб рассчитаться за тот дурацкий случай в камбузе.

– Пожалуйста, не уходи в отставку.

– Ладно, подумаю, сэр.

Больше я его не упрашивал. Я знал – он останется.

17

Я нетерпеливо поглядывал в иллюминатор шаттла. Еще два шаттла ждали своей очереди подплыть, медленно маневрируя, к стыковочным узлам гигантского корабля «Веллингтон». Какая скука! Придется вести вежливые беседы с политиками и высоким начальством Военно-Космических Сил, с теми самыми офицерами, которые по выражению адмирала Дагани представляют собой «второй» флот.

За мной на сиденьях ерзали кадеты. Гардемарин Адам Тенер что-то шепнул Йохану Стрицу, и оба довольно заржали. Я обернулся, пронзил их лазерным взглядом, и пацаны мигом притихли.

– Если я пожалею, что взял вас с собой, то вы пожалеете еще больше! – пригрозил им. я.

Пацаны съежились.

Бледный, подавленный Роберт Боланд, недавно переживший приступ тошноты, выпрямился; Стриц и Арнвейл смиренно опустили глаза; Джеренс Бранстэд зарделся. Вскоре кадеты по команде Адама тихонько поднялись с мест и пошли в хвостовую часть к огромному иллюминатору. Меня грызло раскаяние. Стыковка задерживается, но при чем здесь гардемарин и кадеты? Какого черта я срываю на них злость?

Зачем я взял их на столь важную церемонию? Достойны ли они столь щедрого поощрения? Правда, Бранстэд и Боланд – лучшие по дисциплине и успеваемости, но можно было наградить их скромнее: объявить благодарность, освободить на неделю от очередных нарядов на камбузе. Что скажут мои коллеги? Капитан Сифорт таскает на государственные церемонии детей!

Ну и ладно. Будет благовидный предлог уйти с поста начальника Академии. Не годен я для этой работы, не мое это. И вообще, надо уйти в отставку, посвятить остаток жизни заботе об Анни.

Наконец наш шаттл пристыковался. По пути к шлюзу я в сотый раз осмотрел свою белоснежную парадную униформу, поправил давно выровненный галстук. У шлюза, как и требует протокол, я официальным тоном произнес в микрофон:

– Капитан Сифорт и сопровождающие его лица просят разрешения войти на корабль.

– Разрешаем, сэр, – послышалось из динамика. – Добро пожаловать на борт военно-космического корабля «Веллингтон».

Люк шлюза открылся. Впереди был просторный коридор.

– Смирно! – рявкнул лейтенант. Две шеренги солдат вытянулись, блестящие офицеры замерли с приложенными к козырькам руками. Кадет Боланд изумленно застонал, а Джеренс, проведший на «Виктории» несколько месяцев, взирал на великолепие настоящего боевого корабля едва ли не равнодушно. – Лейтенант Холлис, сэр! Добро пожаловать на борт нашего корабля. – Он показал на лестницу. – Капитан Причер пока на мостике, выйдет, когда соберутся журналисты. Адмирал Дагани, сенатор Боланд и другие уважаемые гости ждут в гостиной. Куда вас проводить, сэр?

Во всяком случае, не в гостиную. Терпеть не могу политиков.

– Мне бы хотелось поговорить с капитаном, если он не возражает, – ответил я.

– Конечно, ему будет приятно встретиться с вами, сэр. – Лейтенант скользнул взглядом по моему необычному сопровождению – Адаму Тенеру и кадетам. – Ваш эскорт пойдет на мостик с вами?

Оставить их без присмотра в гостиной – большой риск. Мало ли что мальчишки учудят в присутствии важных политиков? Вдруг Адам собьет кого-нибудь из них с ног за углом, как однажды проделал это со мной?

– Да, они пойдут со мной.

Лейтенант повел нас по идеально чистому коридору. Нигде ни пятнышка, ни щербинки – новенький корабль, только что выпущенный ракетостроительным заводом в Лунаполисе. Испытания «Веллингтона» завершились всего две недели назад.

Перед капитанским мостиком я выстроил кадетов в шеренгу и строго приказал:

– Ждать здесь, пока не позову!

Лейтенант почтительно распахнул передо мной дверь:

– Прошу вас, капитан Сифорт. Навстречу мне с холодной улыбкой поднялся капитан Причер.

– Рад видеть вас, капитан Сифорт. А вы, лейтенант, можете идти.

– Добрый день, сэр. – Я отдал честь первым (Причер был старше меня на несколько лет) и жадно впился взглядом в приборы капитанского мостика, оснащенного суперсовременными системами. Одна из стен полностью была занята голографическим экраном, на котором сияли мириады звезд.

– Вы добирались сюда с проблемами, мистер Сифорт? – с любезной едкостью осведомился Причер, буравя взглядом синяки, украсившие мою рожу в походе по трущобам.

– Нет, сэр, – скромно ответил я, зардевшись. Объяснять происхождение фингалов я, конечно, не стал.

– Торжественная церемония начнется через час. Все хотят выступить, говорильни будет немало. Принимать корабль будет заместитель Генерального секретаря ООН Франджи, но прежде мы продемонстрируем возможности «Веллингтона» политикам и журналистам.

– Не сомневаюсь, что ваш корабль оставит незабываемое впечатление.

– Надо произвести впечатление, чтобы оправдать «незабываемые» средства, вложенные в «Веллингтон», скривился Пример. – Экипаж собрался с разных кораблей, так что пришлось повозиться, сколачивая команду. Я по своему опыту знал, сколько сил и времени требует «сколачивание» новой команды, и искренне сочувствовал бедняге Причеру.

– Куда пошлют ваш корабль, сэр? – Конечно, я заранее знал ответ, но хотелось перевести разговор на другую тему.

– Никуда. Останемся в Солнечной системе. Приятно служить неподалеку от дома, не терзаться скукой нудного полета к дальним планетам.

– Хороший вам достался корабль, сэр.

– Великолепный. Вооружение превосходное, сверхсветовой двигатель новейшей модели. Сами взгляните – если хотите, я дам вам сопровождающего.

– Большое спасибо, сэр, но сейчас вашему экипажу не до этого. Подожду до поры.