Медалон - Фаллон Дженнифер - Страница 103

— Мне нужно знать, где остановился Дженга.

— Думаю, я могу это выяснить, — кивнула она. Тарджа, сам не зная почему, относился к Санни настороженно. Однако он отбросил свои подозрения. Обычная корт'еса — навряд ли она разбиралась в политике. И она была подругой Р'шейл.

— Как только стемнеет, мы уедем на встречу с повстанцами. Если все пойдет хорошо, мы вернемся к полуночи. Свободные от дежурства защитники к этому времени уже основательно наберутся. Остальные, кроме часовых, будут спать. Ты можешь выяснить, где расквартированы остальные солдаты?

— Да, — снова кивнула корт'еса. — Я все сделаю. Это может занять какое-то время, так что мы можем встретиться на южной дороге в полночь. Так я смогу поточнее рассказать тебе, что и как.

Тарджа кивнул на столь щедрое предложение помощи.

— Спасибо.

Раздался нетерпеливый стук, и в комнату скользнул Дэйс. Тарджа не успел даже понять, как это он мог забыть запереть дверь. Мальчик бросился к нему и обнял, громко похлопав по спине, затем так же жизнерадостно поприветствовал Р'шейл.

— Я знал, что вы не погибли! — радостно заявил он и торжествующе повернулся к женщинам: — Я же говорил вам? Говорил или нет?

— Да, Дэйс, ты говорил, что они живы, — согласилась Мэгина. — А теперь перестань орать, а то ты легко исправишь ситуацию, если сюда на твои крики из бара припрутся все защитники.

Дэйс был немного обескуражен отповедью Мэгины, но ничто не могло стереть широкую улыбку с его довольного лица. Он немедленно потребовал подробного и полного — шаг за шагом — описания всех происшедших с ними событий с той минуты, как они исчезли из конюшни.

— Этим займется Р'шейл, она замечательная рассказчица, — сказал парнишке Тарджа. Так она сможет поведать Дэйсу так много — или так мало, — как ей будет угодно.

— Я лучше пойду, — и Санни тихо вышла из комнаты. Р'шейл и Дэйс стояли у окна и тихо беседовали. Тарджа посмотрел на Мэгину — она покачала головой.

— Когда Джойхиния об этом узнает, она проклянет день, когда ты появился на свет.

— Я думаю, она давно это сделала.

— Будь очень осторожен, Тарджа. Она не повторяет своих ошибок. Теперь не будет ни суда, ни следствия. Если ты попадешься — она убьет тебя.

Глава 58

Они скакали легким галопом к мерцавшим вдали, у винодельни, огням многочисленных факелов. Р'шейл встревожено посмотрела на Тарджу, пытаясь понять, о чем он думает. Что он им скажет? Успеет ли он вообще хоть что-нибудь сказать? Словно подслушав ее мысли, Тарджа взглянул на нее и улыбнулся.

— Не беспокойся. Я пока жив. И рассчитываю, что так будет и в течение ближайших нескольких часов.

Р'шейл не разделяла его уверенности. Она повернулась к скачущему слева Дэйсу и подивилась, почему он так спокойно и естественно воспринял известие о ее происхождении. Его лицо горело от возбуждения при мысли о предстоящей встрече с повстанцами.

Примерно за пол-лиги до винодельни Тарджа придержал коня — из тени вышел часовой. Облегченно вздохнув, они узнали в нем одного из кузенов Гэри — приземистого неразговорчивого фермера с большими натруженными руками. Он являл собой не самый яркий и вдохновляющий на борьбу образец мятежной отваги, но по крайней мере он не убьет Тарджу, не дав тому молвить и слова. Часовой кивнул своему бывшему вожаку.

— Гэри сказал, что вы должны приехать. Вы либо слишком смелый, либо слишком глупый, капитан.

— Думаю, всего понемногу, Хирв, — ответил Тарджа. — Все уже собрались?

— Ну, все, кто пришел, — Хирв пожал плечами. — Человек двести, может, триста.

Р'шейл знала, что Тарджа рассчитывал на вдвое большую армию. Он посмотрел на Р'шейл и на Дэйса.

— Ну, поехали, — и пришпорил коня.

Р'шейл двинулась вслед с несколько меньшим рвением — ее не очень привлекала идея оказаться среди трех сотен рассерженных мятежников. Дэйс, похоже, разделял самоубийственный энтузиазм Тарджи — опередив Р'шейл, паренек поравнялся с ним и поехал рядом. Девушка вздохнула и тоже слегка пришпорила свою лошадь, чтобы догнать мужчин, словно, если она поедет рядом, это некоторым образом поможет защитить Тарджу.

Повстанцы, увидев их, расступились, и троица въехала на освещенный факелами двор. Р'шейл не знала, что тут успел наговорить Гэри, но этого, видимо, оказалось достаточно, чтобы мятежники держали себя в руках. Значит, прежде чем принять решение, их все-таки выслушают.

Тарджа привстал на стременах — отчасти чтобы лучше видеть толпу, а отчасти потому, что прекрасно понимал: верхом у него оставался хоть какой-то шанс сбежать, если события примут дурной оборот. Он настоял, чтобы Дэйс и Р'шейл также оставались в седлах.

Р'шейл окинула повстанцев тревожным взглядом, Гэри спрыгнул с телеги, стоящей под тем самым деревом, на котором совсем недавно они собирались повесить Тарджу. Словно почувствовав враждебное настроение толпы, лошадь Р'шейл нервно дернула головой.

— Я сделал все, что мог, — сказал юноша Тардже. — Они не слишком счастливы тебя видеть, но вполне способны выслушать. Удачи.

Тарджа повернулся лицом к повстанцам и молча обвел их глазами. Большинство лиц оказалось в тени от чадящих факелов.

— Сегодня мы объединим Медалон! — начал он отлично поставленным голосом, которым в свое время отдавал команды на плацу. Р'шейл поразилась произведенному им на повстанцев эффекту. Может, они и не доверяли Тардже, но мгновенно подчинились многолетней привычке уважать и повиноваться власти. Тарджа прекрасно знал об этом и надеялся, что как интонация, так и правильно подобранные слова помогут ему убедить собравшихся.

— Не важно, что вы обо мне думаете. Я вас не предавал, и этот факт вам придется принять. Я здесь не для того, чтобы приносить вам свои извинения или давать пустые обещания о лучшем будущем. Я предлагаю вам дело. Медалон столкнулся с угрозой нападения врага значительно более ужасного и безжалостного, чем Сестринская община. Вскоре через северную границу к нам хлынут кариенцы. Кариенцы не станут запрещать вам поклоняться вашим богам, они просто уничтожат всех, кто откажется поклоняться их собственному богу. Договор между Кариеном и Медалоном расторгнут. Теперь община должна направить все силы на защиту государства. А для этого им потребуется наша помощь. Многие из вас утверждают, что хотят лишь, чтобы их оставили в покое и не запрещали верить в богов. Я предлагаю вам шанс завоевать это право или же улизнуть домой и трусливо спрятаться за женские юбки.

Р'шейл вздрогнула, когда Тарджа бросил в лицо трем сотням обозленных повстанцев обвинение в трусости. Она скосила глаза на Дэйса, но мальчик находился под таким же впечатлением от зажигательной речи Тарджи, как и остальная толпа.

— Наша северная граница оголена, она беззащитна, потому что община двинула все силы защитников в Тестру на борьбу с нами. Им еще не известно о кариенской угрозе. Как только армия об этом узнает, у нас появится шанс договориться. Сестринская община не потянет и чистку и войну одновременно.

— Да, поэтому сначала они по быстрому разделаются с нами, — выкрикнули из толпы.

Тарджа посмотрел на Р'шейл, словно спрашивая ее разрешения на то, что собирался сказать дальше. Она ободряюще кивнула.

— Я не прошу вас сделать это ради меня, сделайте это ради себя, ради ваших богов, ради харшини.

Услышав упоминание о харшини, толпа разразилась сердитыми воплями:

— Тарджа, мы давно не дети! Ты не спасешь свою роскошную шкуру детскими сказочками! Община уничтожила харшини, а теперь хочет уничтожить и нас!

Вокруг раздавались возгласы одобрения. Тарджа переждал, когда все стихнет, и продолжил:

— Я не собираюсь развлекать вас легендами. Харшини мирно жили на этой земле, пока Сестринская община не заставила их затаиться. В руках харшини Медалон процветал. Они и сейчас среди нас. Я разговаривал с ними. Я говорил с их демонами.

Р'шейл видела, что эти слова были восприняты с недоверием, и выехала вперед.

— Он говорит правду! — крикнула она. — Я тоже харшини!