Медалон - Фаллон Дженнифер - Страница 85

— Можешь доказать?

Тарджа кивнул.

— Р'шейл — одна из них. И Брэк тоже.

— Падрик уже поведал мне об этой дикости. И ты думаешь, что я поверю, будто ты просто хотел предупредить защитников, что харшини живы? С какой целью, позволь узнать? Чтобы они смогли защитить их от кариенцев? Те самые защитники, что провели последние две сотни лет в попытках их извести? Во имя милосердия, Тарджа! Ты прискакал в Тестру в мундире защитника в сопровождении Мэгины Кортанен!

— Община свергла Мэгину. Ее просто вышвырнули вон!

— Когда-то сестра — сестра навеки, — сказала Мэнда. — Горбатого могила исправит. Твоя история крайне интересна и захватывающа, но я поражена, что ты не заявился сюда с более правдоподобной легендой.

— Мэнда, если бы я хотел вас обмануть, не думаешь ли ты, что в таком случае я и придумал бы что-нибудь более правдоподобное?

— Кто знает? — пожала она плечами. — Когда-то мне казалось, что я хорошо тебя знаю. Но теперь?.. Ты использовал свой шанс. Падрик отведет Р'шейл кариенскому послу, а затем мы разберемся с тобой.

Она повернулась к двери и открыла ее. В ту же секунду в комнату вошел Гэри и вопросительно посмотрел на Мэнду и Падрика.

— Можешь насладиться местью. Но недолго, — сказал ему Падрик, и они с Мэндой исчезли в темноте.

Глава 46

Р'шейл швырнули в конюшню, а снаружи выставили охранника. Падрик и еще несколько повстанцев быстро ускакали в ночь. Девушка бросилась на пахучую солому, мысли мчались галопом. Совершенно очевидно, что повстанцы собирались их убить. Единственная надежда на спасение — Брэк. Как скоро он заметит их исчезновение? А когда заметит, не решит ли, что они просто-напросто решили сбежать?

Не позволив отчаянию и безнадежности взять над собой верх, девушка оглянулась вокруг. Ее руки и ноги были крепко связаны, а в дверном проеме виднелся силуэт стоявшего к ней спиной охранника. Девушка осторожно попробовала узлы веревки на прочность, но они оказались завязаны на совесть. В старой конюшне не было ничего, что могло бы помочь перерезать стягивающие Р'шейл путы — даже при условии, что ее страж окажется достаточно глух и слеп, чтобы не обратить внимание на действия пленницы.

Намерения Падрика относительно кариенского посла были вполне прозрачны. Р'шейл не сомневалась, что Пайтер хотел заполучить ее с единственной целью — во исполнение условий сделки с Джойхинией. Интересно, знал ли он, что Верховная сестра отреклась от Р'шейл? Или ему все равно? Навряд ли. Он предложил за нее вознаграждение просто всем назло. Видение жреца девушку мало трогало — она не верила в подобные штучки. Если бы Тарджа смог придумать что-нибудь более приемлемое в ее защиту! Р'шейл словно громом поразило, когда он заявил, будто она харшини. Не мог изобрести что-нибудь более правдоподобное!

Девушка поняла, что ей не остается ничего, кроме ожидания в надежде, что Брэк их найдет и выручит до того, как повстанцы удовлетворят свое желание увидеть Тарджу повешенным. Эта мысль оказалась столь жуткой, что Р'шейл зажмурилась и попыталась вообще ни о чем не думать и задремать.

Немного позже она услышала, как во двор въехали лошади, и еще чуть погодя в конюшню вошел Падрик. Он приблизился к тому месту, где сидела Р'шейл, и, присев на корточки, пристально посмотрел ей в глаза. Р'шейл ответила на взгляд, надеясь, что старик может передумать.

— Пойми, я не имею ничего против тебя лично, — он словно пытался оправдаться перед самим собой. — Но ты знаешь наши проблемы. Если мы передадим тебя послу, то с помощью его денег сможем улучшить наше положение.

— Если ты передашь меня послу, лорд Пайтер изнасилует и убьет меня, — ответила Р'шейл. — Почему бы тебе не убить меня своей рукой, Падрик? Избавь меня хотя бы от изнасилования!

— Прости меня, Р'шейл, — он встал и зашагал к двери, приказав стражнику усадить ее на лошадь и приготовить все к отъезду. Они тронутся, как только будет покончено с Тарджой. Подошедший охранник развязал веревки и поднял девушку на ноги. Она попыталась было проскользнуть за скрывшимся в доме Падриком, но охранник потащил ее в сторону, подведя к маленькой гнедой кобылке.

— Что он имел в виду, когда сказал, что будет покончено с Тарджой? — спросила Р'шейл. Повстанец был коренастым мужчиной средних лет с выражением усталого смирения на лице.

— Они хотят его повесить, — объяснил тот, легко подсадив девушку в седло.

Р'шейл обернулась и в противоположной части двора обнаружила столпившихся под большим деревом мужчин. У одного из них в руке была свернутая веревка, которую он собирался перекинуть через толстую протянувшуюся над двором ветку. Со второй попытки цель была поражена. Другой мужчина схватился за свисающий конец веревки и потянул его вниз. Р'шейл в отчаянии обратилась к своему сторожу:

— Но он вас не предавал!

— Да, в это было трудно поверить, — согласно кивнул повстанец, — но он сам предоставил доказательство своей вины. У него в кармане нашли письмо к защитникам, вот так-то, — он нахмурился, увидев, насколько его слова потрясли девушку. — Так что тут двух мнений быть не может — он предал нас, малышка. И тебя — так же, как и всех остальных. Не трать на него свои слезы — он самый обыкновенный сукин сын.

Было очевидно, что этот мужчина не такой импульсивный сорвиголова, как Гэри. Он на самом деле переживал от мысли о возможной измене Тарджи и с готовностью поверил бы в обратное, если бы не новые неопровержимые доказательства предательства бывшего наставника.

— Я тебе не верю, — упрямо заявила Р'шейл.

— Тем хуже для тебя, детка.

Из дома вынырнул Падрик в сопровождении Мэнды, старательно избегающей взгляда пленницы. Старик уселся в седло; его примеру последовали еще двое мужчин. Подъехав к сидящей верхом Р'шейл, он принял поводья ее лошади из рук охранявшего девушку мужчины. Глаза Падрика были печальны.

— Нам лучше уехать сейчас, — сказал он. — Не следует тебе видеть, что здесь вскоре качнется. Р'шейл ожгла ее взглядом.

— Вы убийцы, вот вы кто! Жалкие хладнокровные убийцы! Вы собираетесь убить и Тарджу, и меня. — Падрик подтянул ее лошадь к своей.

— Р'шейл, Тарджа предал нас обоих. Он заслуживает смерти. Твоя смерть — несчастная случайность, но я зашел слишком далеко, чтобы отступать, — он пришпорил коня, гнедая кобылка Р'шейл дернулась вслед, и маленький отряд галопом выехал со двора. Р'шейл оглянулась через плечо, но Тарджи нигде не было видно. Через несколько секунд из виду исчезла и старая винодельня.

Они мчались в головокружительном галопе по едва различимой в темноте тропинке. Р'шейл была опытной наездницей, но лошадью правила не она, так что девушке ничего не оставалось, как с мрачной решимостью до боли сжимать бедрами бока кобылки в надежде не свалиться с нее на полном скаку. Падение на такой скорости могло иметь плачевный исход. С другой стороны, эта бешеная скачка приближала Р'шейл к участи значительно худшей, чем смерть, так что по большому счету ничего страшного не случится, если она сейчас грохнется и сломает себе шею. Такой вариант выглядел даже почти заманчивым.

Они скакали вдоль речного берега. Когда небо уже начинало светлеть, Р'шейл разглядела впереди небольшой причал, у которого покачивалось сияющее роскошью судно. Размерами оно в три раза превосходило «Дочь Майры» или «Мелиссу» и даже на неискушенный взгляд Р'шейл выглядело громоздким и неустойчивым. Приблизившись, Падрик остановил свой отряд, а сам шагом въехал на причал.

На сходни ступил облаченный в парадные доспехи лорд Пайтер. Он поприветствовал Падрика и, оказавшись на причале, посторонился, пропуская Элфрона в простой коричневой рясе. Жрец нес поблескивающий в первых утренних лучах величественный золотой жезл. При виде священнослужителя у Р'шейл забрезжила слабая надежда на то, что в его присутствии Пайтер не осмелится на что-либо греховное.

— Она с тобой? — спросил он Падрика, глядя мимо старого мятежника прямо на Р'шейл.

— Да.