Драконья алчность - Малинин Евгений Николаевич - Страница 146

— Старого учителя пригласил к себе Желтый Владыка, и он ушел сразу после завтрака, а господин Сю отправился в сокровищницу Владыки…

— То есть как в сокровищницу?! — встревоженно перебил я Гварду. — И откуда он узнал, где эта самая сокровищница находится?!

Синсин ощерил свои здоровенные клыки в некоем подобии улыбки:

— Он попросил пришедшего за учителем Мэнь-Шэня показать ему сокровищницу Владыки, и тот дал господину Сю провожатого… Какого-то старичка хранителя.

— Так этот… Поганец в этой сокровищнице обязательно что-нибудь сопрет, а у нас будут неприятности! — всполошился я. — Ты знаешь, как Желтый Владыка трясется над своими камнями?!

Синсин ничего на мои беспокойные вопросы не ответил. Помотав своей черной башкой, он проговорил:

— Нечего об этом думать, ты лучше садись, позавтракай.

Только тут я вспомнил, что Гварда уже упоминал про завтрак. На мой недоуменный взгляд синсин с тихим рыком ответил:

— Ты проспал почти сутки. Скоро уже время обеда…

— Так может быть, мне лучше дождаться обеда?… — задумчиво проговорил я. — Да и есть я что-то не очень хочу…

Тем не менее, чисто машинально, я взял какой-то пирожок и принялся его жевать.

В этот момент в зал быстрым шагом вошел Фун Ку-цзы и прямо с порога заговорил с несвойственным ему возбуждением:

— Вот это беседа!!! Ради одного часа беседы с Желтым Владыкой вполне можно было просидеть на раскаленной скале еще трое суток!!! Я из одного этого разговора узнал столько нового, столько неожиданного и поразительного, что чувствую себя просто кладезью мудрости!! Теперь мне просто необходим мо вернуться в Пакит, там я открою… — На мгновение он замолчал, что-то обмозговывая, а затем с неким возвышенным пафосом закончил: — Я открою Школу Высшей Мудрости!!!

— ШВМу… — с набитым ртом промычал я, чем враз сбил своего учителя с мысли.

Он остановился напротив меня, несколько секунд рассматривал меня недоуменным взглядом, а затем беспокойно переспросил:

— Что ты сказал?… Я не совсем понял твоего… э-э-э… мычания!…

Я быстро проглотил не совсем разжеванный кусок и внятно повторил:

— ШВМу… Школа Высшей Мудрости! — И добавил: — Я сам закончил вуз…

— Кого ты прирезал? — донесся от входа в зал писклявый голосок Поганца Сю. Мы обернулись на этот голос, и малыш, видя, что завладел нашим вниманием, напористо заверещал: — И главное — когда успел?! Два часа назад, учитель, я оставил тебя спящим сном честного человека, а сейчас слышу твое собственное признание в том, что ты кого-то «закончил»! Как это понимать?!

Я невольно улыбнулся:

— Я закончил не «кого-то», а вуз. Высшее учебное заведение. А учитель Фун Ку-цзы собирается открыть в Паките ШВМу — Школу Высшей Мудрости.

Поганец перевел взгляд на Фун Ку-цзы, затем снова посмотрел на меня, затем опять взглянул на старика. При этом у него был такой вид, будто он сильно подозревал нас обоих в некоем недостойном розыгрыше. Наконец, решив, видимо, что я его не разыгрываю, он покачал головой и глубокомысленно проговорил:

— Ну… не знаю!… Мне кажется, во ВШМе не каждый захочет учиться!… Я бы, например, точно не захотел!

… — Это почему же?! — запальчиво поинтересовался Фун Ку-цзы, не замечая, что Поганец случайно или нарочно переврал мою аббревиатуру.

— Так если я в этом… в вашем… буду… ну… учиться, меня будут называть… — Он на мгновение замолчал и торжествующе закончил: — Вшмист! Вам это ничего не напоминает?!

— Напоминает, — неожиданно подал голос Гварда. — Маленькое злое насекомое!

— Никаких вшмистов не будет!!! — буквально взревел Фун Ку-цзы, перепугав всех нас. — Будет Школа Высшей Мудрости, и будут приобщенные к постижению Высшей Мудрости!!!

— Ага… Значит, приповымы… — буркнул себе под нос догадливый Поганец, но старик не заметил этого бурчания. Он повернулся всем телом ко мне, грозно свел свои мохнатые кустистые брови и веско закончил:

— А твои странные, неблагозвучные слова, ученик, я прошу тебя оставить при себе, иначе однажды, когда ты произнесешь нечто подобное публично, простые люди побьют тебя камнями!!!

— Ага! Как же!! — немедленно взвизгнул Поганец. — Да первый же брошенный в его сторону камень учитель разобьет о голову бросившего!… Причем не прикасаясь к этому камню руками!

Фун Ку-цзы перевел свой суровый взгляд на моего ученика, но ничего не сказал, а, усевшись за стол, погрузился в размышления. Очень скоро его чело разгладилось, а в глазах появился прежний мечтательный блеск.

Я закончил свой поздний завтрак и повернулся к присевшему рядом со мной Поганцу:

— Ну а ты?… Что ты… э-э-э… увидел в сокровищнице Желтого Владыки?…

Поганец как-то сразу поскучнел, бросил на меня быстрый тревожный взгляд, опустил свою мордочку к полу и еле слышно ответил:

— Я, конечно, понимаю твою оговорку… «увидел»… Ну что сокровищница!… Сокровищница как сокровищница… Беспорядка много… все навалено кучами…

Тут он вдруг взглянул мне прямо в глаза и трагическим шепотом пробормотал:

— Там столько всего, что даже воровать не хочется!…

В этот момент что-то слегка задело мой локоть, лежавший на столешнице, и я резко обернулся. Стол был совершенно пустой и абсолютно чистый. Вся стоявшая на нем посуда вместе со скатертью куда-то исчезла, а сама столешница влажно отблескивала, словно ее только что протерли влажной тряпкой. Я не успел высказать свое удивление, как из-под стола раздался спокойный голос Гварды:

— К обеду начинают накрывать…

И действительно, на столе, в мгновение ока покрывшемся свежей скатертью, прямо из воздуха начали появляться тарелки, миски, столовые приборы, горшки, супницы. Все это богатое посудное разнообразие было настолько привлекательным, что я даже… почувствовал голод! Тем более что из-под крышек супниц и широких мисок потянуло самыми изысканными ароматами.

Обед наш, как ни странно, прошел в полном молчании. Каждый думал о чем-то своем и не желал делиться своими размышлениями с другими. Когда мы уже заканчивали трапезу, в зале появился Мэнь-Шэнь и громко провозгласил:

— Желтый Владыка просит своего гостя, господина Сю Чжи, пожаловать к нему!