Оборотни - Страйбер (Стрибер) Уитли - Страница 56

Они тихо подойдут к двери и разом высадят ее. Он же – в одиночку – ворвется в комнату в расчете на то, что все пули будут потрачены на него. Тогда войдут они, уничтожат врагов и сожрут его тело – надо уйти, не оставив никаких следов своего пребывания. Тогда никто не разберется, что же именно здесь произошло, и тем самым угроза их существованию исчезнет.

Он щелкнул челюстью, и все их внимание сосредоточилось на решении поставленной задачи. Каждый приготовился. Всех подмывало что-то сказать, но что! Не было способа выразить все обуревавшие их в этот момент чувства. Независимо от того, что отец утратил роль вожака, именно он основал их клан, и он же ценой своей жизни обеспечит ему дальнейшую мирную жизнь.

– Ты что-нибудь слышишь? – спросила Бекки у Уилсона, вплотную подошедшего к двери.

– Они все собрались в гостиной. Можно попытаться выбраться.

– Не пройдем и двух метров. Останемся здесь и подумаем, что делать.

Бесполезный телефон валялся на полу; бесконечные частые гудки все время напоминали, что трубка в гостиной была сброшена с рычага. Бекки в ярости была готова вырвать этот дьявольский провод и выбросить его на улицу.

– Эй! Подожди.– Она подошла к окну и взглянула вниз. А почему бы нам не выкинуть эту паршивую кровать наружу? Сразу привлечем внимание.

– Ну, конечно, бедняги откроют дверь, и их всех перегрызут. Не считая, что к тому времени и нас уже не будет в живых.

– У тебя есть ручка?

– Да, но…

– Напишем на матрасе. Давай ее сюда.

Она схватила шариковую ручку, сорвала покрывала с кровати и крупными буквами написала на чехле матраса: ПОШЛИТЕ ВООРУЖЕННЫХ ПОЛИЦЕЙСКИХ В 16 «Г». УБИЙСТВО. ОЧЕНЬ ОПАСНО. ВЫЛОМАЙТЕ ДВЕРЬ. РИСК ЗАСАДЫ.

Они раздвинули, как можно шире, створки окна. Но образовавшееся отверстие было слишком мало. Бекки попросила Уилсона постоять на страже с револьвером. Сама же, обмотав руку простыней и убедившись, что внизу никого нет, разбила кулаком стекло.

– О’кей. Теперь помоги.

Им кое-как удалось втащить матрас на подоконник и сбросить его вниз. Он падал, кружась, и шлепнулся о тротуар. Шуму, должно быть, было немало, но из-за высоты и ветра они ничего не услышали.

Снова стали царапать замок.

– Началось,– сказал бесконечно усталым голосом Уилсон.

Он в отчаянии посмотрел на Бекки.

– А ну, пододвигай комод! Быстро!

Он сделал это, пока она держала дверь на прицеле. Сразу же последовал страшной силы удар, и дверь соскочила с петель. Она лопнула посередине.

– Подпирай комод! – крикнула Бекки Уилсону, который боязливо отступал к ванной.

Тот возвратился и навалился на комод спиной. Дверь вздрогнула под новым мощным натиском.

На другой стороне улицы полицейские услышали, как матрас звонко шлепнулся о тротуар. Они посмотрели сквозь закрытые стекла машины в том направлении, откуда послышался этот звук.

– Что-то упало.

– Вроде бы да.

Короткая пауза.

– Ты не взглянешь?

– Нет. Иди ты, если ты любопытный.

– Я не любопытный.

И они снова получше устроились, дожидаясь сменщиков. Еще какой-нибудь часок, и они смогут смотаться отсюда и принять дома горячий душ. Несмотря на подогрев, они основательно промерзли в машине.

– Как ты считаешь, что сейчас делает Нефф? – спросил один из них, чтобы нарушить однообразие молчания.

– Спокойно спит в постели, как и все, у кого есть хоть капля здравого смысла в голове.

Они замолчали.

Дверь разлетелась на три части; обломки просвистели над комодом. Один из зверей рванулся вперед, пытаясь перепрыгнуть через мебель. В момент прыжка Бекки выстрелила. Пуля попала ему прямо в грудь, и монстр повалился на пол. От удара по двери Уилсон упал, но тут же попытался встать. Несмотря на рану в голову и хлеставшую струей из груди кровь, оборотень бросился на него, выставив вперед свои безобразные когти. Уилсон икнул и, выпучив глаза, истошно закричал. Бекки выстрелила еще раз. Уж теперь-то чудовище должно было быть убито, но оно все еще продолжало терзать лапами и клыками тело и шею Уилсона, который начал затихать.

Затем зверь отполз от инспектора. В комнате раздавалось только его отрывистое дыхание. Уилсон, воспользовавшись этим, с изодранной в окровавленные клочья одеждой, немного отполз в сторону. Бекки неловко попыталась дотянуться до него, чтобы помочь… но лапа схватила ее за лодыжку. Острая боль пронзила ногу – так глубоко впились когти. Она, вскинув руки к лицу, пронзительно закричала и принялась исступленно пинать свободной ногой в морду зверя. Монстр, несмотря на град ударов, цепко удерживал ее.

Хотя все в ней требовало выстрелить еще раз, Бекки не сделала этого: надо было экономить патроны.

Когти разжались. Бекки доковыляла до металлической сетки кровати, села и снова направила оружие на дверь. Показавшиеся было в дверном проеме звери тут же скрылись. Их было четверо, и казалось, они были очень обеспокоены ее револьвером. Оставалось всего два патрона. Уилсон, стеная, лежал рядом с оборотнем и ничем ей помочь не мог. Теперь она осталась совсем одна и отчаянно старалась не лишиться чувств.

Швейцар увидел, как перед зданием остановилась полицейская машина. Из нее вышли два копа в тяжелой зимней форме с поднятыми воротниками и пошли ко входу.

– Могу ли я чем-нибудь вам помочь?

– Пожалуй. Тут где-то слишком расшумелись, хотя стоит глубокая ночь. Это у вас?

– Нет, все спокойно.

– На шестнадцатом этаже. Люди позвонили в участок. Они слышали крики и треск ломаемой мебели. Кто-нибудь жаловался?

– Это очень спокойный дом. Вы уверены, что не ошиблись адресом?

Они покачали головой и пошли к лифту. Все говорило в пользу классической семейной ссоры: ареста не предвиделось. Придется немало поработать языком, а возможно, и немного руками, чтобы успокоить разбушевавшихся жильцов. Так и проводишь все время: половину тратишь на улаживание семейных дрязг, а вторую – на написание отчетов о проделанном. Настоящего дела так и не подвертывается.

– Посмотрим, что там на шестнадцатом.

Полицейский нажал на кнопку, и лифт неслышно поплыл вверх. Когда раздвижная дверь открылась, они увидели длинный, слабо освещенный коридор. Оба копа посмотрели в одну сторону, затем в другую – никого. Все было спокойно, за исключением приглушенных звуков двух-трех телевизоров. Они пошли вдоль коридора. Шум, как сообщили, исходил из квартиры 16 «Г». Они решили позвонить, чтобы выяснить, в чем дело.