Крылья Урагана - Банч Кристофер - Страница 127

В воздух поднимались и другие рочийские драконы — видимо, дрессировка черных драконов действительно представляла собой по-настоящему трудную задачу, как и предсказывал отец Гэредиса.

Сражаясь с этими драконами, Кэйлис не был столь привередлив в выборе условий.

Но тем не менее своих всадников он все же терял.

Из семи свежеприбывших за первые две недели он потерял четверых. Но остальные трое быстро учились и скоро стали столь же осторожными, как и старый состав эскадрильи.

Хэл немало позабавился, заметив, что Чинча, высокая и стройная блондинка, очень сблизилась с приземистым, смуглым и коренастым Фарреном Марией. Однако же говорить ничего не стал, будучи наученным горьким опытом сэра Нанпина, отпустившего в ее адрес какую-то сальную шуточку, которой Хэл не слышал, и так сильно избитого Фарреном, что потом сэр Нанпин три дня не мог летать.

Хэл наказал Марию, приказав ему вылетать в дозор не только в свою очередь, но еще и вместо сэра Нанпина.

Хотя Хэл и отказывался в этом признаться даже самому себе, но между ним и Трегони началось нешуточное сражение за число сбитых врагов. Победителем оказывался то один, то другой.

Поскольку Кэйлис нередко забывал заявить о своих правах или уступал право прикончить соперника одному из товарищей по звену, у его всадников не возникало сомнений относительно того, кто был настоящим покорителем драконов.

Хэлу было все равно. Все, что ему хотелось, — это чтобы убитых рочийских всадников было больше, чем рочийцы могли восполнить.

Втайне он очень надеялся в один прекрасный день встретиться в воздухе с негодяем, убившим Сэслик.

Вот об этой победе он заявит во весь голос.

А пока он сосредоточился на трудноуловимых мишенях — черных драконах Ясина. Но они очень согласованно прикрывали друг друга, а число убитых на их счету росло не по дням, а по часам.

А потом вдруг из неба над Оде разом исчезли все черные драконы Ясина.

Два дня спустя они появились вновь — над рекой Комталь. Летая очень низко, парами, они нападали на небольшие транспортные корабли, подвозящие осаждавшим подкрепления и боевую технику. Они рвали такелаж, обрушивая тучи стрел на рулевых и капитанов, и каждый раз, когда им предоставлялась такая возможность, раздирали в клочья какого-нибудь зазевавшегося солдата или матроса.

Кроме того, они вели разведку, помогая готовить засады, и вынуждали дирейнцев отряжать отряды кавалерии эскортировать суда по берегу, что сильно замедляло продвижение.

— Мы получили новые приказы, — сообщил Хэл собравшимся всадникам. — Хотя они вряд ли вас удивят. Мы должны будем справиться с черными драконами — или хотя бы предотвратить их нападения на наши корабли.

— Вот что бывает, — сказал сэр Лоурен, — когда твоя эскадрилья — самая лучшая. Тебя посылают совершить невыполнимое, да еще и приказывают не погибнуть, пока не выполнишь.

— Да уж, умеешь ты поднять боевой дух, — буркнул Вэд Феччиа.

— По-моему, надо уметь держать себя в руках, — бархатным голосом вставил сэр Нанпин.

Фэччиа обернулся, злобно зыркнув на Трегони. Хэл приподнял бровь. Ему казалось, что эту парочку связывали довольно близкие отношения — пожалуй, дружескими их назвать все же было нельзя, поскольку он не мог представить, чтобы у кого-то из них действительно мог быть друг, но под определение приятельских они вполне подходили.

— Сражаться будем звеньями по четверо, — продолжил он. — По две пары, вторая позади первой, скажем, в сотне ярдов. Если заметите дракона, попытайтесь подняться выше него и прижимайте к воде или берегу. Если он увидит вас первым и у него будет преимущество в высоте, улетайте от реки и оставайтесь над землей. Возможно, вам даже удастся сбить его с толку так, чтобы этот мерзавец вместо того, чтобы налететь на вас, поцеловал скалу.

А потом добавил с изрядной долей сарказма:

— И не спешите летать вокруг наших кораблей. Наши моряки очень славятся своей любовью стрелять во все, что летает, не тратя время на разглядывание вымпелов. У каждого дракона будет вымпел дирейнских цветов, но не слишком уповайте на то, что он сможет защитить вас. На этот раз все захватите с собой горны, и если увидите что-нибудь — засаду или дракона, — трубите что есть мочи. Гарт, поскольку единственный у нас моряк — ты, я хочу, чтобы ты рассказала всем, что из себя представляют и как плавают эти речные баржи, чтобы мы представляли себе, чего можно ожидать, когда в них попадут. Первое звено завтра поведу лично я. Мы направимся на север, где присоединимся к речному конвою. Чинча, полетишь в моем звене. Мария, ты будешь номером третьим. Четвертого подберете по своему вкусу.

Драконы неуклюже поднялись в спокойное летнее небо на рассвете. Хэл повел четверку к реке, свернул на север. Они медленно летели вперед, и Хэл вглядывался в горизонт, высматривая следы противника.

Ураган начал крутить головой, что-то учуяв.

Хэл решил довериться его чутью и махнул трем остальным, приказывая набирать высоту.

Они обогнули излучину реки и увидели двух черных драконов, сидевших на песчаной отмели.

Переваливаясь, они взлетели в воздух, вытянув шеи, точно гуси, но было уже слишком поздно. Дирейнские всадники бросились на них, утыкав всадников болтами. Один дракон закричал, как раненый гусь, и плюхнулся в воду, подняв тучу брызг.

Второй нырнул в прибрежный кустарник и помчался на восток, углубляясь в рочийскую территорию.

Хэл пропустил его, дав сигнал остальным возвращаться к реке. Он решил, что пара ожидала появления дирейнских судов, а это означало, что где-то поблизости должна была поджидать засада.

Она и поджидала — два десятка конников, часть в форме, часть в лохмотьях гражданской одежды.

Они не успели ничего сообразить, когда четверка драконов набросилась на них, молотя когтями, хлеща хвостами, сбивая наземь без разбору людей и лошадей.

Всадники дрогнули и, преследуемые звеном драконов, бежали.

Ускользнуть удалось лишь горстке.

Хэл вернулся на базу и послал лорду Кантабри следующее немногословное сообщение: