Монета встанет на ребро - Нергина Светлана - Страница 74

– Ты идешь?! – тряхнул меня за плечо Фрель. – Корабль затонет через минуту-другую, так что поторопись!

– Ага…

А перед глазами все уже плыло, отправляясь в дальние чудные страны…

– Какого йыра она вообще на «Весту» кинулась?! – размеренно, довольно равнодушно фыркнул кто-то над ухом. – Квартанка какая-то!

«Мило!» – проскользнуло в голове.

Я приходила в себя медленно, толчками, с порциями ритмично выбрасываемой сердцем крови. Первым вернулся слух, и его тут же принялись услаждать два незнакомых мужика, перемывающих мне кости.

– Ты мне лучше объясни, какого йыра он с ней так носится?!

– А я знаю? Его вообще кто-нибудь на этом корабле знает?

Сознание медленно расползалось по телу, возвращая мне не только слух, но и осязание.

Я осторожно повращала кистями, проверяя, не связаны ли руки. Нет, до такой крайности дело пока еще не дошло. Зато мои шевеления не укрылись от глаз сидящих.

– Глянь, в себя приходит.

– Точно. Надо пойти капитану сказать, а то получим потом перца!

Две пары сапог прогрохотали по дощатому полу, с силой бабахнула дверь. Я медленно провела ладонью по правому боку, придя к выводу, что одета все в свою же хлопковую зеленоватую рубашку и лежу на чьей-то мягкой, застеленной свежим бельем постели.

Дверь едва-едва слышно раскрылась, по полу прошуршали три осторожных, мягких шага. На лицо упала тень склонившегося надо мной пирата.

– Иньярра?

– С утра была ею…

Я с неохотой разлепила веки и тут же наткнулась на настороженно-вопросительный серый взгляд. Фрель уже успел снять свой плащ, оставшись в одной белой рубашке. Кинжал у пояса неясно бряцал при ходьбе.

– Ты как? – осторожно спросил он, внимательно заглядывая мне в глаза.

– Не знаю, – пожала плечами я. – Сейчас проверим.

И долю секунды спустя я с зажженным в руке шэритом уже стояла у него за плечом, переметнувшись мгновенно, словно рыжий лисий хвост. Пират вздрогнул и резко развернулся. Я, неспешно гася шэрит, задумчиво проговорила:

– Знаешь, не так плохо, как могло бы быть.

Голова не болела, тело слушалось беспрекословно, аура успела восстановиться более чем на половину. Нет, определенно, занятия теоретической магией пошли мне на пользу. Отдельное спасибо векторной постоянной энергосохранения.

Фрель философски усмехнулся, пораженно покачав головой, и сел на столь эффектно покинутую мной постель. Судя по привычно закинутым на спинку ногам – его же собственную.

– Как раненые? – спросила я, осторожно подсаживаясь рядом. Пират оценивающе окинул взглядом пядь свободного пространства между нами, но отодвигаться еще дальше не стал.

– Живы и почти здоровы, – откликнулся он и, помолчав, словно с усилием добавил: – Благодаря тебе. Спасибо.

– Из спасибо шэрит не сляпаешь, – машинально отшутилась я и, ощутив, что мне чего-то сильно не хватает, заоглядывалась по сторонам.

Каюта небольшая, без окон, однако подозрительно чистая и уютная, разве что на столе в беспорядке навалены всевозможные карты и свитки. Хотя, если вспомнить, что у меня самой на столе – а точнее, на заменяющем его подоконнике – делается… Там напрочь перемешаны конспекты, зелья, стрелы, меч валяется, а сверху сидит черный ворон и гнусаво каркает. Кстати, о вороне…

– Фрель, а где Велир?

– Велир? – непонимающе нахмурился он, но тут же спохватился: – А, это ворон? Он на палубе. Полетал над тобой кругами почета, убедился, что убивать тебя никто не собирается, – и уселся на плечо нашей Лирте. Слетать не желает ни под каким видом.

– А кто такая Лирта? – ревниво поинтересовалась я. До этого Велир демонстрировал похвальное равнодушие ко всем особам слабого пола, за исключением меня. И меня этот факт более чем устраивал!

Пират пожал плечами, словно речь шла о чем-то общеизвестном.

– Покровительница всех флибустьеров. У нас ее фигура на носу стоит и по ее же имени бриг называется.

– А-а-а, – облегченно выдохнула я. – А поближе на нее взглянуть можно?

– Конечно. – И Фрель легко поднялся с постели, распахнув передо мной дверь каюты. – Прошу!

На палубе мне в лицо жизнерадостно ударил разгулявшийся ветерок. Раненых, видимо, разместили в каютах или еще где-то, но в пределах моего видения их не было. Дали прояснились, и далеко до горизонта, покуда хватало взгляда, везде расстилалась ярко бликующая солнечными зайчиками морская гладь. «Веста» уже затонула, не оставив после себя никаких следов, так что, если бы не дурные воспоминания, денек мог бы быть просто великолепным.

Велир и вправду сидел на плече женской деревянной фигуры, но, завидев хозяйку, тут же сорвался с насеста, променяв его на мое собственное плечо. Шифоновый шарфик жалобно заскрипел под вороновыми когтями. Солнце, еще не докатившееся и до середины небосклона, говорило о том, что утро в самом разгаре. Странно…

– Фрель? А я долго была без сознания?

Пират подошел и оперся рядом о корму, тоже вглядываясь куда-то в даль.

– Нет. Минут десять-пятнадцать. Вряд ли больше.

Я напряженно прищурилась, быстро просчитывая в мыслях варианты дальнейшего развития событий сегодня. Вот за это и не люблю быть привязанной к чему-то: только и делай, что считай собственное время, вместо того чтобы равнодушно махнуть на все рукой и по-страннически нахально рассмеяться над ворохом человеческих условностей.

– Значит, я еще все успею, – пробормотала я себе под нос, с тяжелым вздохом вспоминая о море предстоящих дел.

Фрель добродушно усмехнулся:

– И что теперь?

Я резко тряхнула волосами, приводя себя в рабочее состояние, и трезво посмотрела на него:

– Теперь? А теперь я, пожалуй, воспользуюсь твоим любезным разрешением покинуть этот бриг и отправлюсь по своим делам.

Усмешка на лице пирата растянулась еще шире:

– Покинуть этот корабль? Каким, интересно, образом?

Вместо ответа я отыскала взглядом свою брошенную на палубе сумку, дематериализовала ее щелчком пальцев, коротко попрощалась:

– Удачи! – И закрыла глаза, мысленно взывая к Храму.

Кажется, он что-то сказал в ответ, но я уже не слышала, в мгновение ока оказавшись в собственной комнате…