Монета встанет на ребро - Нергина Светлана - Страница 95

– Риль, вы живете в этом Храме вот уже несколько месяцев. – Ведьма словно и ничуть не запыхалась от получасового подъема, имеющего все задатки, чтобы в перспективе стать часовым. – Неужели вы ни разу не были на верхних этажах?

– Что я там забыла? – огрызнулась чародейка. – Так сколько этажей в этом… Храме?!

Проглоченное определение каждый восстановил сам. В меру своей распущенности и познаний в нецензурном магическом языке.

– Столько, сколько он захочет, – честно ответила ведьма. Маги, остановившись от неожиданности, уставились на нее как на вьютру,[20] ласково поглаживающую по головке ребенка.

– Простите? – Гридъяр недоуменно нахмурил брови.

– Столько, сколько он захочет, – спокойно подтвердила ведьма. – Храм – это средоточие магии, он самовольное существо, так чему же вы удивляетесь?

Кхм… Удивиться, мягко говоря, было чему…

В принципе все маги так или иначе десять лет имели дело с тем или иным Храмом – они в нем учились. И, казалось бы, этого времени должно было хватить на то, чтобы узнать его со всех возможных и невозможных сторон. Но нет.

Храм – это обитель для молодых, ни рожна не смыслящих в магии юношей и девушек. Как только ты оказываешься внутри него, ты перестаешь удивляться чему угодно, потому что из-за угла может выплыть бесплотное привидение, причем твое же собственное, и попросить душу на часок; из-за дверей то и дело доносятся то дикие нечеловеческие крики нежити, то нежное, почти ангельское пение Сказителей; с потолка временами начинает лететь снег или хлестать ливень; а смотритель-кентавр непременно подойдет и предложит подвезти до нужной двери. С младых ногтей привыкнув к любым чудесам вокруг, чародеи и не пытаются их объяснить для себя, даже поднаторев в магических науках, – зачем разрушать такую красивую и таинственную сказку? – вот и остается Храм на всю жизнь этаким святилищем тайн, загадок и чудес. Неразгаданной легендой. Легким поцелуем мягкой, снисходительной, всеведающей чистой магии.

К тому же студентам, как правило, принадлежат несколько нижних этажей, и на верхние они не суются, зная, что где-то там живет их бесконечный в своем терпении и всепрощении ангел-хранитель, но грозное в праведном гневе божество – Хранящая. А ведьмы оч-ч-чень не любят незваных гостей…

– Поверить не могу… – пробормотала Тилорь, с грехом пополам одолев последний пролет и тут же почти свалившись на пол. – Неужели все?

– Все, – спокойно подтвердила Хранящая. – Это последний этаж. На сегодня…

– То есть? – пораженно воскликнула добравшаяся наконец Таррэ.

– То есть завтра их может быть и больше, – пояснил невозмутимый Гридъяр. – Или меньше…

– Абсолютно верно, – кивнула Хранящая, прислонившись спиной к каменной стене и с умеренным интересом наблюдая за попытками Тилори подняться на ноги и принять подобающую ревизору позу.

– И что здесь есть интересного? Проклятые клады? Замурованные скелеты? Запретные зелья?

– Все это было в подвалах, – напомнила риль Иньярра. – Здесь нет ничего подобного.

– Но зачем-то же были созданы эти коридоры! – возмущенно воскликнула отдышавшаяся уже Таррэ. – Должно же быть здесь что-то, заслуживающее нашего внимания!

– Необязательно, – возразил Гридъяр. – Заметьте, риль Таррэ, что до этого риль Иньярра предлагала нам осмотреть то или иное место в своем Храме, зная, что там найдется что-то любопытное. Сюда же мы пошли самовольно, по вашему настоянию. Так что я предлагаю довести начатое до конца и осмотреть эти коридоры, но ожидать от них чего-то особенного не стоит… Риль Тилорь, с вами все в порядке? Если хотите, можете остаться здесь и подождать нас…

Тилорь, скривившись, как от зубной боли, поднялась на ноги и кисло выразила готовность идти вместе со всеми. Первой пошла недовольная Таррэ, следом – Гридъяр, за ним – Тилорь. Ведьма беззвучной черной шелковой тенью замыкала процессию.

Гранитные стены источали какой-то благоговейный холод, овевавший коридоры суровым, красивым, вечным и… жестоким духом абсолютной магии. Ровное желтое пламя факелов, продетых в стальные кольца на стенах, горело спокойно и равнодушно, не чадя и не дымя. То и дело то справа, то слева мелькали подъемы и выходы на широкие балконы с резными перилами. Поднявшись на один такой, Тилорь негромко вскрикнула от неожиданности: от земли Храм отделяло никак не меньше шестидесяти саженей.

– Низковато нынче, – заметила подошедшая ведьма, легко опираясь запястьем на парапет, от которого чародейка старалась стоять как можно дальше. – Обычно над этими деревнями Храм летит гораздо выше…

– Вы так хорошо знаете, на какой высоте он где летит? – не удержалась Тилорь.

– Я провела на этих балконах не один день, – спокойно ответила ведьма.

– Тогда почему же сегодня Храм летит низко? – недовольно проворчала Таррэ, у которой уже давно не было ни одного повода к чему-нибудь придраться. – Фундамент потяжелел?

– Или лишние гости на борту, – с непроницаемым лицом подсказала ведьма. – Или настроение плохое…

– У кого?

– У него. Или у меня, – серьезно пояснила она.

– А какое Храму дело до вашего настроения? – нахмурилась Таррэ.

– Ну неужели ж вы думаете, что Хранящая и Храм связаны только обязанностями первой принимать проверяющую комиссию из Гильдии?! – насмешливо произнес мужской голос из темноты коридора.

На свет поднялся высокий черноволосый мужчина в плаще и с мечом у пояса. Широкие коричневые полы полоскались понизу, не подобранные хозяйской рукой, кожаная головная повязка подхватывала чуть вьющиеся пряди, не давая им падать на глаза.

– Иньярра, я тебя искал.

Ведьма, по губам которой скользнула тонкая улыбка при появлении незнакомца, кивнула в его сторону:

– Знакомьтесь: господин Галирад. А перед тобой, Галирад, рильт Гридъяр, риль Таррэ и риль Тилорь.

– Представители и очаровательные представительницы Гильдии, как я понимаю, – перебил ведьму мужчина и, отвесив галантный поклон чародейкам, склонил перед Иньяррой голову в извиняющемся жесте. – Прости, я не подумал, что ты сегодня занята…