На орлиных крыльях - Фоллетт Кен - Страница 112

Однако подобная версия не спасет их. Хауэлл прекрасно знал, что Дэдгару наплевать, виновны его заложники или нет.

В шесть часов командир корабля объявил:

– Дамы и господа! Мы получили разрешение на взлет.

Захлопнули двери, и через несколько секунд самолет двинулся к взлетной полосе. Стюардессы предложили оставшимся без места пассажирам сесть на пол. Пока авиалайнер выруливал на полосу, Хауэлл подумал: «Ну теперь-то мы ни за что не остановимся, даже если нам прикажут…»

«Боинг-747» разогнался по бетонной дорожке и оторвался от земли.

Пока они находились в воздушном пространстве Ирана, иранцы могли выслать на перехват реактивные истребители…

Чуть позже командир корабля оповестил пассажиров:

– Дамы и господа! Мы покинули воздушное пространство Ирана.

Пассажиры довольно вяло выразили свою радость по этому поводу.

«Мы победили», – подумал Хауэлл.

Он стал читать свой детектив.

Джо Поше поднялся с кресла и пошел искать старшего стюарда.

– Можно как-нибудь передать через командира корабля сообщение в Штаты? – спросил он.

– Не знаю, – ответил стюард, – Напишите текст, а я попрошу передать его.

Поше вернулся на свое место, достал бумагу, вынул ручку и написал:

«Даллас, штат Техас, Форест-лейн 7171, Мерву Стафферу».

На минуту Поше задумался. Что написать? Он вспомнил, что при приеме на работу в ЭДС руководствовались девизом: «Орлы не собираются в стаи, они летают в одиночку», и написал:

«Орлята улетели из гнезда».

Росс Перо хотел встретиться с «чистыми» до своего возвращения в Штаты. Он горел желанием собрать всех своих людей вместе, посмотреть на них и прикоснуться к каждому, чтобы окончательно убедиться, что все они живы и здоровы. Однако в пятницу в Стамбуле ему не удалось добиться точного ответа на вопрос, куда приземлится самолет, увозивший «чистых» из Тегерана. Проблему решил невозмутимый пилот взятого напрокат «Боинга-707» Джон Карлен.

– Все эти самолеты, вывозящие американцев из Тегерана, должны пролететь над Стамбулом, – пояснил он. – Мы просто будем сидеть на взлетно-посадочной полосе, пока они не появятся у нас над головой, а затем свяжемся с ними по радио и спросим.

В конце концов, этого не понадобилось. В субботу утром позвонил Стаффер и сообщил Перо, что «чистые» полетят на самолете, который приземлится во Франкфурте.

Перо и все остальные люди ЭДС выписались из гостиницы «Шератон» в середине дня и отправились в аэропорт, чтобы сесть на тот же самолет, в котором находились Булвэр и Саймонс. Они вылетели ближе к вечеру.

Когда они были уже в воздухе, Перо позвонил в Даллас. Имея на борту радиопередатчик с фиксированной наводкой, соединиться с Далласом оказалось не труднее, чем из Нью-Йорка. На связь вышел Мерв Стаффер.

– Как обстоят дела с «чистыми»? – спросил Перо.

– Я получил сообщение, – ответил Стаффер. – Оно поступило из европейской штаб-квартиры «Пан Америкэн». Там всего несколько слов: «Орлята улетели из гнезда».

Перо улыбнулся. Все «чистые» в безопасности.

Перо вышел из кабины экипажа и возвратился в салон для пассажиров. У его героев был усталый вид. В Стамбульском аэропорту он послал Тэйлора в магазин беспошлинной торговли за сигаретами, закуской и выпивкой, и тот потратил больше тысячи долларов. Американцы налили себе по стаканчику, чтобы отпраздновать спасение «чистых», но пить никому не хотелось, и через десять минут они все еще сидели в плюшевых креслах, так и не притронувшись к спиртному. Кое-кто принялся было играть в покер, но игра быстро расстроилась.

На борту «Боинга-707» находились две хорошенькие стюардессы. Перо попросил их обнять Тэйлора, а затем сделал фотографию, после чего пригрозил послать ее жене Тэйлора, если тот будет плохо себя вести.

Большинство «нечистых» так устали, что не могли даже спать. Однако Гэйден вернулся в роскошную спальню и завалился там на огромную кровать. Перо слегка разозлился, потому что считал, что на этой постели должен спать Саймонс, который был гораздо старше их и выглядел сейчас, как выжатый лимон.

А в это время Саймонс разговаривал с одной из стюардесс по имени Анита Мелтон, жизнерадостной девушкой чуть старше двадцати лет со здоровым чувством юмора, богатым воображением и склонностью ко всему необычному. С ней было весело. Саймонс сразу же почувствовал в Аните родственную душу, человека, который не очень-то считается с общепринятым мнением и имеет свой взгляд на вещи. Саймонсу она понравилась, и он понял, что после смерти Люсилль его впервые тянет к женщине.

Он возвращался к жизни.

Рон Дэвис захотел спать. Он решил, что в огромной кровати вполне хватит места двоим, отправился в спальню и улегся рядом с Гэйденом.

Тот открыл глаза и недоуменно спросил:

– Дэвис, что ты, черт возьми, делаешь у меня в постели?

– Не теряйся в догадках, – ответил Дэвис – Можешь теперь рассказывать всем своим друзьям, что ты спал с негром. – Он закрыл глаза.

Авиалайнер приближался к Франкфурту, и Саймонс вспомнил, что по-прежнему несет ответственность за Пола и Билла. Он стал думать, что может в данной ситуации предпринять противник. Саймонс спросил Перо:

– У Германии есть договор с Ираном о выдаче лиц, нарушивших иранские законы?

– Не знаю, – ответил Перо, но тут же стал относиться к делу по-саймоновски. – Я выясню, – поспешил добавить он.

Перо позвонил в Даллас и попросил юриста Тома Льюса.

– Том, у Германии есть договор с Ираном о выдаче лиц, нарушивших иранские законы?

– Я на девяносто девять процентов уверен, что нет, – сказал Льюс.

Перо передал это Саймонсу. Саймонс отреагировал немедленно:

– Я много раз видел, как люди погибали только потому, что были на девяносто девять процентов уверены в своей безопасности.

– Давай убедимся в этом на все сто процентов, – обратился к Льюсу Перо. – Я перезвоню тебе через несколько минут.

Они приземлились во Франкфурте и въехали в гостиницу. Оформлявший их немецкий чиновник проявил к ним особое любопытство и тщательно проверил их паспорта. Его поведение только усилило беспокойство Саймонса.

Вся группа собралась в номере Перо, и он опять позвонил в Даллас. На этот раз к телефону подошел Ти Джей Маркес. Он доложил:

– Я справлялся у вашингтонского специалиста по международному праву, и он полагает, что между Ираном и Германией существует договор о выдаче лиц, нарушивших закон на территории иностранного государства. Он добавил также, что немцы очень строго относятся к таким вещам и, получив просьбу о выдаче Пола и Билла, сразу же исполнят ее.

Перо пересказал услышанное Саймонсу.

– Ладно, – заметил Саймонс. – Мы не станем рисковать на столь поздней стадии нашей операции. В аэропорту на цокольном этаже есть кинотеатр с тремя залами. Пол и Билл могут там спрятаться… Где Билл?

– Пошел покупать зубную пасту, – ответил кто-то из присутствовавших.

– Джей, найдите его.

Коберн отправился искать Билла. Саймонс продолжал:

– Пол с Джеем пойдут в один зал, Билл с Кином Тэйлором – в другой. Пэт Скалли будет стоять на стреме. У него есть билет, и он может заходить в оба зала. Таким образом, Скалли будет контролировать обстановку.

«Да, интересно, – подумал Перо, – как сразу все меняется и приходит в движение, когда за дело берется Саймонс, который из отдыхающего в самолете старика вновь превратился в боевого командира».

Саймонс объяснил свой замысел:

– Там же, на цокольном этаже около кинотеатра, есть вход в метро. Если вдруг возникнут неприятности, Скалли заберет четырех мужчин из кино и вместе с ними отправится в центр города. Там они наймут машину и поедут в Англию. Если все будет тихо, мы выведем их из кинотеатра прямо перед посадкой в самолет. Что ж, теперь давайте выполнять задуманное.

В это время Билл находился в торговом центре. Он обменял немного денег и купил себе зубную пасту, зубную щетку и расческу. Он также решил, что новая рубашка позволит ему вновь почувствовать себя человеком. Для этого он опять пошел менять деньги. Когда он стоял в очереди в обменный пункт, его тронул за плечо Коберн.