Дело любопытной новобрачной - Гарднер Эрл Стенли - Страница 34

Джон Лукас, не скрывая своего торжества, заметил Мейсону с едкой насмешкой в голосе:

– Что-то вы сегодня выступили без присущего вам огонька, господин адвокат. Вам не удалось даже как следует допросить Крейндейллов в отношении дверного звонка.

– Вы забываете, что я еще не закончил перекрестный допрос, – вежливо ответил Мейсон.

Лукас издевательски рассмеялся ему в лицо, повернулся и ушел.

Мейсон покинул зал суда, прошел к телефону и позвонил в отель, где остановился Филипп Монтейн.

– Мистер Монтейн у себя? – спросил он.

Ему ответили, что мистер Монтейн еще не возвращался.

– Прошу передать ему от имени Перри Мейсона, что если завтра в семь тридцать вечера он придет ко мне в кабинет, то мы с ним сможем обсудить вопрос о разделе имущества по делу о разводе Роды Монтейн с его сыном. Вы не забудете?

– Обязательно передадим, – заверили его.

Следующий звонок был Делле Стрит.

– Делла, я просил передать старшему Монтейну, чтобы он завтра пришел ко мне в контору в семь тридцать вечера для обсуждения условий раздела имущества между Карлом и Родой. Но я не уверен, что ему это будет передано. Так что позвони ему попозже и проверь.

– Хорошо, шеф. Ты едешь в офис?

– Нет, – ответил Мейсон. – До завтрашнего утра я решил исчезнуть.

– Послушай, шеф, ты не забыл, что Карл Монтейн не сможет к тебе приехать, поскольку окружной прокурор держит его в тюрьме?

– Я помню, Делла, – усмехнулся адвокат.

– И все же ты настаиваешь, чтобы старший Монтейн приехал?

– Конечно!

– Хорошо, – ответила секретарша. – Я позабочусь, чтобы твое приглашение было ему передано.

Этим вечером Алекс Босвик, главный редактор газеты «Кроникл», знакомый с методами работы Мейсона и знающий, что его кажущаяся безучастность всегда предшествует взрыву бомбы замедленного действия, неожиданному и точно рассчитанному по времени, был поражен своеобразным подходом Мейсона, когда он расспрашивал о дверном звонке. Он немедленно направил двух своих самых пронырливых репортеров к окружному прокурору, чтобы добиться от него разъяснения важности этого самого звонка. Но тут же переменил свое распоряжение – они должны были расспросить самого Перри Мейсона.

Но адвокат словно испарился и появился лишь утром – свежевыбритый, элегантный, уверенный в себе и веселый. Он вошел в зал суда ровно за пять минут до начала заседания.

Первой в свидетельскую ложу снова поднялась миссис Крейндейлл.

Мейсон поднялся и обратился к суду с просьбой позволить электрику установить сухие батареи, чтобы можно было проверить звонок, снятый с двери квартиры Мокси.

– Обвинение не возражает, – самодовольно заявил Джон Лукас. – У защиты должны быть возможности проведения перекрестного допроса самым тщательным образом.

– Очень хорошо! – сурово сказал судья Маркхэм, чтобы пресечь всякую попытку со стороны Лукаса заранее праздновать победу. – Приступаем к проверке дверного звонка.

– Вызовите Сиднея Отиса, – распорядился Лукас.

Толстяк поднялся на возвышение, кинул взгляд на Мейсона, тут же отвел глаза и больше уже не поднимал их.

– Ваше имя? – спросил его Джон Лукас.

– Сидней Отис.

– Где вы проживаете?

– Квартира «В» в Колмонт-апартментс, Норвалк Авеню, триста шестнадцать.

– Чем вы занимаетесь?

– Я электрик.

– Возраст?

– Сорок восемь лет.

– Когда вы въехали в квартиру, которую занимаете в данное время?

– Если не ошибаюсь, двадцатого июня.

– Вам знакомо устройство вашего дверного звонка?

– Да, сэр.

– Как электрик вы должны разбираться в таких вещах?

– Да, сэр.

– Скажите, с того момента как вы переехали в эту квартиру, звонок не менялся? Или, может быть, ремонтировался?

– Я его заменил.

– Что?! – не смог сдержать удивления заместитель окружного прокурора.

– Я сказал, что заменил его, – улыбнулся свидетель.

– Заменили?!

– Ну да, теперь там другой звонок.

– Как это понять? – на лице Лукаса появились растерянность и злость.

– Я же электрик, – просто ответил Сидней Отис. – Как только переехал в эту квартиру, поставил другой звонок. У меня есть небольшой запас…

У Лукаса вырвался вздох облегчения.

– Понятно, вы решили поставить привычный вам звонок, не так ли?

– Конечно. Мой намного лучше.

– Хорошо, – сказал пришедший в себя Лукас. – А тот, что вы сняли, у вас сохранился?

– А как же! Только это был не звонок, а зуммер.

В зале заседаний наступила напряженная, драматическая тишина. Взоры всех присутствующих были направлены на простодушную открытую физиономию Отиса.

Джон Лукас поднялся с места. Теперь кровь залила даже его шею, а косточки пальцев, вцепившихся в край стола, побелели от напряжения.

– Когда вы переехали в квартиру? – спросил он грозно.

– Двадцатого или двадцать первого июня, я точно не помню.

– И сразу же заменили зуммер на дверной звонок?

– Да, сэр. Звонок-то лучше слышно.

– Послушайте, вы ведь электрик?

– Да, сэр.

– Вам не приходилось бывать в остальных квартирах этого дома?

– Нет, сэр.

– Значит, вы не знаете, что в трех остальных квартирах стоят дверные звонки, и исключение составляет только квартира, в которую вы въехали?

– Я не совсем понял, что вы хотите сказать… Но если думаете, что в остальных квартирах стоят звонки, то ошибаетесь. Там тоже стоят зуммеры. Во всяком случае, в нижней квартире, что под нами, точно стоит зуммер.

– Откуда вам знать, если вы там никогда не бывали? Кто вам об этом сказал?

– Дело в том, сэр, что когда я менял себе звонок, то надо было не перепутать проводку, и я попробовал звонок у нижней квартиры. Там тоже зуммер. Про другие квартиры я ничего не могу сказать. Только, если уж здесь зуммеры, то и там, должно быть, они же.

– Хорошо, мы проверим! – буркнул Лукас и тут же повернулся к полицейскому: – Сейчас же поезжайте туда и проверьте звонки во всех квартирах!

Судья Маркхэм стукнул по столу молотком:

– Господин заместитель окружного прокурора, до тех пор пока вы находитесь в стенах суда, вы должны с уважением относиться к показаниям свидетелей и уважать суд!

Лукас буквально места себе не находил от гнева, но ему пришлось покорно наклонить голову, соглашаясь с замечанием судьи. Повернувшись к Мейсону, он сказал дрогнувшим голосом:

– Начинайте перекрестный допрос, господин адвокат.

– У меня, собственно, нет никаких вопросов, – пожал плечами Мейсон. – Честно признаться, я сам несколько растерялся, поскольку собирался провести следственный эксперимент, но звонок, оказывается, не тот, что стоял в квартире Мокси.

Лукас посмотрел на свидетеля.

– Это все, вы можете идти, мистер Отис… Если суд разрешит, я вызову следующего свидетеля…

– Вы забыли, что вчера я не успел до перерыва допросить миссис Крейндейлл, – улыбнулся Мейсон. – Таким образом, я хотел бы…

– Хорошо, господин адвокат, – улыбнулся судья Маркхэм. – Можете сделать это сейчас.

Миссис Крейндейлл снова стала перед трибуной свидетелей. Вид у нее был растерянный.

– Хочу вернуться к вопросу о звонке, который вы слышали во время борьбы в квартире Мокси, – начал Мейсон. – Готовы ли вы присягнуть, что это был не телефонный звонок?

– Да, я не думаю, что это был телефон, – ответила она.

– Почему вы так считаете?

– Потому что телефонный звонок звучит иначе. У него вызов равномерный, то есть короткие звонки перемежаются с равными промежутками тишины… Звучание чисто механическое, да и более пронзительное… А тут звук был какой-то вибрирующий…

– Так вот, миссис Крейндейлл, если выяснится, что и в квартире рядом с Мокси был не звонок, а зуммер, то каким же образом вы могли его слышать? Это же совершенно невозможно.

Лукас вскочил на ноги.

– Я возражаю против поставленного вопроса, так как он несущественен, не допустим в качестве доказательства и не относится к делу.