За третьей гранью - Морган Джезебел - Страница 27

Алекс отчётливо скрипя зубами замахнулся, чтобы в меру дружелюбно стукнуть меня кулаком по голове. Да у меня прям талант выводить из себя окружающих! Я отбежала в сторону и продолжая хихикать, швырнула в него боевую сферу. Жизни. Забыв сменить её ало-золотой цвет на начальный бело-голубой. И это действительно выглядело так, будто «неуравновешенная ведьма решила его немного подкоптить». Алекс замер на одном месте, боясь пошевелиться. И лицо у него было в этот момент поразительно глупое, будто он пытался понять на каком свете находится, и всё ли с ним в порядке. Только ради этого и стоило бросить в его сферу! Я с тихим поскуливанием сползла на пол по стеночке, не с в силах бороться с хохотом. Чуть позже ко мне присоединились и Хелен с младшим братцем, когда сообразили, что их старшему родственнику ничто не угрожает. Отсмеявшись, я попыталась успокоить Алекса в меру своих скромных способностей:

– Не волнуйся, рек крови и гор трупов не будет! Также как и кучек пепла… Это была по-прежнему сфера жизни!

Я щёлкнула пальцами, снимая с потолка иллюзию. Лицо бедного парня стало ещё глупей. Такое ощущение, словно он пытается сфокусировать взгляд, а у него не получается. Впрочем, именно так и было. Алекс несколько раз моргнул, близоруко щурясь и вытащил контактные линзы. Проморгался.

– Чёрт…

– Согласна, – тихо заметила я, начиная понимать, чем мне грозит демонстрация моих способностей.

– Что это было? – требовательно вопросил меня Алекс, потрясая зажатыми в кулаке линзами. Я сначала попыталась состроить жалостливую и глупую физиономию в духе «моя хата с краю, ничего не знаю», но мне не поверили. Разъярённый парень схватил меня за шкирку, как котёнка, и поднял в воздух, требуя объяснений.

– Ну что ты хотел? – лязгая зубами вопросила я, рискую лишиться части языка. – Я же в тебе сферой жизни бросила… А магия жизни – это целительство, если до тебя сразу не дошло…

Мгновенно успокоившись, Алекс отпустил меня. Я, не ожидая этого, мешком грохнулась на пол. Так и осталась там сидеть, не чувствуя в себе сил подняться на ноги. Рядом со мной на ковёр опустилась Хелен.

– Получается, ты сама не знаешь, как тебя угораздило здесь оказаться? – уточнила она. Я пристыжено кивнула. Насколько мне известно, из всех многочисленных магов земли, только у меня такие проблемы с порталами. У других они получаются не хуже, чем у магов воздушной, водной или огненной стихии, только сил уходит в несколько раз больше. И ни у кого ещё так сильно не сбивался портал, чтобы ломались даже пространственные настройки, вплетающие в заклинание в самом начале.

– А это не могло обуславливаться воздействием силы твоей сестры на канву плетения? – деловито осведомился Нейл. Я во все глаза уставилась на него. Какая ещё канва? Он, что, так называет схему плетения заклинаний? Решил применить вирреальные познания в реальной жизни? Но вообще вопрос трезвый. Я призадумалась, пытаясь восстановить в памяти незначительные моменты. После всего со мной сегодня случившегося, память работать отказывалась. Я закрыла глаза. Должно же быть хоть что-то… Видеть рисунок энергетических линий я могу только в момент плетения заклинания. А взрослые и опытные маги – в любой момент! Эх, как бы мне пригодилось подобное умение! Но воздействие пустоты, даже в ничтожно малых дозах, должно было сказаться на внешнем виде портала! Обычный всплеск его бы просто полностью уничтожил, а слабые излучения… скорее, энергетические линии могли слегка отодвинуться и перестроиться, отдаляясь от смертельных для них воздействий…

– Чё-о-орт… – слабо простонала я. Ведь так действительно меня могло забросить не только на другой конец мира, но и вообще неизвестно куда… И я даже не знаю, как могли сместиться энергетические линии, чтобы хотя бы предположить, что могло случиться с порталом. Меня действительно могло забросить в другое время, в другой мир… Скорее, в другую реальность моего мира. Я закусила губу и тихонько захныкала. Блин, да я даже не знаю, как вернуться назад! А магов здесь нет.

– Ой, ну что ты, – тихонько заворковала Хелен, притягивая меня к себе и поглаживая по всклоченным волосам. Рядом опустились и её братья, смущённо бормоча что-то утешающее. Видимо женские слёзы были им в новинку. Нейл виновато смотрел в пол, Алекс запальчиво обещал помочь мне. Я отодвинулась от девушки и шмыгнув носом спросила:

– И как вы мне помочь собираетесь? Я ведь даже не знаю, где нахожусь! – заметив непонимание на лице Хелен («да я ж только что объяснила!..»), я поспешила исправиться, – В смысле, то ли в другом отражении мира, то ли в другом мире… Да и магов у вас тут нет.

Ребята приуныли, сообразив, что я, вероятнее всего, останусь у них надолго, если не навсегда. Не выгонять же меня на улицу (особенно, после того, как я их немножечко заклятиями обработала)?! Хелен переживала по-другому поводу: я смогла вызвать в ней жалость ко мне, а это уже было залогом того, что мне станут помогать. Пусть это подло и неправильно, но надо же как-то выживать в чужой реальности, не имея ни сил, ни знаний?

Хелен вздохнула и неуверенно предложила более-менее приемлемое решение для данной ситуации.

– Иди-ка ты спать, Хель, – вздохнула она. – Сейчас тебе приготовят комнату, а завтра с утра… вернее уже сегодня… мы подумаем, что нам с тобой делать… И я не могла не согласиться, что это было лучшим вариантом.

Элис

Купаясь в лучах славы , можно и утонуть.

Звезда

В подземелье время не бежало и даже не текло. По моим ощущением, его тут вообще не было. Ночью я считала время, когда сплю, днём – соответственно, когда бодрствую. И то, и другое особым разнообразием не отличалось, но во всяком случае жрицы ко мне больше с жертвоприношениями не подкатывали, и то сахар.

Каждое утро меня выгоняли во внутренний двор, и я должна была стоять там в ожидании рассвета. Так сказать, приветствовать папашу-Ра торжественными песнопениями. Сначала собирались все жрицы, мне на подпевки, но после трёх дней мучений петь гимны мне пришлось в гордом одиночестве: голос-то конечно у меня был и не слабый, надо сказать, но слух (а вернее его отсутствие) стал уже семейной притчей во языцех. Так что я развлекалась и во всё горло орала непристойные частушки. Плохого мне никто не говорил, но некоторые жрицы после моего вокала долго мучились головной болью.

Анрис оказалась девочкой упорной, то есть упрямо продолжала учить русский, делая феноменальные успехи. Глядя на неё, я лишь завистливо вздыхала, вспоминая свои мучения при изучения английского.

Несколько раз меня выводили гулять на поверхность, но всегда при таком количестве зверски настроенного почётного эскорта, что я чувствовала себя особо опасной преступницей. К тому же все прогулки ограничивались парой кругов по внутреннему двору храма, так что к третьей прогулке я уже успела выучить каждую трещину на стенах и плитах, и больше не стремилась к ясному солнышку и голубому небу. К тому же дождь уже давно закончился (это вам не тропические ливни в сезон дождей), и солнышко было раскалённым, а небо расплавленным, как и земля под ногами.

В общем всё было просто замечательно, но в один прекрасный (кому как) день Анрис осчастливила меня вестью, что фараону приспичило жениться. На мне, любимой. Поспешно завтракающая я поперхнулась пресной лепёшкой, которую успела возненавидеть ещё несколько дней назад. Египтянка торопливо похлопала меня по спине и наивно спросила, довольна ли я. Из последовавшей пламенной речи она уяснила только одно: я действительно «рада». Да ещё как! Анрис присела на край кровати и серьёзно произнесла:

– Тефнут хочет уходить? – с частично исковерканным словам я привыкла ещё раньше, чем к местной еде, и привычно расшифровала фразу.

– Угу. Не подскажешь способ?

Жрица мягко улыбнулась и виновато пожала плечами. Ясно. Опять она не поняла часть слов.

Я возвела глаза к потолку, красочно представив вместо него небо и бездельничающих на нём богов, и душевно поблагодарила их за весёлую жизнь в ёмких и красочных фразах. Разумеется, шёпотом. Ибо мне ну совсем не светит объяснять значения всех слов любознательной Анрис.