За третьей гранью - Морган Джезебел - Страница 28

– Знаешь, как выйти из храма? – медленно и раздельно произнесла я. Почти все слова в этой фразе были знакомы египтянке, и основной смысл она уловила.

Девушка удивлённо качнула головой в сторону коридора, ведущего к официальному входу-выходу. Я коротко и колко рассмеялась, на пальцах объяснив жрице, что с нами сделают, если поймают – богине полагалось сидеть безвылазно в храме, являя свою сиятельную особо всему честному народу по большим праздникам. Не думаю, что непокорную богиню погладят по головке за самоуправство, а младшую жрицу-подельницу – тем более.

Анрис передёрнула плечами и попыталась объяснить свою очередную «гениальную» мысль:

– Дорога, не знают, – бодро заявила она. Я скептически приподняла брови:

– Тайных ход? Ну-ну. Что ж он за тайный, если ты о нём знаешь? С тем же успехом о нём могут знать и другие жрицы.

В следующие пять минут Анрис переваривала эту фразу, но не потому что была тугодумкой, а потому что я как всегда не утруждаю себя построением более лёгких фраз для её восприятия. Наконец, она пожала плечами и в ломких словах пообещала всё разведать про этот ход. Я ехидненько пожелала ей удачи и снова погрузилась в медитацию, сиречь предалась блаженной лени. В кои веки выдалось время отдохнуть от моих дорогих родственничков, значит надо провести это время с пользой. Чем я все эти дни и занималась. Надоело.

В третий раз перетряхнула золото в сундуке, нашла пару красивых колечек, которые прикарманила со спокойной совестью, завернув их в свою одежду, недавно выстиранную и аккуратно сложенную.

Гулкие шаги в коридоре заставили меня стремительно подхватиться и отпрыгнуть от ларца, хотя вряд ли меня ждало обвинение в воровстве, по идее, моих собственных вещей. В комнату ворвалась радостная Анрис.

– Тефнут! – воскликнула она, – ход не охранять!

Я довольно кивнула, ожидая продолжения. Жрица удивлённо приблизилась и робко взяв меня за руку, потянула меня за собой:

– Идти? – неуверенно предложила она.

Я усадила её рядом и ласково погладила по голове, как маленького ребёнка. На этот раз я даже использовала упрощённые формы слов.

– Анрис, а Анрис, а ты думать уметь? – с тщательно завуалированной издевкой осведомилась я. – Ну, мы сбежать, а дальше что делать? Иди туда, не знать куда?

Египтянка беспомощно смотрела на меня, пытаясь вписаться в траекторию полёта моих мыслей. Девушка снова тихо убежала выяснять подробности. Мрачно проводив её взглядом, я прикинула, что с собой придётся взять. Целеустремлённая египтянка явно намеревалась устроить нам побег, принимая это за весёлое приключение. И ведь устроит, упорная.

Эхо множества степенных шагов заставило меня вскочить с кровати и поправить своё платье. Кого там ещё принесло? У Тефнут сегодня приёмный день?

Процессия сиятельных личностей, в смысле блестящих золотом в свете пламени, нерешительно остановилась в тени коридора. Вперёд вышла верховная жрица, чем-то недовольная и гневная. Я напряглась, вспоминая, что я натворила за последнее время. Или они столько времени решались вынести мне порицание за сорванное жертвоприношение?

Женщина отвесила мне издевательский поклон и знаками предложила следовать за ней. Я не менее издевательски дала ей своё высочайшее соглашение, и поправив золотое ожерелье (тяжёлое, зараза!), отправилась следом. В одном из залов процессия чуть не столкнулась со спешащей Анрис, успевшей отскочить в сторону и остаться незамеченной. Пронырливая египтянка тихонько пристроилась в хвост шествию, усиленно делая вид, что и была там с самого начала.

Меня снова привели в тронный зал и усадили на кресло. На этот раз я чувствовала себя гораздо уверенней и постаралась устроится на этом пыточном (жёстком и шершавом, даже ёрзать страшно! А вдруг занозу получу?!) кресле по-удобнее: закинула ногу на ногу, подпёрла кулаком голову и состроила скучающую физию. Ну прям скульптурная композиция «Богиня, которой всё надоело».

Анрис осторожно подкралась к трону, стараясь держаться в тени, но это не скрыло её от цепкого взгляда верховной жрицы. Скорчив презрительную мину, она громко сказала что-то в пространство, и взгляды всех обратились к входу. Заинтригованная, я тоже туда взглянула, оторвавшись от созерцания своих ногтей. А потом с трудом сдержала готовую упасть челюсть.

Честно говоря, сначала я приняла вошедшего за инопланетянина. Маленький с вытянутой длинной головой, в одной набедренной повязке, длинной до колен, смутно белевшей в тьме зала… А потом он вошёл в круг света, и теперь я уже пыталась удержаться от разочарованного вздоха. Это был всего лишь фараон в своей шапке-короне, удерживающейся на голове на оттопыренных ушах. М-да, а я-то надеялась увидеть какого-нибудь сириусёнка, прилетевшего с планеты Сириус вместе с прародителем Осирисом… Да-а, ходят в наше время в такие байки, что пирамиды – это инопланетные корабли. И есть идиоты, в это верящие…

Фараон гордо прошествовал к моему трону, высоко держа голову, кажущуюся под короной очень маленькой. Ожерелье на шее, украшенное богаче, чем моё, красиво мерцало в свете факелов и свечей. Множество браслетов, колец и прочей бижутерии делало фараона похожим на незадачливого воришку, обчистившего ювелирный магазин и напялившего всё украденное на себя. Жирно подведённые глаза навевали мысли о моих современниках. Вежливо ему улыбнувшись, я сквозь зубы осведомилась у Анрис, чего от меня надобно этому коротышке. Естественно, мне сразу пришлось упростить фразу до нескольких понятных ей слов, иначе она бы над ней до скончания веков раздумывала.

– Брак! – тихо напомнила мне жрица, ёжась под тяжёлым взглядом верховной, которая из-за нашего перешептывания не могла начать церемонию.

– Сейчас?!? – опешила я. Судя по лицу девушки, ей хотелось постучать мне по лбу: по её представлению, богиня ну просто не могла не знать элементарных традиций её страны!

Каюсь, историей Древнего Египта я как-то не увлекалась, и теперь за это расплачиваюсь.

– Хорошее дело браком не назовут, – тихо процедила я общеизвестную истину, наблюдая как жрицы старательно бьёт поклоны перед подбоченившимся фараоном. Наконец, приветствие и возвеличивание правителя заканчиваются, и низкорослое Его Величество спешит изъявить свою волю. Судя по злорадной улыбке Анрис (извечно женское «А я же говорила! ! !») – матримониальную. Я порывалась что-то сказать, то дружеский тычок локтем подействовал лучше кляпа. Мне ведь совсем не надо выдать всем, что я самозванка на тёпленькое местечко богини?

Жрецы ещё что-то увлечённо обсуждали, договариваясь с фараоном (наверняка о приданном… жлобы), а я продолжала изображать из себя красивую куклу. И если я не предприму срочных мер, буду вынужденна быть ей до конца своей жизни. Ибо что-то мне подсказывает, и это отнюдь не здравый смысл, что из дворца мне сбежать уже не удастся…

С трудом дождалась окончания этой церемонии, и отконвоированная в свою комнату, я закатила грандиознейшую истерику. То есть металась по маленькой спальне, поминая всех богов и сетуя, что мне, как всегда, вместо хорошей жизни устраивают весёлую. Богам на меня было наплевать, и они не спешили переносить меня в моё время. Ну или хотя бы за пределы храма. (Вариант на небо меня, по понятным причинам, не устраивал). А значит опять всё придётся делать самой.

Верная Анрис была проинструктирована провести среди жрецов агитацию, чтобы внизу никого не осталось и никто не мешал нам совершить противозаконное деяние. Выпроводив жрицу, пытающуюся на ходу придумать ещё что-нибудь полезное, я облегчённо перевела дух. Как бы эта энтузиастка чего не учудила…

Быстро переодевшись в свою родную одежду (боже, как же меня достали эти бесформенные тряпки, называемые здесь платьями!), я застегнула поверх шорт пояс с кинжалом. Что-то мне подсказывает, что оружие мне ещё очень понадобится. Проверила, в каком кармане пистолет, в другой сунула нож и пару украшений. Та-ак.

Медленно села на кровать, в который раз прокрутила в голове эфемерный план побега. Единственное, на что я могла положиться – это верность Анрис и секретность этого её хода. А что я буду делать, когда выберусь из храма, я ещё как-то не задумывалась. Что ж, никогда не поздно наверстать упущенное. Сижу, думаю. Логично было бы найти хранителей знаний и приставать с этим вопросом к ним. И жрецы на эту роль подходят очень хорошо. Даже слишком. Если бы не этот брак с малолетним фараоном!