За третьей гранью - Морган Джезебел - Страница 29

Шорох крадущихся шагов вывел меня из задумчивости почище ведра ледяной воды на голову. Не думаю, что Анрис стала бы скрываться от меня. А кто ещё сюда прийти может?.. Тревогу я почувствовала на подсознательном уровне и дальше действовала чисто интуитивно. Нож снова полетел на столик, я предельно аккуратно положила его на прежнее место, даже лезвия выщелкнула. Натянула поверх своей одежды смятое платье и нырнула под одеяло старательно делая вид, что богиня решила последний раз поспать в одиночестве. Свернувшись клубочком, чтобы из-под полуприкрытых ресниц можно было наблюдать за дверным проёмом, медленно выровняла дыхание.

У меня почему-то возникло ощущение, словно я сижу в засаде и поджидаю хищника, и от того, смогу ли я достоверно притвориться, зависит моя жизнь.

В комнату крадучись вошла верховная жрица. Внимательно огляделась, сохраняя на лице приветливую натянутую улыбку, и убедившись, что в спальне кроме нас никого нет, перестала сдерживать свои эмоции. В раскосых глазах мелькнуло тёмное пламя, хищная, пробирающая до костей, улыбка-оскал сильно исказили её лицо. Меня прошиб холодный пот, сразу начал бить озноб, несмотря на то что лежать в двойной одежде под тёплым одеялом было жарко.

Верховная с усилием вернула своим чертам привычную неподвижность и отступила в тень возле входа, приготовившись к долгому ожиданию. В расслабленной руке поблескивал обнажённый кинжал.

Я старалась не делать лишних движений, способных разуверить жрицу, что я отнюдь не сплю. Интересно, какого корнеплода она здесь забыла? Неужели, кто-то услышал о наших планах побега и донёс ей? Но тогда она вряд ли стала бы изображать недреманного стража в моих покоях, а просто прирезала по-тихому и меня, и младшую жрицу.

Анрис как всегда появилась совершенно бесшумно. Спокойно вошла, ничего не подозревая, и удивлённая попыталась меня окликнуть. Но прежде чем она успела открыть рот, верховная ударила её кинжалом в бок. Промазала. Уловившая тень движения девушка успела отшатнуться, в чёрных глазах мелькнули обида и удивление. С тихим звяком нерешительно скрестились ритуальные кинжалы, недовольные, что их используют в вульгарной драке. Жрицы медленно обходили друг друга, не решаясь атаковать снова. Тихие осторожные шаги, едва шевелящиеся губы – беззвучный разговор у ложа притворяющейся богини – почти сюрреалистическая картина. Мне это надоело первой.

Тихо выпростав из-под одеяла руку, я нащупала на столе нож. Бросать его в женщин – безумие. И так толком не прицелиться, так они ещё и ходят всё друг против друга! Или промажу, или попаду. Но в Анрис. По закону подлости.

Верховная снова бросилась в атаку, надеясь на неожиданность, но Анрис, не отвлекаясь, точно парировала все её удары. Увлечённые своей маленькой схваткой, они не заметили, как я осторожно встала. Жаль, я не умею ходить так же бесшумно, как и моя верная жрица.

Женщины сделали ещё один круг под непрерывный звон клинков, и верховная смогла увидеть меня. Её глаза удивлённо расширились, не понимая, почему грозная богиня пришла на помощь не ей, верховной и верной служительнице, а мелкой и нахальной девчонке, которая и в храм-то по случайности попала. Анрис отпрыгнула мне за спину, не опуская кинжал, но надеясь на моё «божественное заступничество». Несколько мгновений мы стояли неподвижно, словно надеясь, что противница одумается и извинится за своё вторжение. Конечно же, каждая понимала это по-своему.

Верховная, спокойно стоящая напротив меня, стремительно бросилась вперёд, пытаясь достать кинжалом открытую шею Анрис. Я с воплем отшвырнула девушку к стене и попыталась отмахнуться от безумной женщины ножом. Короткое лезвие вряд ли могло причинить ей серьёзный вред, если бы удар наотмашь не прошёлся по горлу. Тоже открытому.

Пытаясь сдержать визг, я отпрыгнула от хрипящей на полу жрицы, хлещущая из раны кровь расплывалась тёмной лужей.

– О небо, – тихо выдохнула я, делая ещё один шаг назад и инстинктивно хватившись за шею, словно это мне горло перерезали. – Господи…

На моей памяти это был единственный случай, когда я обратилась к «своему», христианскому богу. Зажав рот ладонью, я не в силах отвести взгляд смотрела на мучительно умирающую жрицу. Никогда бы не подумала, что смогу убить человека, никогда…

Анрис легко коснулась моего плеча, вопросительно заглядывая в лицо. Она не раз в своей жизни видела кровавые жертвоприношения жестоким зверобогам. И она не понимала, почему я не могу пошевелиться.

– Идти? – настойчиво спрашивала девушка уже не в первый раз. Я заторможено кивнула, осторожно обходя следом за жрицей растекающуюся кровь. Сделав несколько шагов, я едва не упала, и Анрис пришлось придерживать меня за руку, ведя перёд. Всё ещё не отойдя от потрясения, я послушно шла за ней, как собачка на поводке.

Пришла я в себя только в одном из пустынных залов с высоким потолком и частыми толстыми колоннами. Выдернула руку у жрицы и внимательно оглядела себя. Девушка оглянулась и только сейчас заметила, как нелепо я одета, и вежливо попыталась не рассмеяться. И ей это почти удалось. Недовольно покосившись на давящуюся смехом жрицу, я стянула через голову белую хламиду, запачканную кровью и вытерла об неё лезвия ножа, который я всё ещё сжимала в руке. Запихав испорченную одежду в какую-то нишу, чтоб в глаза другим не бросалась, мы продолжили свой путь к тайному (надеюсь!) ходу.

Перед одним из поворотов Анрис вытащила из кольца в стене тускло горящий факел и приложив палец к губам осторожно заглянула за угол. Я скептически улыбнулась, старательно отгоняя навязчивые мысли о первом в моей жизни убийстве. Девушка ведёт себя так, словно ожидает наткнуться у запасного (он же тайный, он же аварийный) хода целую толпу возжелавших спешно покинуть храм. Что ж эта за тайных ход такой, о котором все знают?

Довольная увиденным Анрис поманила меня пальцем. Я спокойно подошла к ней, с интересом вглядываясь в тёмный коридор. Густая тьма, рассеиваемая светом единственного факела, казалась единым живым существом, живущим в этом подземелье по своим законам. Узкий коридор, стиснутый толщей каменных стен ассоциировался у меня с дорогой в царство смерти, безликую, беспощадную Бездну.

Анрис робко сделала несколько шагов вперёд, зыбкий свет факела выхватил фрагмент древней росписи на боковой стене. Гневная тигрица, позади силуэт хищной птицы и непонятные знаки, мало похожие на египетские иероглифы. Девушка маленьким шажками продвигалась вперёд, словно опасаясь того, что может в следующий момент вынырнуть из кромешной тьмы.

Светлый прямоугольничек поворота успел полностью раствориться в мгле, когда мы наконец дошли до тупика. Анрис начала внимательно разглядывать пол, а я – росписи на стенах. Грубоватые рисунки не выцвели, и со стен на меня смотрели древние боги. Особым почтением я их не удостоила, пытаясь получше разглядеть и запомнить странные значки. Жаль перерисовать некуда и некогда.

За спиной что-то натужно заскрипело, пол под моим ногами покачнулся, и массивная плита провернулась вокруг своей оси под моим весом. К счастью падать было неглубоко, но пятки я себе всё-таки отбила.

– Тефнут? – взволнованно и неуверенно прозвучал сверху голос Анрис. Подняв голову, я увидела лицо жрицы на фоне едва освещённого квадрата, рассечённого надвое вставшей горизонтально плитой. Сдержав тихие и неласковые слова, я кивнула на пол и приказным жестом велела спуститься. Девушка проворно и ловко спрыгнула, легко приземлившись рядом со мной, с любопытством огляделась.

Тайных ход представлял собой туннель, выложенный неизвестным камнем с многочисленными серенькими прожилками. Но вот над нашими головами заскрежетало и плита снова встала правильно, отрезав нас от оставшегося наверху факела. В темноте переглянувшись (вернее, попытавшись), мы дружно подавили мученический стон. Впрочем, абсолютной тьмы не было – прожилки начали излучать слабый зеленоватый свет. Равнодушно пожав плечами, я пошла вперёд, благо направление здесь только одно и заблудиться довольно трудно – даже географический кретинизм не поможет.