Дочь кузнеца - Сергеева Ольга И. - Страница 87

Коридор повернул, и за поворотом рабы увидели солнечный свет: выход, забранный решеткой. И оттуда на них волной накатил шум, приглушенный расстоянием гул. Занила могла бы подумать на рокот прибоя, но она знала, насколько далеко от моря находится цирк. Люди. Толпа. Гул сотен и тысяч человеческих голосов. Сколько же зрителей собралось на трибунах годрумского цирка? Позади нее грубо ругнулся надсмотрщик: видимо кто-то из рабов попытался остановиться, налетев на этот шум как на стену. А сама Занила чуть не налетела на охранника, шедшего перед ней и замедлившего шаг: впереди была арена цирка и если не свобода, то хотя бы возможность действовать! И она неосознанно торопилась разорвать паутину затянувшегося ожидания. За неделю на корабле она успела забыть, как чувствуешь себя, когда твое кружево наполнено серебром. Вот так чувствуешь: сильной и ничего не боящейся!

Перед решеткой, отделяющей коридор от арены, были еще надсмотрщики. Двое из них при появлении рабов начали вращать ворот на стене, и решетка плавно поехала вверх, открывая проход. По бокам только каменные стены, за спинами ощетинившиеся копья и только один путь открыт - вперед. Занила пригнула голову и, не дожидаясь, пока решетка совсем поднимется, шагнула наружу.

Яркий солнечный свет ослепил глаза, раскаленный сухой воздух обжег легкие, гул тысяч голосов, взметнувшихся с новой силой, накрыл тяжелой волной. Зрители, собравшиеся на трибунах годрумского цирка, приветствовали их - жалкую кучку рабов, которые через несколько минут станут окровавленными ошметками плоти для их удовольствия! Занила подняла голову, оглядываясь по сторонам. Они стояли на арене годрумского цирка. И отсюда, изнутри, он казался еще огромнее. Трибуны скалами вздымались вокруг, полные людей, орущих, машущих руками, смотрящих - каждый на нее! Арена представляла собой гигантский овал правильной формы. Проход, через который они вышли, открывался с одной из его узких сторон. С противоположного конца на ней возвышались небольшие укрепления, очевидно приготовленные специально для какого-то из сегодняшних представлений. Вряд ли для них: слишком много было бы заботы, но Занила на всякий случай запомнила расстояние и направление до этих укреплений. Может быть, стоит уже направиться туда? Она шагнула вперед, чувствуя, как босые ступни обжигает мелкий белоснежный песок.

Скрип поднимающейся решетки и новая волна рокота, прокатившаяся по трибунам, заставили ее остановиться и обернуться. А еще вскрик Безгубой: она заметила раньше. На арену один за другим выходили псы. Здоровенные собаки, высотой около двух аммов, с грязно-серой короткой шерстью, обрубленными хвостами и крупными лобастыми головами. Худые, даже тощие.

"Сколько же времени они нагуливали аппетит?!"

Занила не знала, что это за порода, но они ей уже не нравились, особенно длинные желтые клыки, казавшиеся из приоткрытых пастей, и тяжелый взгляд, внимательный такой, оценивающий. Собаки сориентировались мгновенно и начали расходиться в стороны, окружая рабов, невольно сбившихся в кучу, поближе друг к другу. Занила считала каждую новую зверюгу, появлявшуюся из темного прохода в стене. Полторы дюжины. Против пяти рабов. Ну и чем интересно им помогли бы мечи?!

А Занила почему-то думала, что против них выпустят каких-нибудь диких зверей: волков, например, ну или тигров со львами. Хотя и эти оголодавшие, озверевшие и одичавшие твари справятся ничуть не хуже! Только страха почему-то не было. А было желание действовать. Уже сейчас! Эх, жаль, все-таки нет меча или хоть какого-нибудь ножа: руки просто чесались ухватиться за какую-нибудь остро отточенную железяку! Занила встретила взгляд пса, остановившегося напротив нее, встретила и удержала. И усмехнулась, и псина, кажется, подавилась собственной слюной, капающей с длинных клыков.

"Ну же! Чего ты ждешь, тварь?!"

И словно повинуясь этому молчаливому окрику, пес прыгнул. Не тот, на которого она смотрела, и не на нее. И толпа на трибунах, которая до этого, казалось, забывала дышать, взорвалась воплями. Страшно закричала Безгубая, поняв, что зверь летит прямо на нее, и попыталась отскочить прочь, спрятаться за спинами других рабов. Занила сделала сальто назад через голову, уходя с траектории его прыжка, сразу оказавшись в стороне от остальных рабов, сбившихся в кучку: ей нужно было свободное пространство вокруг. Она приземлилась на ноги, как привыкла за годы тренировок, но в последнюю минуту правая нога подвернулась, и она чуть не оступилась.

"Да, давно я не танцевала. Ничего, сейчас разомнемся!"

Пес врезался в Безгубую, сшиб ее с ног и вместе с ней покатился по арене, разбрызгивая по белоснежному песку крупные алые капли крови. А женщина еще вопила... Зверь метил в шею, но в последний момент перед тем, как он врезался в нее, рабыня успела вскинуть руки, и клыки сомкнулись на предплечье. Под мощными челюстями хрустнула кость, а другая тварь уже рвала горло беспомощной, поваленной на песок добычи, почти переставшей трепыхаться.

"Так, эти пока заняты", - отметила Занила. Но псов явно натаскивали охотиться стаей, потому что остальные тут же сомкнулись, закрыв брешь, образовавшуюся в круге. Не вырваться! Занила выругалась, оглядываясь по сторонам, медленно поворачиваясь вокруг себя. Трое остальных рабов сбились в кучу спиной к спине: то ли, чтобы была защита сзади, то ли просто, чтобы видеть сразу всех псов. Заниле не пошла к ним: ей пока и собственных глаз хватало. Псина кинулась на нее.

"У них что тактика такая: одна бросается и валит, а потом уже остальные подтягиваются?"

А прыжок был красив. Только высок: тварь, очевидно, тоже метила в горло. Занила кувырнулась вперед совсем вплотную к земле, пролетев под брюхом у собаки. Та взрыла когтистыми лапами песок за спиной Занилы и зарычала.

Размытое серое пятно выхватывается боковым зрением - еще одна тварь, и рабыня перекатом уходит в сторону и тут же вскакивает на ноги: что-то подсказывает ей: нельзя оставаться на земле. Даже на секунду оказаться ростом ниже псов - показать им свою слабость! И этого они не простят.

А толпа на трибунах захлебывается восторженным воем. Занила успевает отметить краем сознания, что никогда не слышала, чтобы люди кричали так. Люди?.. А еще она успевает подумать: неужели это ее кульбиты они так приветствуют? Нет, это несколько псов одновременно кинулись на тройку других рабов.

А несколько окружали ее.

Занила стремительно упала на корточки, сгребая в ладони песок, и тут же, прямо с согнутых ног, взвилась в воздух, потому что пес прыгнул на нее. Тело распрямляется в прыжке, руки отведены назад и тут же две горсти песка с размаха летят псине в глаза. Сальто в бок, над зверем, замотавшем мордой и трущимся ею об лапы, и на этот раз Занила приземлилась на обе ноги. И бросилась бежать.

Она успела еще заметить псов, вырывающих куски мяса из того, что еще минуту назад было старым рабом. И двум другим долго тоже не продержаться. Один из мужчин пытался отбиваться от наседающих псов песком так же, как и сама Занила, но она-то при этом не стояла на месте, а уже уносилась прочь так быстро, как только могла! Зато второй, тот что калека... Занила даже не сразу сообразила, что именно видят ее глаза: он схватил за кисть руку Безгубой, отгрызенную псами от ее тела, и отмахивался ею, метя по оскаленным мордам, напирающим со всех сторон!