Дочь кузнеца - Сергеева Ольга И. - Страница 88

"Интересное решение!"

Занила хотела было оглянуться, чтобы удостовериться, что ей это не померещилось, но рычание за ее спиной было уж слишком недвусмысленным! Занила с силой зажмурила веки и тут же вновь открыла их, выталкивая себя на другой уровень зрения. Мир вокруг выцвел и расплылся цветными тенями. Вопли толпы на трибунах как будто стали тише, зато она теперь чувствовала зверей. Она словно кожей ощущала исходящую от них жажду крови и ее плоти, теплой, вкусной!.. Занила чуть не споткнулась, когда ее накрыла волна их голода. Вот так: никакой ненависти или ярости. Собачки просто хотели есть, а она была всего лишь добычей, которую нужно было догнать! Эти псы за свою жизнь не знали, что бывает мясо, которое не сопротивляется!

Укрепления, которые Занила заприметила еще в самом начале, неожиданно выросли перед ней. Вблизи они и вовсе не представляли собой ничего особенного: песчаная насыпь примерно в пол человеческого роста и с десяток заостренных кольев, врытых полукругом. Колья Заниле понравились.

"Нам вроде не положено оружие. Интересно, о чем думали устроители этих игрищ? О том, что ты не добежишь!"

Или не сможешь вытащить из земли.

Хриплое рычание за спиной. Совсем близко. Ближе, чем в одном прыжке.

И тогда прыгнула сама Занила, кинула свое тело между кольев, рискуя не рассчитать и напороться на торчащие вперед острия. Приземлилась на ноги и тут же уцепилась руками за ближайший кол, но не стала дергать на себя. Не сразу. Не тратить силы. Сначала почувствовать вкус серебра, разлитого по кружеву, и заставить его плеснуться к рукам, в очередной раз безжалостно обескровливая узлы внутри тела.

"Обескровливая? Нет, кровь здесь не при чем."

Она рванула кол из земли, и тот поддался: не так уж глубоко он и был зарыт - какой-то амм. Занила перехватила его поудобнее, крутанув деревянную палку в руках, и заостренный конец метнулся прямо в морду пса, сиганувшего сквозь колья вслед за ней. Попала. Но не в глаз, как метила, а в щеку, разрывая морду до самого уха. Пес завизжал и покатился по песку. А Занила попятилась, спиной вперед взбираясь на насыпь и не опуская кола. А собаки вновь окружали ее. Они уже не кидались, просто смыкали круг. Они, конечно, голодны, но ведь еда все равно никуда не уйдет?

Вот один из них вышел вперед. Вожак? Занила не смогла понять по мешанине образов (Это вам не мысли Кора читать!), но в любом случае тот, кого остальная стая уважала. Занила почувствовала, как ее пальцы судорожно стискивают деревянный кол.

"Вот если бы они кидались по одному... И не надейся!"

Зверь смотрел прямо на Занилу, и она тоже не отрывала взгляда от его глаз. Вот только он не видел в ней ничего кроме пищи!

"Да, это вам не взгляд Хозяина!" - Занила вдруг удивительно отчетливо вспомнила глаза огромной белоснежной кошки, полные клубящейся тьмы, которые ничуть не изменились с того мгновения, когда кошка была человеком. В них было знание, и в них была смерть! Нет, и жажда крови там, конечно, тоже была, но именно убийства, а не несчастного куска мяса!

Занила усмехнулась.

Рабыня, кажущаяся такой слабой, что зрители на трибунах удивлялись, как ей удается размахивать здоровенным деревянным колом, смотрела в глаза огромному злобному псу с клыками в палец длиной, с которых капала голодная слюна, и улыбалась?!

Занила вспомнила, как пять лет назад в далеком северном лесу еще маленькой девочкой встретила волка. Он думал тогда, что она испугается и попытается убежать, а она рассмеялась ему в морду! Она не боялась и сейчас. Занила еще раз тщательно, больше не беспокоясь о времени, словно его не существовало, вызвала в памяти образ Хозяина: огромное мощное тело, стремительные, будто смазанные, движения, взгляд, полный осознания собственной силы и власти... Зацепилась за нити перламутра, густо мерцающие в жарком годрумском воздухе (не зря же она ныряла на этот уровень зрения?!), и метнула сформированный образ прямо в пса, стоящего перед ней!

Зверь взвыл и замотал головой, словно его ударили, но Занила не дала ему времени разобраться. Место давнишних воспоминаний заняли совсем свежие. Теперь Занила вспомнила подвал в доме Рашида Бакура и раскаленное клеймо, впивающееся в плоть... Боль попыталась вновь накрыть сознание Занила, охватить ее тело, но она не позволила ей: не сюда, не ее!.. Пес взвыл и завизжал от страшной боли. Он скатился вниз с насыпи и попытался убежать прочь, но Занила крепко держала его: она каждый узел своего кружева заставила сплавиться с силой, растворенной в воздухе. А от воздуха зверю деться было некуда! Это оказалось так просто: она слишком хорошо помнила эту невозможную боль, сжигающую плоть, чтобы воплотить ее в реальность!

Паника... Если бы Занила так старательно не проецировала свою боль вовне, паника накрыла бы и ее, а так ей удалось отделить себя от нее и понять, что это псы вслед за своим вожаком в ужасе убегают от нее прочь! Их мозги оказались слишком жалкими, чтобы разобраться, что же происходит, да и непрекращающаяся боль не позволила им этого сделать.

"Непрекращающаяся?.."

Занила вынырнула на первый уровень зрения: это было проще, чем пытаться защитить свое сознание от страха, захлестнувшего стаю. Только вот ноги сразу же подогнулись. Песок насыпи больно ударил в колени, и только деревянный кол, упертый в землю, не позволил ей рухнуть плашмя. Связь с псами прервалась. Занила больше не могла ни пугать их, ни даже просто удерживать на расстоянии. Но всего, что она сделала до этого, оказалось уже достаточно: собаки убежали прочь, скрывшись в темном проходе в одной из стен.

Занила медленно оглядела опустевшую арену. На противоположном ее конце песок был покрыт ярко-алыми ошметками и обрывками ткани - все, что осталось от четверки рабов. А на арене Занила была одна. И трибуны молчали, словно собравшиеся там люди оказались не в состоянии понять того, что увидели.

Занила подняла к ним глаза, к лицам множества людей, устремленным на нее. Они не верили? Придется. Она жива!

И трибуны, словно ждали только этого, взорвались оглушительными воплями. Занила почувствовала, как земля уплывает у нее из-под ног. Через минуту псы могут вернуться и загрызть ее, а она даже ничего не почувствует!

"Воображение - враг мой!"

Слабая усмешка тронула мертвенно-бледные губы, а глаза еще успели заметить, как ряды трибун одна за другой затрепыхались белым: кусками белой ткани от простого некрашеного полотна до тончайших шелковых платков... А сознание этого уже не отметило.

Занила распахнула глаза. Яркое пятно света, темные вертикальные полосы.

Занила поняла, что очнулась. Она видит зажженную масляную лампу на противоположной стене, отделенной от нее прутьями решетки.

Занила догадалась, что она жива. Что ж, значит нужно разобраться, где она находится, а она-то надеялась спокойно полежать.

Она перекатилась на бок и уже из такого положения попыталась подняться. Получилось сесть. Занила решила, что это уже достаточное достижение. Руки кстати не были скованы, ноги тоже, и за ошейник никакая цепь не дергала - целая куча хороших новостей. Занила отметила, что одета она все в то же платье, только порядком испачканное и порванное, но на теле новых ран не обнаружилось, если не считать этой вновь вернувшейся, проклятой всеми Темными Богами, слабости! Занила попыталась откинуть волосы, упавшие на лицо, но ее пальцы намертво застряли в жутком колтуне на голове. Занила выпутала руку и пригладила волосы сверху: с этим она тоже разбираться будет позже.