Ночной рейд - Касслер Клайв - Страница 72

Чейзу повезло меньше. Он стоял, съежившись, на ручной дрезине в четверти мили от Джиордино. Он в очередной раз просушивал терминалы батареи и проверял провода, ведущие к головному прожектору локомотива и к громкоговорителям, временно установленным на передней части дрезины.

В дверях появился Питт и рукой подал сигнал. Джиордино подтвердил его и затем прыгнул на железнодорожное полотно и посветил своим фонарем в темноте.

— В такое проклятое время, — про себя пробормотал Чейз, включая батареи, и начал работать рычагами дрезины.

Луч головного прожектора осветил мокрые рельсы, и раздался пронзительный свисток, которому вторил порыв ветра. Питт колебался, рассчитывая в уме время движения вперед ручной дрезины. Удовлетворенный тем, что Чейз приближается с достаточной скоростью, он вернулся в офис и погрелся у печки.

— Мы поехали, — коротко сказал он.

— Что вы надеетесь узнать, воссоздавая картину ограбления? — спросил Маджи.

— Через несколько минут всё станет понятно, — уклончиво ответил Питт.

— Полагаю, что это возбуждает.

— Анни, вы выступаете в роли Хайрама Мичума, телеграфиста, а я в роли станционного агента Сэма Хардинга, — проинструктировал Питт. — Мистер Маджи, вы главный. Я доверяю вам исполнить роль Клемента Масси и воспроизвести все события шаг за шагом.

— Попытаюсь, — сказал Маджи. — Но невозможно воссоздать точный диалог и движения семидесятипятилетней давности.

— Нам и не требуется абсолютная точность, — усмехнулся Питт. — Годится приблизительное воспроизведение событий.

Маджи пожал плечами.

— Ладно, посмотрим. Мичум сидел за столом перед шахматной доской. Хардинг отвечал по телефону диспетчеру из Олбани, поэтому стоял около телефона, когда вошел Масси.

Он прошел к дверям и повернулся, вытягивая руку, будто в ней пистолет. Шум локомотива приближался, смешиваясь с раскатами грома. Он постоял несколько секунд, прислушиваясь, затем кивнул головой.

— Это ограбление, — сказал он.

Анни посмотрела на Питта, не зная, что делать и что говорить.

— После того как прошло удивление от неожиданности нападения, — сказал Питт, — железнодорожники должны были привести какие-то доводы.

— Да, они пытались объяснить Масси, что в депо нет денег, но он не хотел и слушать. Настаивал, чтобы кто-нибудь из них открыл сейф.

— Они колебались, — предположил Питт.

— Сначала, — сказал Маджи загробным голосом. — Потом Хардинг согласился, но только после того, как он просигналит поезду. Масси отказался пойти на это, считая, что это просто уловка. Он терял терпение и выстрелил в шахматную доску Мичума.

Анни вела себя нерешительно. Но затем, поддаваясь своему воображению, сбросила доску со стола и разбросала шахматы по полу.

— Хардинг умолял, пытаясь объяснить, что моста нет. Масси ничего не хотел слушать.

Луч головного прожектора на дрезине промелькнул в окне. Питт по глазам Маджи понял, что тот погрузился в другое время.

— Что произошло потом? — подсказывал Питт.

— Мичум схватил фонарь и попытался посветить на платформу, чтобы остановить поезд. Масси прострелил ему бедро.

Питт повернулся.

— Анни, ваша очередь.

Анни встала со стула, сделала несколько шагов к дверям и упала на пол, словно ее ранили.

Дрезина была уже на расстоянии каких-нибудь ста ярдов. В свете головного прожектора Питт мог прочитать даты на календаре, висевшем на стене.

— Дверь? — завопил Питт. — Открыта или закрыта?

Маджи молчал, пытаясь думать.

— Быстро, быстро! — торопил Питт.

— Масси быстро захлопнул ее.

Питт закрыл дверь.

— Что было дальше?

— Открой этот проклятый сейф! Да, именно это сказал Масси, согласно Хардингу.

Питт кинулся к сейфу и встал на колени перед старым железным сейфом.

Через пять секунд дрезина, в которой уже вспотел Чейз, прокатила по рельсам снаружи, низкий звук громкоговорителей гулко прогремел по старому деревянному зданию. Джиордино, стоя, широкими круговыми движениями размахивал фонарем перед окнами вслед за промчавшейся дрезиной, создавая впечатление, что мимо окон проносится поезд. Не хватало лишь единственного звука, лязганья стальных колес вагонов по рельсам.

Мурашки пробежали по спине Маджи до самого затылка. У него возникло ощущение, словно он погружается в прошлое, прошлое, которого у него не было, которое он не знал по-настоящему.

Анни встала с пола и сложила руки под грудью. Она взглянула ему в лицо, ее взгляд был удивительно проницательным.

— Всё было так реально, — пробормотал Маджи. — Реально до ужаса.

— Только потому, что мы воссоздали сцену точно так, как всё это произошло в тысяча девятьсот четырнадцатом году, — сказал Питт.

Маджи повернулся и пристально взглянул на Питта.

— Но тогда был настоящий «Манхеттен лимитед».

Питт отрицательно покачал головой.

— Тогда не было «Манхеттен лимитед».

— Вы ошибаетесь. Хардинг и Мичум видели его.

— Их ввели в заблуждение, — спокойно сказал Питт.

— Не может быть… — начал было Маджи, но замолчал, широко открыв глаза в полном непонимании. Потом вновь произнес:

— Не может быть, они были опытными железнодорожниками и не могли обмануться.

— Мичум лежал с раной в бедре на полу. Дверь была закрыта. Хардинг наклонился к сейфу, спиной к железнодорожной линии. Они видели всего лишь свет. Слышали только звуки. Звуки граммофонной записи проходящего поезда.

— Но мост? Он же рухнул под весом поезда. Это нельзя подделать.

— Масси взорвал мост по секциям. Он понимал, что один большой взрыв услышит половина долины. Поэтому он взрывал небольшие заряды пороха в ключевых точках конструкции, действуя во время грозы, чтобы взрывы совпадали с ударами грома, до тех пор, пока центральный пролет не упал в реку.

Маджи, совершенно сбитый с толку, не мог ничего сказать.

— Ограбление станции было всего лишь мистификацией, прикрытием. У Масси на уме были более крупные дела, чем несчастные восемнадцать долларов. Он нацелился на груз золотых монет и слитков на два миллиона долларов, который перевозил «Манхеттен лимитед».

— Тогда зачем вся эта затея? — с сомнением спросил Маджи. — Он мог просто остановить поезд, задержать его и забрать свои монеты.

— Так только Голливуд может изобразить это в фильме, — сказал Питт. — Но в реальной жизни все намного сложнее. Вес всей партии золота равнялся более чем трем тоннам. Это не просто какой-то ящик, который могут легко разгрузить и унести несколько человек до того, как администрация железной дороги выяснит причину запаздывания поезда и отправит отряд полицейских к месту происшествия.

— Хорошо, — сказал Джиордино. — Буду возражать и задам вопрос, который у всех на уме. Если поезд здесь не проходил и не падал в реку Гудзон, то куда он делся?

— Думаю, что Масси захватил локомотив и повернул его с главной железной дороги на какую-то другую ветку и спрятал. Там он находится и по сей день.

Если Питт заявил бы, что он инопланетянин с Венеры или реинкарнация Наполеона Бонапарта, его слова не могли бы быть восприняты с большим недоверием. Маджи был совершенно сбит с толку. Только у Анни было задумчивое выражение.

— До некоторой степени теория мистера Питта не столь уж странная, как кажется, — сказала она.

Маджи уставился на нее, как на заблудшее дитя.

— Нет ни одного пассажира, ни члена паровозной бригады, которые выжили бы, чтобы пересказать случившееся, ни грабителя, дающего признательные показания на смертном ложе, нет даже ни одного трупа, на который можно было бы сослаться. Ни фрагмента от поезда не появилось за все прошлые годы. Вряд ли это возможно.

— Это самое крупное исчезновение всех времен, — добавил Чейз.

У Питта был такой вид, словно он не слышал всего этого разговора. Внезапно он повернулся к Маджи.

— Далеко ли отсюда до Олбани?

— Около двадцати пяти миль. Почему вы спрашиваете?

— В последний раз «Манхеттен лимитед» видели, когда он вышел со станции Олбани.