Хитрости эльфийской политологии - Патрикова Татьяна "Небо В Глазах Ангела" - Страница 112

— Иногда твоя проницательность раздражает.

— Можно подумать… — начал я, но осекся, так как мой локоть с силой сжал Ир. Интересно, что он этим хотел сказать? Я отвлекся на мерцающего и упустил момент, когда Камюэль затерялся в толпе. Повезло светлому. А вот мне — нет. Я ведь так и не получил ответ на свой вопрос.

Ир смотрел на меня холодно и отстраненно.

— Ты чего это? — искренне удивился я.

— Мне кажется, сейчас не время расслабляться.

— А что, похоже, что я в нирване?

— Нет, но… — Ир не договорил, так как в этот момент возле нас оказался незнакомый светлый эльф.

— Отдыхаете, внучки? — ехидным голосом осведомился он, и я не произвольно фыркнул, а вот Ир насупился. Конечно, эти интонации было просто невозможно не узнать.

— Что, решили сменить змеиный хвост на лучезарную светлость? — спросил я в тон.

— Вот еще! — совсем не поэльфйиски хмыкнул эльф, и применил земное словечко: — просто временно шифруюсь.

— От кого? — спросил Ир строго.

— От Камю, — вместо Пестрого ответил я, — Больше ведь не от кого, как я понимаю? — спросил и с интересом стал ждать реакцию со стороны старшего мерцающего.

Тот окинул меня долгим изучающим взглядом. И я догадался, что он мне сейчас скажет.

— Могу повторить слова кардинала. Раздражает, — заявил ехидный дед и легкой походкой удалился.

— Знаешь, — заметил Ир после паузы, — а ведь я, пожалуй, соглашусь с ними.

— Только тебя в их стане не хватало для полного счастья, — без особой радости отозвался я.

В этот момент меня увлекло некое действо, происходившее там, где собрались все правители. Они пытались общаться. Но с наскока найти общий язык и приемлемые темы для разговора было не так-то просто. Особенно, не когда один на один, а все вместе, и приходиться лавировать, в тщетной попытке наиболее полно учесть интересы окружающих и о своих собственных при этом не забыть. Камюэль мелькал где-то поблизости, но явно ничего путного не предпринимал. Зато успевал бросать в мою сторону, не побоюсь этого слова, призывные взгляды. Неужели он всерьез думает, что я знаю, как им помочь? Кто я и кто они?

Снежень сидел в глубоком кресле, которое ему вынесли вместо трона, леди Владычицы расположились в таких же слева от него, Самифле ближе, Вариусель за ней, справа от императора сидели рыцари, Король Дракон и леди-виверна. В целом, кресла образовывали этакий полукруг. Перед ними чуть в отдалении стояли придворные и те, кто прибыл в свитах иноземных правителей. Все чего-то ждали. Снежень пытался отдуваться за всех. Его пытались поддержать и темные, и рыцари, но все равно выглядело это как-то не очень. В данный конкретный момент они углубились в такие дебри, связанные с экономикой и гео-политикой, что не было смысла прислушиваться, все равно без разъяснений Ира я в их разговоре ничего не пойму. Это очевидно. Но ведь они вовсе не об этом пришил разговаривать! Или я что-то не так понял? Судя по взглядам Камюэля, очень даже так. Ладно. Я бросил вороватый взгляд на небольшой балкон, парящий над залом, где расположились музыканты, и попросил Ира найти мне его деда. Мерцающий удивился и отказался участвовать в очередной авантюре, пока не объясню, что задумал. Я согласился ему рассказать при условии, что мы вдвоем в темпе вальса отправимся на поимку мятежного Пестрого. Если кто-то из присутствующих и был способен быстро и качественно выполнить мое задание, то только он.

Пестрый нашелся очень кстати. Но если бы не Ир, я бы в жизни его не нашел. Уже потом мерцающий мне признался, что у него есть своя тайная технология вычленения деда из общей массы по каким-то там остаточным проявлениям его особой магии. Но такое, как он мне объяснил, было подвластно только кому-то, по-настоящему близкому Пестрому, кто точно знает, как выглядит его внешний магический контур, когда Учитель мерцающий полностью сбрасывает с себя шелуху всех своих мерцаний. Что тот, понятное дело, позволяет себе довольно редко и только в присутствии тех, кому по-настоящему доверяет. Но я отвлекся. Пестрый был обнаружен за одной из резных колонн, обвитых стеблями плюща, который издали казался живым и настоящим, а вблизи оказался выточенным из какого-то зеленого камня. Спрашивать его название я не стал. Были дела и поважней.

— Ну и с чего вдруг вы решили нарушить мое уединение? — с наигранным пафосом вопросил ехидный светлый эльф голосом Пестрого.

— Можешь подбить музыкантов на то, чтобы сыграли что-нибудь танцевальное. Но не быстрое, а так, типа вальса что-то? — спросил я его без обиняков.

Светлый надломил бровь, а потом вернулся мне улыбку. Он догадался и без моих объяснений.

— Сделаю. Но как ты их заставишь…

— Внука вашего подпрягу.

— С чего это вдруг? — возмутился Ир, которому естественно не понравилось, что я решил все за него.

— Я бы мог и сам, но не умею танцевать местные танцы.

— А если бы я тоже не умел?

— Ты всегда можешь снять с кого-нибудь подходящий слепок, или я что-то путаю.

— Не путаешь. Но с чего ты решил, что я стану тебе в этом помогать?

— С того, что ты еще лучше меня понимаешь, что надо что-то делать, а то вся эта затея с саммитом большой… — я оглянулся на то место, где в креслах сидели правители, пересчитал по головам и сказал, — семерки окажется провальной.

Ир проследил направление моего взгляда и отрывисто кивнул.

— Кроме этого, — я решил все же почесать его самолюбие, как чешут за ухом кошку, — я тебя прошу. Очень и очень…

— Издеваешься? — сразу же насторожился он.

И тут над залом поплыла приятная мелодия. Не медленная и не быстрое. Нечто среднее, как я и просил. Когда это Пестрый успел от нас улизнуть и сделать свое «грязное» дело? Я попытался найти взглядом его светлое мерцание, но искомого эльфа нигде не увидел. Правда, головой по сторонам вертел не только я. Все в зале были удивлены таким вопиющим нарушением этикета. «Откуда музыка?» — читалась на лицах одних. «Как это понимать?» — проступало в лицах других. Я же пихнул Ира в бок и зашептал на ухо о том, что я от него хочу. Мерцающий сначала нахмурился, потом глубоко вздохнул и пристально посмотрел мне в глаза. Я сжал его плечо, пытаясь ободрить. Ир благодарно кивнул и решительно зашагал в сторону тех самых кресел.

Со стороны это смотрелось красиво. Молодой светлый эльф, подтянутый и строгий, прошел через толпу придворных и сопровождающих, как нож сквозь масло. За ним, словно приклеенные, следовали взгляды: недоуменные, откровенно враждебные, внимательные и цепкие, по которым невозможно было прочитать истинных эмоций их обладателей. Музыка все еще пылал над залом. Призывная, увлекающая за собой в неведомый водоворот звуков. Светлый эльф замер перед темной леди, склонил голову, протянул руку, сказал несколько слов. Каких именно, лично я не расслышал. Строгие черты лица Великой Матери Дома Рим-Доль разгладились. Леди — о, чудо! — позволила себе улыбку, в которой не было ни намека на легкомыслие, но её молодое лицо она просто осветила. Самифле приняла руку эльфа, прекрасно зная, что приглашает её в этот момент не светлый, а мерцающий, поднялась из кресла. Ир улыбнулся ей в ответ, чуть сдержаннее, чем следовало. Хотя, я не силен в местном этикете. Он вывел её в середину полукруга, образованного креслами и закружил в танце. Я успел заметить, как императрица, стоявшая рядом с троном супруга (если честно, я так и не понял, почему ей не поставили дополнительное кресло) что-то ему сказала, и Снежень, поднявшись, церемонно поцеловал нежную руку, приглашая благоверную танцевать. Просто идеально. Как раз то, что надо для осуществления моей задумки.

После этого со своих мест поднялись Вит и Изя. Так что в кругу танцующих закружились сразу три пары, к которым нерешительно начали присоединяться придворные. Но танец чуть не оборвался, когда Ир совершил какой-то просто немыслимый маневр и все же выполнил то, о чем я его просил. Поменялся парами с императором. Теперь Снежень танцевал с Самифле, а леди императрица что-то шептала на ухо секретарю ректора. И тут, он повел её в сторону Михарея Дюрмейма. Видимо посягнуть на общество Короля Дракона в лице Финика леди императрица не решилась, а вот магистр ордена в качестве танцевальной пары ей приглянулся. Так что Ир с чистой совестью передал её ему и поспешил ко мне, ловко лавируя между танцующими, которые, в тот самый момент, как он подсунул в пару к императору Великую Мать темных, все, как один, сбились с ритма, и теперь снова входили в раж.