Классическая драма Востока - Гуань Хань-цин - Страница 134

134

(Видит Ян Вэнь-цуна.)Очень благодарна вам, господин, вы устроили счастье моей девочки на всю жизнь.

Ян Вэнь-цун.Не стоит, не стоит. А что, молодые уже встали?

Ли Чжэнь-ли.Вчера поздно легли, еще не встали. (Приглашает Ян Вэнь-цуна сесть.) Прошу вас, господин, садитесь, а я пойду потороплю их.

Ян Вэнь-цун.Не беспокойтесь, не беспокойтесь.

Ли Чжэнь-ли уходит.

(Поет.)

На мотив "Изящен каждый шаг"

Любовь между юношей и девушкой во многом подобна вину, Настоянному на цветах и слитому в чашу одну. Мыслей иных не зная, они встречают свою весну, Оба в сладостном мире грез отдаются блаженному сну. А ведь это я помог им. Блестит нефрит, драгоценный жемчуг излучает голубизну, Узорное платье шелестит, нарушая тишину. Драгоценности делают женщину краше, что приятно опекуну. Образец изящества, она красотой затмевает луну.

Ли Чжэнь-ли (входит). Смешно! Смешно! Возятся там со своими застежками, смотрятся в зеркало. Только что причесались и умылись, еще не кончили одеваться. Прошу вас, господин, пойдемте во внутренние покои, позовем их. Сейчас, в это утреннее время, самое подходящее выпить бодрящего вина.

Ян Вэнь-цун.Прервал их прекрасный сон. Виноват, виноват!

Вместе уходят.

Хоу Фан-юй, Ли Сян-цзюнь входят в роскошных нарядах.

Хоу Фан-юй

(поет)

На мотив "Опьянен весенним ветром"

О миг, когда встретится туча с дождем память о нем жива! Мы только что встретили его, миг сладостного торжества. Кто тревожит уток-неразлучниц, задремавших едва-едва? По красному одеялу словно бы волны прошли! Душа полна ликованья, в устах радостные слова.

Хоу Фан-юй, Ли Сян-цзюнь

(поют)

Подушки хранят аромат полночного волшебства, И тот же аромат хранят повязка и рукава. Только что мы познали вкус любовного колдовства — От которого растворяется душа и кружится голова!

Ян Вэнь-цун и Ли Чжэнь-ли входят.

Ян Вэнь-цун.В самом деле уже встали. Поздравляю, поздравляю! (Кланяется, садится.) Ну как — пришлись ли вам по душе стихи, которые я вчера подарил невесте?

Хоу Фан-юй (кланяется). Мы очень благодарны вам. (Смеется.)Хороши, очень хороши! Только вот одно…

Ян Вэнь-цун.Что же?

Хоу Фан-юй.Сян-цзюнь хоть и мала, но все равно спрятать-то ее надо в золотые хоромы [211]. (Смотрит на свои рукава.)А сюда разве поместится?

Все смеются.

Ян Вэнь-цун.Вчера вы, конечно, в "залог любви" подарили невесте настоящий шедевр.

Хоу Фан-юй.Кое-как наспех набросал, даже не смею показать вам.

Ян Вэнь-цун.Где стихи?

Ли Сян-цзюнь.Стихи на веере. (Из рукава достает веер.)Ян Вэнь-цун (берет у нее веер, рассматривает). Белый шелковый веер. (Нюхает.)И аромат удивительный. (Читает стихи.)Прекрасно! Прекрасно! Только Сян-цзюнь достойна таких стихов. (Отдает ей веер.)Спрячь-ка лучше его.

Сян-цзюнь прячет веер в рукав.

(Поет.)

На мотив "Хорошо в садах и лесах"

Воистину — здесь и персика запах, и сливы, и вешних трав Запечатлели вы, эти стихи, на веере записав. Но боюсь, они так легки, что ветер, дующий с дальних застав, Развеет их — и потому скорее спрячьте веер в рукав. Советую — поскорее спрячьте веер в рукав!

(Смотрит на Ли Сян-цзюнь.)Взгляните, после сегодняшней ночи Сян-цзюнь еще похорошела. (Обращаясь к Хоу Фан-юю.)Вам, господин, посчастливилось, завладели такой необыкновенной красавицей.

Хоу Фан-юй.Сян-цзюнь очаровательна своей естественной красотой. Сегодня воткнула в прическу несколько украшений, надела платье из узорного шелка, и к ее совершенной красе еще добавилось немного прелести. В самом деле, очень мила.

Ли Чжэнь-ли.И это все благодаря господину Яну.

(Поет.)

На мотив "Речная вода"

Он подарил парчу для повязки головной. Полный драгоценностей ларец резной, Полог с висячими украшениями и бахромой цветной. Горели шелковые фонарики в темноте ночной, Из чарок златых друг друга угощали влагой хмельной, Вместе пировали и пели под луной. И сегодня пораньше поспешил навестить. Совсем, как собственной дочери — отец родной, Приданое дал, не постоял за ценой, И опять рано утром пришел, чтобы порадовать мужа с женой.

Сян-цзюнь.Я вот думаю: господин Ян хоть и очень близкий родственник губернатора Ма [212], но живет на чужбине и сам испытывает нужду, с чего это он так легко бросается деньгами, чтобы облагодетельствовать бедную певичку? С моей стороны, принять это от вас — стыдно, а вам дары эти славы не прибавят. Я хотела бы выяснить, в чем тут дело, чтобы знать, как поступить.

Хоу Фан-юй.Сян-цзюнь права. Познакомились мы с вами, господин Ян, совсем недавно, а вы вчера проявили к нам такую щедрость и доброту, что мне тоже как-то не по себе.

Ян Вэнь-цун.Раз вы спрашиваете, то мне остается лишь сказать вам правду. Приданое и угощение обошлись в двести с лишним золотых, и дал их хуайнинец.

Хоу Фан-юй.Какой хуайнинец?

Ян Вэнь-цун.Жуань Юань-хай, который был ведающим императорской трапезой.

Хоу Фан-юй.Это тот самый Жуань Да-чэн, что из провинции Аньхуэй?

Ян Вэнь-цун.Да.

Хоу Фан-юй.А чем объяснить такое его внимание к нам?

Ян Вэнь-цун.Только желанием завязать с вами дружбу.

(Поет.)

На мотив "Пятикратное подношение"

Его восхищает ваш облик, имя и знание этикета, Талант ваш, сравнимый с талантом Цзо Сы [213], исполненный силы, Ваш, достойный Западной Хань, дар прозаика и поэта И то, что вас повсюду встречают слова привета, Как Пань Юэ, на которого все стремились взглянуть в годы его расцвета, В этом месте прекрасном, у реки Циньхуай, что влюбленными воспета, Вы взяли в подруги себе красавицу, самый нежный цветок из букета. Вам понадобилось одеяло с уточками-неразлучницами И наряд для невесты — чтоб подчеркнуть изящество силуэта. Старший Жуань, сделав из этого что-то вроде секрета, — Взял на себя заботы о свадьбе, и ждет ответа.