100 знаменитых загадок истории - Панкова Мария Александровна - Страница 72

В 1782 году Екатерина II отправила сына с женой под именем графа и графини Северных в путешествие по Европе. Австрия, Франция, Италия, Пруссия – и везде его принимали с таким почетом, какого он не знал на родине. Тогда же состоялось несколько свиданий с Папой Римским Пием VI. Побывав в Берлине у Фридриха II, он просто очаровался прусской регламентацией и беспрекословной дисциплиной. Еще в 1774 году Павел подал матери записку с критикой ее внешней политики и предложениями по борьбе с чиновничьим произволом. Теперь же критика усилилась. Екатерина, понимая, что с восшествием Павла на престол вся ее государственная программа будет уничтожена, задумала отстранить сына от трона в пользу внука Александра. Для начала она подарила ему Гатчину, куда он переехал со своим двором. Обойденный вниманием матери, испытавший к себе пренебрежение со стороны ее фаворитов, наследник, которому не доверяют никаких государственных дел, – в Гатчине был счастлив. Там все было устроено на прусский манер, даже форма маленького гарнизона. Только слухи о намерениях матери лишить его трона отравляли сознание. Павел стал подозрительным, вспыльчивым. Раздражительность все чаще прорывалась наружу в виде припадков безудержного гнева. Вместе с тем он быстро отходил, признавал свои ошибки, просил прощения, был щедр, старался заботиться о подчиненных. И очень хотел царствовать.

И вот сбылось. 6 ноября 1796 года Екатерина II скончалась. В тот же день Павел I сжег в камине манифест об отстранении его от престола. Он не имел ни четкого плана государственных преобразований, ни опыта, ни навыков государственного управления и на практике руководствовался скорее личными чувствами и взглядами, что придавало его политике довольно противоречивый характер. По сути, идеалист, романтик, внутренне порядочный человек (а такие на российском троне долго не задерживались), но с чрезвычайно тяжелым характером, Павел быстро нажил себе множество врагов. Хотя он никого не казнил, зато покончил с неспешной, вальяжной жизнью екатерининских вельмож, посягнув на «святое» – безмерные вольности, которыми Екатерина одарила дворянство.

Сам император вставал в 5 утра, молился, принимал чиновников с докладами. Опоздавший увольнялся тут же. С должностей были удалены все фавориты Екатерины, а со службы – порядка 20 тысяч офицеров и чиновников. Даже для дворян вводились палочные наказания. У ворот дворца по приказу Павла I установили ящик, куда каждый подданный мог опустить письмо для него. И он все их читал, и даже старался помочь. Работая по 16 часов в день, он пытался вникнуть во все, даже в дела о пожарах и трактирных драках, о разведении овец и издании книг. Мечтая о наведении порядка, на деле император нагнал страху, но все же покончить с российским воровством было невозможно. Оказалось, что всеобщее воровство, лень и отсутствие дисциплины устраивали всех. Число врагов государя росло, а он недооценил их силу и решимость. Уже на этом этапе его деятельности можно сказать, что участь его как императора была решена: созрел заговор.

Были, однако, и другие причины для отстранения Павла I от власти, а также иные силы, непосредственно заинтересованные в этом. Увлекшись рыцарской целью восстановления «потрясенных тронов», Павел I оказался вовлеченным в антифранцузскую коалицию, куда вошли Англия, Австрия, Турция и Неаполь. Однако, увидев коварство союзников (Англия захватила Мальту, Австрия – Италию), он порвал с коалицией. Началось его сближение с Наполеоном. В результате появился секретный план о совместном походе русских и французских войск в Индию. Выполнение этого плана нанесло бы тяжелейший удар по Англии. На фоне подготовки к походу в Англии пало правительство всемогущего Питта. Европа замерла в ожидании великих потрясений. Только смерть Павла I спасла Англию, а история Европы пошла по другому пути – по пути кровопролитных войн начала XIX века, в которые была втянута Россия.

Заговор против императора финансировался через английского посла в России Уитворда, а движущей силой можно считать масонов. В масонские ложи входили многие видные вельможи России. Масонами были и кумир Павла I Фридрих II, и его отец Петр III. Екатерина II запретила их деятельность в России, и они теперь надеялись на восстановление своих лож при Павле I. Этого в конечном счете не произошло, и масоны стали именовать императора не иначе как «тираном», призывая к его свержению. Кроме всего этого, Павел I допустил роковую для него ошибку – отступил от основ православия. Он стал покровительствовать иезуитам, считал допустимым и нормальным вмешиваться в дела Русской Церкви, главой которой он себя однажды назвал. Но не это самое главное. Втайне он мечтал принять со временем католичество и, объединив церкви, самому стать во главе всех церквей, создав тем самым всемирную теократическую империю. По этому поводу он даже вступил в переписку с папой. В 1798 году император России был избран гроссмейстером Мальтийского ордена и высшей наградой России стал белый мальтийский крест.

О самом убийстве Павла I и участии в деле его сына, Александра I, известно достаточно. Золотая табакерка Николая Зубова и офицерский шарф прервали жизнь императора 11 марта 1801 года. Многие тогда вздохнули спокойно. Пророчество Порошина сбылось.

После смерти Павла I его жена, Мария Федоровна, добилась удаления от власти всех убийц мужа, но только при его внуке, Александре II, в спальне, где был убит император, была устроена домовая церковь во имя Св. Павла. По преданию, Александр II раз в год уединялся там для молитвы…

ВЗЛЕТЫ И ПАДЕНИЯ НИКОЛАЯ I

Николаевская эпоха в истории России сама по себе удивительна: невиданный расцвет культуры и полицейский произвол, строжайшая дисциплина и повальное взяточничество, экономический рост и отсталость во всем. А ведь до восхождения на престол будущий самодержец вынашивал совсем иные планы, реализация которых могла бы сделать государство одним из самых богатых и демократичных в Европе.

Правление Николая I обычно принято называть периодом мрачной реакции и безнадежного застоя, периодом деспотизма, казарменного порядка и кладбищенской тишины, а отсюда и оценка самого царя как душителя революций, тюремщика декабристов, жандарма Европы, неисправимого солдафона, «исчадия мундирного просвещения», «удава, тридцать лет душившего Россию». Но здесь надо разобраться.

Отправной точкой правления Николая I стало 14 декабря 1825 года – день, когда произошло восстание декабристов. Он стал не только испытанием характера нового императора, но и оказал существенное влияние на последующее формирование его мыслей и действий. После смерти императора Александра 119 ноября 1825 года возникла ситуация так называемого междуцарствия. Император умер бездетным, и наследовать трон должен был его средний брат Константин. Но еще в 1823 году Александр подписал тайный манифест, назначавший наследником младшего брата Николая. Кроме Александра, Константина и их матери, об этом знали всего три человека: митрополит Филарет, А. А. Аракчеев и А. Н. Голицын. Сам же Николай вплоть до кончины брата об этом не подозревал, поэтому после его смерти присягнул находившемуся в Варшаве Константину. С этого, по словам В. А. Жуковского, началась трехнедельная «борьба не за власть, а за пожертвование чести и долгу троном». Только 14 декабря, когда Константин подтвердил свой отказ от престола, Николай издал манифест о своем воцарении. Однако к этому времени заговорщики из тайных обществ начали распространять в армии слухи, будто Николай намерен узурпировать права Константина.

Утором 14 декабря Николай ознакомил с завещанием Александра I и с документами об отречении Константина гвардейских генералов и полковников и зачитал манифест о своем восшествии на престол. Все единодушно признали его законным монархом и обязались привести войска к присяге. Уже присягнули Сенат и Синод, но в Московском полку подбиваемые заговорщиками солдаты отказались принести присягу. Произошли даже вооруженные стычки, и полк вышел на Сенатскую площадь, где к нему присоединились часть солдат из лейб-гвардии Гренадерского полка и гвардейский экипаж. Мятеж разгорался. «Сегодня вечером, – говорил Николай I А. X. Бенкендорфу, – может быть, нас обоих не будет на свете, но, по крайней мере, мы умрем, исполнив наш долг». На всякий случай он приказал подготовить экипажи, чтобы увезти в Царское село мать, жену и детей. «Неизвестно, что ожидает нас, – обратился Николай к жене. – Обещай мне проявить мужество и, если придется умереть, умереть с честью».