Человек человеку - кот - Коллектив авторов - Страница 41

Тимофей (крутя педали все быстрее и ожесточеннее): А еще вы не балуетесь травкой, не пристаете к женщинам, не едите свинину, не работаете по субботам, не смотрите телевизор и ложитесь спать в полдесятого вечера!

Доктор (кивает головой): Да, разумеется.

Тимофей (останавливается, слезает с тренажера, подходит к доктору вплотную и тыкает в него пальцем): Так вот что я вам скажу, доктор — если бы я вел такой образ жизни как вы, то умер бы еще во младенчестве.

Харри Каммингс и Дж. Дж. в спортивных костюмах стоят на четвереньках на стартовой черте беговой дорожки, покрытой толстой резиной. На их спинах — тяжелые рюкзаки. Рядом с ними тренер — изящная девушка азиатской внешности со стартовым пистолетом в руках.

Тренер: Вы готовы?

Дж. (тяжело дышит): Прошу прошения, мэм. Хотелось бы получить еще минуту на отдых.

Харри (хрипит): Не понимаю, зачем пятый раз подряд бежать на проклятых четвереньках. Я уже все коленки стер!

Тренер: Это необходимо. Нужно, чтобы усвоили основы биомоторики движения на четырех конечностях с грузом на спине.

Харри: А эти ваши лесенки и гнутые трубы — они зачем? Нам же говорили, что там будет прямой тоннель!

Тренер молча пожимает плечами.

Камера показывает задний план и видно, что вдалеке находится сложный тренировочный комплекс, напоминающий аквапарк, с трубами мрачного черного цвета, завитыми в спирали.

Дж.: Я готов, мэм.

Тренер (поднимает пистолет): А вы, Каммингс?

Харри: Пристрели меня из этого пистолета, детка! Попади мне прямо в голову. Не могу больше мучиться!

Тренер: Внимание! Старт! (стреляет).

Агент Дж. дисциплинированно бежит к комплексу — на четвереньках, высоко вскидывая задом. Харри валится на бок и лежит на дорожке, закатив глаза и высунув язык.

Снова лаборатория Галлахера. Все пять операторов сидят в креслах. На них серебристые костюмы, закрывающие все тело, кроме ног (крупным планом — ноги Лиз), черные перчатки с обрезанными кончиками пальцев, на головах — большие шлемы, от которых идет множество проводов.

Голос Харри: А пальцы зачем обрезаны? Чтобы чесаться удобнее было?

Подлянски (стоит за пультом управления): Ты удивительно догадлив, парень! Ты просто Эйнштейн!

Харри: Он что, тоже чесался?

Подлянски: Еще бы, с такой-то прической! Ладно, хватит болтать, начинаем первый прогон. Первыми идут двое — Харри и Тимми. Слушайте, ребятки: через девяносто секунд вы войдете в сознание своих котов. Коты находятся на полигоне — там, где вы сегодня бегали на карачках. Задача очень проста — заставить свою животину пройти весь комплекс и вернуться обратно. О трудностях сенсорики я уже предупреждал. В первые минуты может возникнуть сильная тошнота.

Тимофей: И куда блевать? Прямо в шлем?

Подлянски: Заставь это сделать своего кота. Если сумеешь — считай, что ты уже его контролируешь.

Тимофей: Представляю, как Вася будет мне благодарен.

Подлянски: Поехали!

Он нажимает на кнопку, Харри и Тимофей тут же начинают подвывать, корчиться и чесаться, словно по ним бегают муравьи.

Галлахер: Похоже, получилось.

Экран заполняет чернота, потом медленно наступает просветление, появляется расплывчатое изображение в стиле cat-vision. Фокус сосредоточивается на огромном, в полэкрана, полосатом коте с единственным левым ухом. Кот сидит на стартовой полосе и не мигая смотрит на экран желтыми глазами. Потом он оскаливается, шипит, резко вскакивает на ноги, хвост его поднимается вверх, шерсть на спине встает дыбом, зрачки вертикально сужаются. Кот с боевым кличем бросается вперед, изображение падает набок и начинает вращаться по часовой стрелке.

Лаборатория. Харри и Тимофей бьются в судорогах. Большой экран показывает двух котов, которые, сцепившись клубком, катаются по земле, отчаянно отталкиваются друг от друга задними лапами, и пытаются вцепиться друг другу в горло. Из динамиков раздается дикий кошачий вой. Видно, что полосатый кот заметно сильнее и опытнее.

Подлянски (негромко, с азартом, впившись взглядом в экран): Ставлю на полосатого, три к одному. Нет, пять к одному. Ставки закрыты. Хорош, стервец! Дай ему Вася, дай! Ногами его, ногами! Оторви ему голову!

Галлахер: Да прекратите же это, Подлянски, черт вас подери! Сделайте что-нибудь немедленно! Они убьют друг друга!

Подлянски: Убьют вряд ли, разве только что поцарапают… Ничего страшного, обычная кошачья потасовка. Ладно, если вы так настаиваете, доктор Галлахер…

Он с сожалением вздыхает, садится за стол, пробегает пальцами по клавиатуре, наклоняется над микрофоном.

Подлянски: Харри и Тимми, разнимите своих котов! Объявляю досрочное прекращение поединка, боевая ничья, все при своих.

Коты продолжают драться.

Подлянски: Эй, вы, придурки! Я вам сказал! Разнимите своих чертовых скотин или я сам это сделаю!

Коты дерутся. Перевес медленно переходит на сторону черного Тедди.

Подлянски (негромко): Ладно, ребятки, не обижайтесь. Сейчас получите оба!

Нажимает большую красную кнопку, коты разлетаются в разные стороны и падают без движения. Из их шерсти сыплются искры.

Галлахер (озабоченно): Они не пострадали?

Подлянски: Очухаются. Думаю, желания подраться у них больше не возникнет. Это называется условный рефлекс — очень полезная штука.

Коты, шатаясь, встают на ноги, фыркают и трясут головами.

Подлянски: Харри и Тимми, если у вас все О'кей, поднимите хвосты!

Оба кота одновременно поднимают хвосты.

Галлахер (радостно): У них все О'кей!!!

Подлянски: Вы потрясающе наблюдательны, профессор. Ладно, начинаем тренировку. Господа коты, на старт! И без фокусов!

Коты нехотя, вперевалку бегут по дорожке.

Та же лаборатория. На экране видна крупная персидская кошка: шерсть пушистая, ухоженная, белоснежная, глаза разного цвета — один голубой, другой оранжевый. Кошка стоит на беговой дорожке, подняв хвост, и мурлыкает. Видно, что она очень довольна собой.

Подлянски (Галлахеру): Как вам наша красавица, профессор?

Галлахер: Ужасно! Нам нужны рабочие лошадки, готовые к любым трудностям, а тут такое изнеженное, можно сказать, декоративное создание! У нее короткие лапы! Как она будет бежать с грузом?

Подлянски: Лиз выбрала именно эту особь. Она очень настаивала… если честно, она закатила настоящий скандал, чуть глаза всем не выцарапала, но добилась своего.

Галлахер: К тому же, я слышал, что такая разновидность «персов» имеет дефекты слуха.

Подлянски: У этой со слухом все в порядке.

Галлахер: А эта длинная шерсть, она же будет мешать в тоннеле! Мы ставим выполнение нашей миссии под угрозу!

Подлянски: Успокойтесь, профессор. Не так уж эта особь и плоха. Посмотрите сами: кошка имеет крепкий корпус, сильные челюсти. Туловище массивное, мускулистое, пропорционально сложенное. Грудь широкая. Плечи, спина, поясница мощные, это же настоящий бульдозер! Она снесет все на своем пути!

Галлахер (с сомнением в голосе): Может быть, кто знает… ладно, оставим пока все так как есть. Боже, а это что за заморыш?!

К кошке Лиз подходит сиамский кот, тощий и мелкий. Окраска его светлая, почти белая, с темными отметинами на морде и лапах. Тонкий хвост поднят вверх и выгнут дугой, глаза — ярко-голубые, сияющие.

Подлянски: Это Джо. Самец, чистокровный блю-пойнт.

Галлахер: Да вы с ума сошли! Нужно было набрать кошек улицы — беспородных, но сильных и выносливых, таких, как Тедди и Вася! Только не говорите, что этого кошачьего недоноска выбрал сам Джо.

Подлянски: Именно так оно и есть. Как видите, Джо успешно реализовал свои подавленные мотивации — теперь он белый, голубоглазый, худой и подвижный. Не обращайте внимания, что мелковат — это несущественно. Зато он жилистый, мускулистый, гибкий. И посмотрите, какие длинные ноги — прирожденный бегун! Красавец!

Галлахер (ворчит): Все они у вас красавцы. Устроили мне тут Best in Show[1]…