Заговор бумаг - Лисс Дэвид - Страница 94

Мы стояли и ждали под пристальными взглядами сотрудников «Компании южных морей», пока не вернулся первый клерк и не велел нам следовать за ним.

Клерк шел так быстро, что Мириам с трудом за ним поспевала. Складки ее платья хлопали, как крылья. Несколько раз он останавливался шагах в пятнадцати от нас, поторапливая следовать за ним по коридору и два пролета вверх по лестнице, где он завел нас в приватный кабинет. Посредине комнаты стоял большой стол, на улицу выходило несколько окон. Предложив нам отдохнуть, он удалился, хлопнув за собой дверью.

Мириам смотрела на меня.

— Что теперь будет? — спросила она дрожащим голосом.

— Не надо бояться, — сказал я, несмотря на то, что и сам был слегка напуган. — Думаю, все идет хорошо. Мы привлекли их внимание. У нас преимущество. Они могут попытаться запугать нас, Мириам, вы должны быть готовы к тому, что с вами могут говорить грубо. Но будьте уверены: я не позволю причинить вам никакого вреда.

Боюсь, мои слова скорее напугали ее, чем успокоили. Мириам побледнела, медленно опустилась на стул и начала нервно обмахиваться веером. Я принял спокойную позу, но сел лицом к двери, приготовившись ко всему. Было мало вероятно, что «Компания южных морей» попытается применить ко мне насилие в своем собственном здании, но полностью отвергать такой возможности я не мог.

— Вы должны помнить, — начал я, надеясь успокоить ее, — что преимущество на вашей стороне. Они могут попытаться убедить вас в обратном, но помните: они на все готовы, дабы заручиться вашим молчанием.

Я опасался, что это могло оказаться правдой.

Прошло больше часа, и я видел, что с каждой минутой Мириам становилась все более озабоченной. Несколько раз она прерывала молчание. Один раз — чтобы предположить, будто о нас забыли, в другой — что мы могли бы просто уйти.

— Не могут же они быть настолько грубы, чтобы запереть нас в этой комнате и забыть. Вероятно, нам не стоит терпеть такое непочтительное отношение. Пойдемте.

— Уже поздно, — покачал я головой. — Мы не можем вернуть события вспять. Лучше пойти на конфликт сейчас, пока у нас есть преимущество неожиданности.

Я выбрал неправильные слова, так как Мириам начала нервно теребить выбившуюся нитку на рукаве своего платья. Я испугался, что так она распустит все платье целиком.

Наконец дверь резко распахнулась и в комнату ворвался толстый пожилой человек с красным лицом, размахивая акцией Мириам. На нем был огромный темный парик, подчеркивавший поросячий цвет лица.

— Кто принес это сюда? — требовательно возопил он, хлопнул дверью и бросил документ на стол.

Мириам вздрогнула, словно ее ударили.

— Акция принадлежит этой даме, — сказал я. — Кто вы, сэр?

— Кто я, не ваше дело, Уивер. Меня волнует эта бесстыдная попытка скомпрометировать «Компанию южных морей» и поставить под удар благосостояние нации. Вы надеялись, — продолжил он, глядя прямо в глаза Мириам, — будто можете спокойно принести эту дрянь в «Компанию южных морей», рассчитывая, что мы не узнаем фальшивку? Нам известно, что у вас есть еще такие же фальшивки, низкая шлюха. Где они?

Мириам встала, и я подумал, что она сейчас даст ему пощечину. Не помню, почему я не позволил этой достойной женщине наказать этого мерзавца по заслугам. Но я вмешался.

— Подлец! — вскричал я, вставая между ними. — Как ты смеешь разговаривать с дамой в подобном тоне! Не будь ты жирным пудингом, я бы надрал тебе задницу прямо сейчас. Ты прекрасно знаешь, что эта дама не изготовила фальшивку сама. Если бы твои проблемы крылись в одной практичной вдовушке, как бы тебе повезло!.. Не знаю, чего ты добиваешься, нанося оскорбления женщине, к которой должен относиться с большим почтением, но ты прекрасно понимаешь, что я не потерплю такого отношения к даме, которая находится под моей защитой.

— Не думай обмануть меня своими грубыми уличными россказнями! — завопил человек прямо мне в лицо. — Эта женщина виновна в подделке акции, и я намерен отдать ее под суд.

Это была страшная угроза. Я не сомневался, что Компания смогла бы купить обвинительный приговор, если бы захотела отправить ее на виселицу.

Мириам повернулась ко мне. Она была сильной женщиной, но я видел, что угроза ее напугала. Ее глаза увлажнились, а пальцы задрожали.

— Вы говорили, нам ничего не угрожает… — начала она.

— Не беспокойтесь, — сказал я тихо. — Он не осмелится обратиться в суд.

— Я вижу, что ты, Уивер, сообщник этой нечистой. Лучше ей побеспокоиться, так же как и тебе. Ты что думаешь, что компания, за которой наблюдает сам король, одним из директоров которой является сам принц Уэльский, позволит себе стать жертвой такого мелкого выпада?

— Нет сомнения, что Компания уже пала жертвой выпада, — ответил я, — невзирая на ее покровителей. Вопрос в том, кто кому нанес выпад. Вам прекрасно известно, сударь, что миссис Лиенцо не имеет никакого отношения к подделке акций.

— Что касается тебя, Уивер, — сказал он со злостью, — я не сомневаюсь, что ты сыграл не последнюю роль в этом гнусном деле, и не успокоюсь, пока не увижу тебя на виселице!

— Мне неизвестно ваше имя, — сказал я в ответ, — и мне неизвестна ваша должность, но я знаю, кто вы на самом деле, и это я заставлю вас заплатить за убийство.

— Меня — заплатить за убийство? Да вы сошли с ума! Насколько мне стало известно, это вы совершили убийство. Неужели ты думал, что, открыто выступая против нас, ускользнешь от нашего внимания? Мне известно, что тебя вызывают в суд его величества по делу Кейт Коул, и мне известно, что ты замешан в убийстве того негодяя. Наша компания решительно настроена на то, чтобы ты предстал перед судом.

Я был ошеломлен. Я не мог поверить, что этот человек высказывался столь откровенно. Он признавался в связи — только вот в какой? Означало ли это, что Компания была заодно с Уайльдом? Что Компания практически признавала, что стоит за смертью моего отца? Я ничего не понимал и, ощущая себя загнанным в ловушку зверем, с трудом подавлял желание наброситься на этого человека и избить его до крови.

Мириам молча наблюдала. У нее было лицо как у ребенка, родители которого ссорятся у него на глазах. Мне было жаль, что ей пришлось испытать такой страх, но в данный момент я ничего не мог поделать.

— Вы допустили ошибку, — сказал я представителю «Компании южных морей», — сделав меня своим врагом.

Он громко засмеялся, и моя ярость возросла, так как я ничем не мог напугать его, кроме грубой физической силы. Но неожиданно мне в голову пришла одна мысль.

— Если хотите, чтобы я замолчал, вы можете это сделать здесь и сейчас. Вся ваша болтовня ничего не стоит, так как уверяю: как только я выйду из этого здания, весь мир будет знать об этих поддельных акциях.

— Возможно, мы поспешили. — Я не заметил, как Натан Адельман вошел в комнату. Он стоял на пороге с веселым выражением лица. — Возможно, миссис Лиенцо только жертва, а не преступник.

Я тотчас раскусил их игру. Адельман должен был играть роль сочувствующего. Мириам вздохнула, с облегчением, но я знал, что она не так глупа, чтобы ее можно было так легко обмануть.

— Не вмешивайтесь, Адельман, — сказал человек, — вы не знаете, о чем вы говорите.

— Думаю, знаю. Мириам, вы просто хотите обменять эти акции на наличные деньги, так?

Она медленно кивнула.

— Я вижу, что вас обманули, и я скажу, что мы сделаем. Компания готова заплатить вам триста фунтов за эти акции. Вас это удовлетворит?

Я видел, что по неопытности Мириам была готова принять это скудное предложение. Я не мог этого допустить.

— Адельман, — сердито сказал я, — мы что, по-вашему, дурачки безмозглые? Вам прекрасно известно, что, если бы это были настоящие акции, их можно было бы продать на открытом рынке за цену, по крайней мере вдвое превышающую ваше предложение.

— Вы кое-что узнали о фондовой бирже, Уивер. Приятно видеть, что вы все-таки сын своего отца. Действительно, акции «Компании южных морей» продаются как минимум по двести. Но это ведь фальшивые акции, их ценность определяется стоимостью бумаги, то есть они практически ничего не стоят. На мой взгляд, триста фунтов за бесценок — неплохое предложение.