Время Вызова. Нужны князья, а не тати. - Злотников Роман Валерьевич - Страница 48

Тот несколько мгновений помолчал, затем сделал глоток кофе и задумчиво пожал плечами:

— Я всего лишь слежу, чтобы вы оба не слишком расшалились. А то вы, господин Бальтазар, радостно затеяли играться в войнушку в тех горах, на юге, и едва не разрушили все окончательно.

— А кто знал, что они настолько разложили армию и спецслужбы? — сварливо отозвался господин Бальтазар, но тут же примирительно улыбнулся: — Ну да ладно, вам же удалось восстановить мир?

Господин Мельхиор вздохнул:

— Увы, всего лишь его иллюзию… только иллюзию. Все еще впереди…

Глава 1

Едва Андрей вышел из здания аэропорта, как у него зазвонил мобильный. Андрей недоуменно покосился на высветившийся номер и нажал на кнопку «ответить».

— Слушаю!

— Андрюха, привет! Я вернулся!

Андрей несколько мгновений недоуменно пытался понять, кто это говорит, а затем до него внезапно дошло.

— Гришка, ты?

— Ну да, — захохотал тот.

— А откуда ты знаешь мой телефон?

— А угадай с трех раз, — весело отозвался тот.

Андрей непонимающе пожал плечами (хотя Гришка, естественно, не мог увидеть этого), и тут у него вспыхнуло совершенно немыслимое предположение.

— Неужто Сема сообщил?

— Точно, — подтвердил Гришка. — Недаром подполковник Саличкин (их училищный преподаватель по тактике) говорил, что у тебя хорошее тактическое мышление… Представляешь, в аэропорту встретились. Он — туда, а я — оттуда.

— И что?

— Да ничего. Рассказал ему о тамошнем житье-бытье. Он-то считал, что выбирает свободу, а на самом деле ты там еще в больших тисках, чем здесь. Тоска…

Андрей понимающе кивнул. Ему тоже хватило нескольких ознакомительных поездок по другим странам, чтобы понять, что пословица «Там хорошо, где нас нет» есть великая народная мудрость.

— И где ты теперь?

— Да нигде пока, — признался Гришка, — тебя вот ждал. Сема сказал, какого числа ты из Турции прилетаешь. Понимаешь, Андрюха, мне не только бабло нужно. Его и там заработать вполне несложно. Но, как оказалось, мне его мало. Мне… себя, что ли, нужно. Найти или вернуть, уж не знаю. А как — пока не представляю. Одно знаю точно — сделать это можно только здесь, дома.

Андрей понимающе кивнул:

— Понятно… знаешь, раз уж ты пока еще ни к чему не прислонился, давай-ка завтра вечерком ко мне. Вместе над жизнью подумаем. Я тут себе квартиру купил, на Мосфильмовской. Пиши адрес…

Вечер воспоминаний под «Очаковское светлое» и принесенную Гришей настоящую тарань (ну соскучился человек, что ты будешь делать), плавно перетек в разговоры «за жизнь».

— Понимаешь, Гриша, я такое дело найти хочу, чтобы нас всех приподняло.

— Кого — всех? — переспросил Гриша.

— Ну… людей, страну… короче, не только меня. Ну и меня тоже, разумеется.

Гриша поднял кружку, отхлебнул, отломил кусочек рыбьих ребрышек, бросил на язык и задумчиво произнес:

— А что ты думаешь о сетевом маркетинге?

— О сетевом… — Андрей покачал головой, — а при чем здесь это?

Для него сетевой маркетинг отложился только полными тетками со значками «Хочешь похудеть — спроси меня как» да сковородками и кастрюлями, являющимися «уникальным предложением от „Цептер“».

— Смотри, — наклонился к нему Гриша, — ты говоришь, что хочешь приподнять людей. А где-то в Надыме или Бугульме живет женщина, наша русская баба, между прочим. Которая коня на скаку остановит и в избу тоже может… но нет у нее поблизости ни коней, да и избы не горят. И оттого проявить себя просто негде. Поэтому сидит она у себя на ставке учителя младших классов или медсестры, и нет у нее никаких шансов никак приподняться. Потому что на ней еще дом, дети, да и любит она это дело, хоть и получает за него постыдно мало. А тут приходишь ты и предлагаешь ей заработать. Чем плохо-то? И где еще ты сможешь, инвестировав миллион-другой баксов, приподнять сто, двести, а то и триста тысяч человек?

— А что продавать-то? — хмыкнул Андрей. — Гербалайф?

— Нет, — качнул головой Гриша, — косметику. Красоту и здоровье, так сказать.

Андрей недоуменно уставился на него. Гриша усмехнулся:

— Ну да, нам, бывшим танкистам и крутым бизнесменам, это неинтересно и мелко. Все эти бабские штучки, кремики там, молочко, гельчики всякие. Нам настоящее, мужское дело подавай — сталь, дизеля, турбины, стройки пятилетки! А ты знаешь, что самые крупные мировые сети строятся как раз вокруг продажи косметики? Ты такие названия слышал — «Мери Кей», «Эйвон», «Орифлейм»? Ты поинтересуйся их оборотом, а потом сравни, скажем, с «Мерседесом». И поймешь, кто круче. Причем я тебе гарантирую, они сюда придут непременно. То есть я еще не знаю, возможно, уже пришли. Хочешь ты этого или нет. И начнут строить свои сети из наших же баб. А у нас против них даже ВАЗа сраненького нет. Так и будем есть у них из рук, что дают. А ведь ты этого не хочешь? Или я тебя как-то не так понял?

Андрей отхлебнул пива и задумался.

— Знаешь, я тебе пока, Гриш, не готов ответить. Как-то… неожиданно все. Подумать надо. В принципе рациональное зерно есть. Я даже знаю один завод по производству косметической продукции, который точно дышит на ладан.

Следующий день Андрей начал с того, что поставил задачу Гале, своему секретарю, отыскать Каспара Александровича (он до сих пор не мог себе простить, что не взял координат, ну как отшибло все…). Ну и заодно выяснить все, что только возможно, о методологах. Каспара Александровича Галя не нашла, да и по методологам накопала не слишком много, но и Андрею как-то быстро стало не до этого. Да и вообще, решил он, рассуждая здраво — методологи методологами, но он и сам много чего понимает. Вот с Каспаром Александровичем он бы пообщался охотно, а другие… кто их знает? Но Каспар Александрович, несмотря на все усилия и то, что Андрей даже подключил знакомых из компетентных, так сказать, органов, никак не обнаруживался…

Следующие полтора месяца были заполнены до отказа. Андрей приходил вечером домой, валился в постель и засыпал прежде, чем голова успевала коснуться подушки. Завод удалось купить несколько дешевле, чем он планировал, но состояние его было просто ужасающим. Требовалась не просто реконструкция, а полное переоснащение. Слава богу, хотя бы водозаборные мощности и фильтрационная станция были в более-менее приличном состоянии. Очень туго дело шло и с организацией сервисных центров, и с подбором людей. Нет, желающих приходило довольно много, но некоторых сразу отпугивало само название «сетевой маркетинг». Кто-то просто испуганно отказывался, а кое-кто возмущался:

— Что, новый «МММ» строить будете?

Но и с теми, кто соглашался сразу и безоговорочно, тоже надо было сохранять осторожность. Потому что среди них встречались люди, действительно готовые с воодушевлением заниматься любыми пирамидами, но способные затем, как говорится, на голубом глазу открещиваться от любых возникающих вследствие этого проблем. А это означало, что с теми проблемами, которые создадут они, разбираться (причем, скорее всего, в судах) придется уже Андрею. Но приходили и другие. Те, кто действительно готов был строить РУССКУЮ компанию мирового уровня. Причем многие из них занимали немаленькие посты в уже действующих сетях крупнейших мировых производителей (Гриша оказался прав — и «Эйвон», и «Мери Кей», и остальные уже действовали в России). Но они оставляли эти посты и приходили в никуда, в чистое поле. Возможно, так же их далекие предки останавливали обоз на крутом берегу тихой речки, и князь, окинув взглядом из-под ладони открывающуюся ширь, возглашал:

— Здесь будем ставить кремль!

И рубили стены, и возводили башни, и распахивали окрест поля, умножая и укрепляя пределы русской земли, с каждым поколением идя все дальше и дальше в глубь неизведанных земель…

Андрей похудел на пять килограммов. Гриша похохатывал:

— Вот теперь мы точно можем забрать себе тот рекламный слоган: «Хочешь похудеть — спроси меня как».