Танцующая со Смертью - Сотникова Юлия Олеговна - Страница 67

— Готова ли ты связать свою жизнь с Крилом, девочка? Сейчас у тебя есть последний шанс отказаться.

— Вы прекрасно знаете ответ на свой вопрос, госпожа. Готова.

Кивнув головой, словно и не сомневалась в ответе, женщина соединила два шара, являющихся сплетениями жизней. Внезапно появилось ощущение полета, казалось, что стоит только оттолкнуться, и можно подняться высоко в небо, где царят стихия и свобода. Где можно не думать о завтрашнем дне и просто наслаждаться тем, что дарит тебе судьба. А в следующий миг сердце сковала невыносимая тяжесть, давя и прижимая к земле, словно невидимые оковы. Ощущение длилось всего несколько секунд, после чего все прошло. А я открыла глаза, удивляясь, что вообще успела их когда-то закрыть. Вокруг ничего не изменилось, все тот же белый туман, все те же старые знакомые, пытливо наблюдающие за моей реакцией. Лишь одно стало другим: в руках Смерти играя лучами, светился яркий шар, соединивший наши с Крилом жизни и переплетший судьбы.

— Уже все? — видимо, мой голос был слишком изумленным, так как обе женщины весело и облегченно рассмеялись.

— А ты чего ожидала? — приподняв сгусток жизни, Смерть легко дунула, направляя его в мою сторону. Паря над полом, маленькое солнышко приблизилось к моей груди и внезапно исчезло, растворившись где-то в глубинах моего сердца. — Порой сложнее принять верное решение, чем воплотить его в жизнь. Не переживай, девочка, теперь все будет хорошо. Твой оборотень жив и здоров и очень переживает. Ты ведь чувствуешь это?

Заинтересовавшись словами женщины, я прислушалась к собственным ощущениям. Недоумение… Злость… Напряжение… И страх потери. Вот только ничего подобного сама я не испытывала, а это значит, что мы с Крилом действительно стали единым целым.

— Мне надо вернуться, — прикрыв глаза, я запустила руки в волосы и глубоко вздохнула. — С Крилом все в порядке, а вот Дарракши-Лан…

— За них тоже можешь не волноваться, — Эллириэс довольно улыбалась. — Наверное, мне следует тебя благодарить, за то, что исправила мою ошибку, совершенную в порыве отчаяния. Знаешь, девочка, когда в твоих жилах течет сила, способная уничтожить целый мир, подчас очень легко сорваться и наделать слишком много глупостей.

— Не понимаю…

— Не все легенды — это детские сказки, некоторые из них хранят в себе достоверные сведения давно минувших дней. Когда-то очень давно я совершила самую большую глупость за всю свою жизнь: не найдя в себе сил простить предательства любимого, я обрекла его народ на проклятие, снять которое так и не смогла. Ведь для этого нужно было простить и искренне пожелать помочь тому, чей народ причинил тебе невыносимую боль. Я оказалась слабее, чем думала. Но не ты, — вздохнув, будто признавая свое поражение, Риса подошла ко мне и заглянула в глаза, ласково обхватив мое лицо руками. — Спасибо тебе, милая, за то, что подарила мне надежду. Мне и всему миру. Знаешь, малышка, даже боги иногда не могут изменить ход событий, уповая лишь на удачу. И этой удачей для всех стала ты, дитя старого времени и двух Гильдий, не боящаяся препятствий и готовая умереть ради спасения любого живого существа. Даже собственного врага.

— Но ведь я не сделала ничего особенного!

— О, нет, не скажи, — мое внимание привлекла Смерть, держащая на руках черную, как ночь, кошку, млеющую при малейшем прикосновении. Рина? — Помнишь те зеркала в зале, где состоялся ваш последний бой с Воином? — Я погрустнела, тут же вспомнив предательство Малика, обернувшееся гибелью Лирта. — Не надо, девочка, не тревожь покой мертвых, не заставляй своего друга мучиться от мысли, что тебе без него плохо. Он достоин покоя.

— Да, конечно, вы правы, — я отступила на шаг от Рисы и опустила взгляд. Не люблю, когда кто-то видит мои слезы.

— Зато ты спасла не только зверя, но и своих ненаглядных Дарракши-Лан! — спрыгнув с рук женщины, ко мне подбежала Хранительница тайн.

— Но как? — моему удивлению не было предела. Заметив, как переглянулись друг с другом женщины, я внезапно подумала, что безумно устала от всех этих тайн и загадок. Но как все же я смогла помочь Пьющим жизнь, ничего для этого не делая?!

— Ты была готова расстаться с жизнью ради нечисти, выпустив силу в зале хранилища душ.

— Хранилища душ? Ничего не понимаю.

— Не удивительно, — Риса насмешливо фыркнула. — Тот зал, с сотнями зеркал, был не чем иным, как тюрьмой Дарракши-Лан. Каждое зеркало в нем закрепляло на себе проклятие одного Нечистого, однако выброс силы заставил их треснуть, а твое самопожертвование — разбиться на тысячи осколков. Ты рискнула ради нечисти, чей род считала своим врагом.

— Но при чем здесь Крил? — я покачала головой, совершенно не видя логики в словах прародительницы. — Он никак не связан с Пьющими жизнь, а ведь проклятие было именно на них!

— Верно, но ведь он тоже нечисть. К тому же ты пыталась защитить Нечистых и не пошла на поводу у людей, что тоже сыграло свою роль. Но главное, конечно — это желание, безумное желание помочь. Именно оно воплотилось в твоей силе и разрушило старые чары.

— Так значит, Дарракши-Лан…

— Именно, — женщины наблюдали за мной со снисходительными улыбками. — С ними все в полном порядке.

— Но почему проклятие сказалось именно сейчас? Почему не тысячелетия назад, когда оно и было наслано?

— Но ведь я не одна обладала столь выдающейся силой, милая, — Риса пожала плечами. — Все Древние были одарены способностями, о которых нынешнее поколение не может даже мечтать. Проклятие выжидало, подтачивая силы Пьющих жизнь веками, пока, наконец, не пришло его время. Дарракши-Лан очень сильны, ты знаешь это не понаслышке, поэтому требовалось время.

— Ей пора, — Смерть тронула Эллириэс за плечо, привлекая внимание.

— Да, конечно, — Риса улыбнулась. — Ну что ж, дитя, кажется, мы больше не увидимся. Я рада, что в тебе течет моя кровь.

Миг, и их поглотил белый туман, вновь оставив меня одну. Но в этот раз все было совсем по-другому. С плеч будто свалился огромный камень, позволяя наслаждаться каждым вздохом. Мы победили…

По-летнему яркое солнце ласково согревало не только тело, но и душу. Казалось, в доме не нашлось бы ни единого угла, в который еще не успели заглянуть его любопытные лучики. Подойдя к распахнутому окну, я выглянула наружу и посмотрела во двор, где среди цветов и зелени весело резвились двое самых дорогих для меня людей. Внезапно маленькая девочка с волосами цвета расплавленного золота, звонко рассмеялась и повисла на мужчине, подкидывавшем ее в воздух и тут же ловившем, не дав упасть на землю. От этой картины захватывало дух и больно сжималось сердце. Как бы мне хотелось, чтобы на его месте оказался совершенно другой… Прекрасный и загадочный, как сама ночь… С темно-синими глазами со зрачками в форме звезд. О, боги, ну когда же я перестану все время думать о нем?!

— Ма-ма!!!

Вздрогнув, я помахала из окна резвящейся во дворе Лире. Малышка… С тех пор как я вернулась от Дарракши-Лан, мы были неразлучны, и я с радостью отмечала, как горят огнем и светятся от счастья ее глаза. Мама. Она назвала меня так в первый же день после возвращения из академии, а я лишь разревелась, прижимая к себе хрупкое тельце названой дочери.

— Почему грустим? — подойдя к окну, Крил легко запрыгнул на подоконник и, перегнувшись через меня, проворно схватил со стола спелое красное яблоко, тут же откусив от него весьма внушительный кусок.

— Ах ты! — делано возмутившись, я столкнула его на улицу. — Оно было для пирога!

— До сих пор не могу поверить, что ты умеешь готовить, — раскатисто рассмеявшись, оборотень отсалютовал мне огрызком. — Причем очень даже вкусно! Не ожидал…

Не удержавшись, я запустила в него еще одним яблоком, которое брат без труда поймал, расплывшись в еще более счастливой улыбке, и убежал обратно к дожидающейся его Лирице, вручив ей добытый трофей. Да, быстро же эти двое спелись.

Улыбнувшись, я вернулась к столу и вновь занялась раскатыванием теста для любимого яблочного пирога Лиры, который я обещала испечь по случаю приезда в наш дом Грейгора. Интересно, что могло понадобиться наставнику? С тех пор как я приехала в столицу, мы с ним виделись лишь однажды и больше не общались. Мне хотелось начать совершенно новую жизнь и позабыть обо всем, что было. И обо всех. До сих пор я частенько просыпаюсь от собственных криков, раз за разом во сне переживая заново случившееся в зале под Херроуш-Вил. Раз за разом смотрю в застывшие глаза Чувствующего, чувствуя, как остатки жизни покидают его обмякшее тело. Невольно вспомнился тот день, когда я очнулась после пребывания на Грани в последний раз.