Мир Гаора (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 199

   Бегом взлетел на свой этаж, рванул дверь и влетел в квартиру.

   - Ты... ты видела...? Отец...

   Мийра приложила палец к губам и протянула ему свёрток.

   - Ты забыл бутерброды для Лоуна, - негромко, но очень чётко сказала она.

   Линк оторопело взял свёрток. Но... но это не бутерброды, это документы, подготовленный отцом пакет. Значит... значит, она всё видела, и...

   - Я рассчитываю на тебя, Линк. Но надо спешить, вы можете опоздать.

   - Да, я понял. А ты...?

   - Обо мне не беспокойтесь. Я знаю, что делать. Иди, иди, опоздаешь.

   - Да, - Линк торопливо засунул свёрток в свою сумку и бросился к выходу, но от двери обернулся и посмотрел на неё, стоявшую посреди кухни с бессильно упавшими вдоль тела руками. - До свиданья, мама.

   - Удачи тебе, сынок, - почти беззвучно сказала ему вслед Мийра.

   Слава Огню, улица пуста, с малышами ничего не случилось. Линк выдернул их из подъезда и повёл быстрым шагом. Только не бежать, бегущий привлекает внимание.

   - Линк, а куда мы идём?

   - Линк, в школу туда.

   Линк остановился, огляделся по сторонам. Прохожие, бегущие по своим делам, дети с ранцами и сумками... Ага, вон садик подходящий. Он завёл малышей туда, усадил на скамейку и сел между ними.

   - Слушайте. Мы сейчас пойдём на вокзал и поедем к дедушке и бабушке. Помните, ездили к ним летом?

   - Ага, - радостно кивнула Ламина. - Прямо сейчас?

   - А школа? - спросил Лоунгайр. - Папа рассердится, что мы школу прогуливаем.

   - Нет, не рассердится, - Линк заставил себя улыбнуться. - Он сам мне вчера вечером сказал, вы спали уже, чтобы я вас туда увёз.

   Малыши внимательно смотрели на него, и Ламина уже не улыбалась.

   - Линк, - тихо спросил Лоунгайр, - это... оно? Да?

   - Да, - кивнул Линк. - Оно самое и есть. Ты молодец, Лоун. Сейчас идём на вокзал, покупаем билеты и едем. Ни о чём меня не спрашивайте, ни с кем не разговаривайте. Поняли?

   - Да, - серьёзно кивнул Лоунгайр.

   - А... а мама? - вздрагивающим от сдерживаемых слёз голосом спросила Ламина.

   - Она потом приедет, - очень убеждённо, сам на мгновение поверив в это, ответил Линк и встал. - Сидите здесь, я позвоню и приду.

   Хорошо, что будочка автомата недалеко, и, набирая номер редакции, Линк видел брата и сестру, как они сидят на скамейке.

   Кервин ждал этого, но всё равно это произошло так неожиданно. И так непохоже на ожидания. Он помнил, как увозили Гаора, много слышал о различных вариантах, и как ночью врываются в дом и буквально вытаскивают из постели, и хватают и заталкивают в автомобиль на улице... хорошо, дети не видели, хотя нет, если за Мийрой придут домой, а за ними в школу, то...

   - Вы хорошо держитесь, - сказал, не оборачиваясь, сидящий за рулем мужчина в сером неприметном костюме. - Вы закурите и расслабьтесь, машина не прослушивается.

   Кервин, сидя на заднем сиденье, видел только его спину и затылок, это мешало воспринимать собеседника, и он промолчал.

   - Посмотрите чуть левее и выше, - сказал мужчина, - видите?

   Кервин увидел в верхнем, висящем чуть наискосок зеркальце чёрные внимательные глаза мужчины и кивнул.

   - Да, благодарю вас.

   - Не стоит благодарности, - ответил мужчина формальной фразой и продолжал тем же спокойным и чуть небрежным тоном. - Для начала представлюсь. Меня зовут Венн Арм, и мой дед - брат-бастард вашего отца.

   - Венн Арм? - переспросил Кервин.

   - Совершенно верно, меня назвали в его честь. Таким образом, мы родичи. Не близкие, но...

   - Вы... - перебил его Кервин.

   - Да, - не дал ему закончить фразу Венн, - совершенно верно, я из этой конторы. Мое звание... нет, это неважно. Вас должны были арестовать через два-три дня, но я, как видите, опередил события.

   - Зачем? - удивляясь своему спокойствию, спросил Кервин.

   - Скорее, почему. Причин много. А одна из них, что я обещал брату моего деда и вашему дяде профессору Варну Арму сделать для вас всё возможное в пределах моей компетенции. Сейчас я вам обрисую ситуацию, и попытайтесь меня понять.

   - Весь внимание, - откликнулся столь же формальной фразой Кервин.

   Странно, но страха не было, только неприятно сосало под ложечкой.

   - Вы курите, курите, - сказал Венн, - это помогает.

   И когда Кервин достал сигарету и закурил, продолжил.

   - Так вот, вы оказались на пересечении нескольких наших...м-м-м, операций и разработок. И ваш арест должен был стать началом крупномасштабной чистки среди журналистов. Причём конкретно к вам особых претензий нет, вы, надо отдать вам должное, весьма умело ходили по краю и не падали. Формальных нарушений нет, но после соответствующей обработки, а в конторе есть выдающиеся специалисты, весь необходимый материал для эффектного и массового процесса над писаками, разваливающими государство, вы бы дали сами. Возможно, в благодарность за сотрудничество со следствием, вам бы оставили жизнь, хотя вряд ли, у вас не то здоровье, чтобы выдержать обработку, добровольно вы же сотрудничать не станете, не так ли? Армонтины, - Венн усмехнулся, - никогда не были доносчиками и палачами, а вы при всём вашем свободомыслии блюдёте родовые традиции.

   - Вы правы, - спокойно ответил Кервин, - но только отчасти. Вы же принадлежите к этому же роду.

   Венн негромко и очень искренне, без натуги, рассмеялся.

   - Намекаете, что я палач? Нет, чего нет, того нет, хотя кое-кого из своих знакомых казнил бы с удовольствием. Так вот, вторая причина моего вмешательства в том, что ваш арест и последующее помешают уже моей операции, в которой вашей редакции отводится весьма значительная роль.

   - Что?! - возмущённо изумился Кервин. - Вы на что намекаете?!

   - Ну-ну, зачем столько экспрессии? Успокойтесь, никто у вас на нас не работает. Но есть такое выражение, если хотите, профессиональный термин. "Работать втёмную". Когда человек действует сам по себе, а в конечном счете на нас. Поверьте, если бы вы знали масштабы и конечные цели этой операции, вы бы согласились даже на сотрудничество. Но... но сейчас ваш выбор ограничен только двумя вариантами. Первый из них я вам уже обрисовал. При этом варианте шансов выжить у вас очень мало, но они есть. Во втором варианте таких шансов у вас нет.

   - И что же это за вариант? - спросил Кервин. - Кстати, куда мы едем?

   - Браво! - Венн даже на мгновение оторвал обе руки от руля, чтобы хлопнуть в ладоши. - Не куда везут, а куда едем! Браво, вы действительно вполне достойны своего сотрудника. Вот чьим мужеством и стойкостью я восхищён. Не хотите узнать, кто это?

   - А вы скажете?

   - Скажу. Гаор Юрд, он же раб номер триста двадцать один дробь ноль ноль семнадцать шестьдесят три, он же Никто-Некто. Блестящие статьи. Кстати, вы сумеете промолчать о способах связи с ним? Как раб, да, и где он сейчас, ведь не в Аргате, не так ли? Так как он умудряется писать и передавать в редакцию статьи? Это весьма заинтересует целый ряд моих соседей по Дому-на-Холме. Нас ведь ещё и так называют.

   Кервин молчал, плотно сжав губы. Венн, глядя на него в зеркальце, кивнул. Жестоко, но необходимо.

   - А едем мы за город, в одно место, где и сможем продолжить беседу. А сейчас давайте немного помолчим, я должен следить за дорогой.

   Дорогу Венн знал назубок, мог проехать по ней ночью с закрытыми глазами, но он нанёс целую серию ударов и надо дать родичу возможность понять и переварить услышанное, а на это нужно время. Стремительно летели назад уже домики и сады пригородов Аргата, вдалеке мелькнула тонкая спица с радужным кружком - эмблемой Сторрама. Шоссе нырнуло в лес, несколько резких поворотов, и машина остановилась у обочины. Венн выключил мотор и опустил стекло. Лесная тишина, запахи опадающей листвы, умиротворение готовящейся к зиме природы.

   - Итак, второй вариант, - негромко заговорил Венн. - Для вас он смертелен. Вы умираете, но до начала обработки. А если нет человека, то нет и перспективы разработки данного направления. Ваша газета остаётся, потому что формальных нарушений нет. Теперь ваша семья. В первом варианте её сохранение зависит от ваших показаний, потому что визуальное воздействие многими рассматривается как наиболее эффективное средство работы с интеллигенцией.