Кто-то следит за мной - Готти Виктория - Страница 48

Он обдумал услышанное. Открытие «Айвори Пэлиса». Это же отель-казино Димитрия. Ивен совсем рехнулся? У репортеров был бы праздник, если бы они прознали, что Роз и Димитрий одновременно были в одном городе, не говоря уж об одной вечеринке. В голове у него начал формироваться хитроумный план. При этом он пил кофе и сладко улыбался Роз. Скоро в газетах появятся новые аршинные заголовки. И в сравнении с ними первый скандал покажется детским лепетом. Вот тогда она прибежит к нему... по собственной воле. Потому что, кроме него, у нее никого не останется. Он решил, что попросит свою секретаршу связаться с «Айвори Пэлис», как только выйдет за порог квартиры Роз. Такое зрелище надобно лицезреть из первого ряда.

Дарио предчувствовал эмоциональный взрыв, но Роз вновь обманула его ожидания:

— Дарио, я хотела бы поработать. Только не подумай, что я тебя прогоняю.

Глава 32

Фальконе стоял в зале для встречающих аэропорта «Ла-Гуардия», дожидаясь Тимоти Хьюстона, который вместе со всей семьей возвращался из Диснейленда. Бывшего полицейского он узнал сразу: такой же здоровяк, только выглядел гораздо старше, чем на фотографии, да в волосах добавилось седины. В обеих руках Хьюстон нес какие-то покупки. Его жена шла следом, ведя за ручку ребенка.

— Тимоти Хьюстон?

Он повернулся.

— Да?

— Джон Фальконе. Из полицейского участка Бруквилля. Могу я перекинуться с вами парой слов?

— Я сейчас занят, мне...

— Давайте я вам помогу. — Фальконе взял у него пару коробок. — Облегчу вашу ношу.

Хьюстон усмехнулся.

— Так из какого вы участка?

Они двинулись к выходу.

— Бруквилльского, где вы служили.

— Так чем я могу вам помочь?

— Я хочу задать вам несколько вопросов об убийстве Тома Кальветти. Его убили больше десяти лет тому назад на территории поместья «Лорел».

Фальконе заметил, что Хьюстон сразу понял, о чем речь. Впрочем, удивляться не приходилось. Все жители Лонг-Айленда знали поместье «Лорел».

— Как я понимаю, вы побывали на месте преступления. — Голос Фальконе оставался бесстрастным.

Они вышли из здания аэровокзала и оказались первыми в очереди на такси. Несколько минут спустя, когда все коробки и чемоданы лежали в багажнике, Хьюстон повернулся к жене.

— Подожди в машине, крошка, я сейчас. — Потом кивком головы предложил Фальконе отойти в сторону, к стене. — Здесь и поговорим.

Фальконе последовал за здоровяком. Хьюстон, заметил он, весил никак не меньше 270 фунтов при росте в шесть футов и четыре дюйма. Должно быть, двенадцать лет тому назад, в форме и при оружии, выглядел он очень грозно.

— У меня есть копия рапорта, который вы написали в ту ночь. — Фальконе вытащил из кармана пальто мятый листок.

Хьюстон явно стушевался.

— Когда, вы говорите, это случилось? Лет пятнадцать тому назад? Так почему вы задаете вопросы сейчас?

— Если точно, то Тома Кальветти убили двенадцать лет тому назад. Вопросы я задаю вам неофициально. Сведения о том убийстве могут помочь мне в расследовании, которое я сейчас веду.

— Какие сведения?

Фальконе сунул бумагу под нос Хьюстону.

— Давайте танцевать, как говорится, от печки. Скажите, почему рапорт фальсифицирован?

Он ожидал хоть какой-то реплики, возмущения, негодования, но Хьюстон предпочел промолчать.

— Концы с концами не сходятся. Этот рапорт — филькина грамота. Посмотрите, тут написано о самозащите. Однако на месте преступления найден только один револьвер. Револьвер, который хранился в конюшне. Револьвер, из которого убили Тома Кальветти.

На лбу Хьюстона выступила испарина.

— Не понимаю, к чему вы клоните.

Фальконе потер подбородок.

— Согласно результатам вскрытия, уровень алкоголя превышал тройку. Мы оба знаем, что человек, столько выпивший, не в состоянии затеять драку, особенно с молодым, сильным парнем.

Хьюстон заметно нервничал, ему явно не хотелось продолжать этот разговор.

— Послушайте, детектив... как вы сказали, вас зовут?

— Фальконе, Джон Фальконе.

— Так вот, Фальконе, подробностей я не помню. Двое мужчин подрались. Одного убили, второй получил срок. Что, собственно, вас интересует?

Фальконе чувствовал, что Хьюстон чего-то недоговаривает.

— Меня интересует, почему рапорт не соответствует действительности? Константинос не мог застрелить Кальветти с большого расстояния. Баллистическая экспертиза утверждает обратное. Судебный медик оспорил факты, указанные в рапорте. В Кальветти стреляли в упор. Положение тела, входное отверстие пули — в рапорте написана какая-то чушь. Вы и ваш напарник, Винс Хогэн, первыми приехали на место преступления. Хогэн два года тому назад погиб в автоаварии. Следовательно, вы — единственный очевидец. — Фальконе наклонился к Хьюстону, теперь их лица разделяли лишь несколько дюймов. — Я веду расследование и не успокоюсь, пока не получу ответ на все мои вопросы. — Он бросил короткий взгляд на такси, в котором сидели жена и ребенок Хьюстона. — Я вижу, у вас прекрасная семья. Любой человек многое отдал бы за то, чтобы оказаться на вашем месте. Зачем же рисковать потерей всего, что у вас есть? Кого вы прикрываете? Почему бы вам не облегчить душу и не рассказать, что действительно произошло в ту ночь?

— Послушайте, мне пора... моя жена...

— Да-да, я понимаю. — Фальконе достал из кармана блокнот и ручку, нацарапал свой телефон, вырвал листок, протянул Хьюстону. — Позвоните мне, Хьюстон. Если не позвоните, у вас могут быть серьезные неприятности.

Он наблюдал, как Хьюстон сунул листок в карман, повернулся, поспешил к такси, нырнул в кабину. Теперь у Фальконе пропали последние сомнения в том, что дело нечисто. Хьюстон побелел, как мел, стоило только упомянуть про убийство Кальветти. Он сломается, решил Фальконе, потому что может потерять слишком многое.

Следующей остановкой Фальконе стало бельвилльское стрельбище, которое лейтенант Уэллс, дежуривший в участке в ночь убийства Кальветти, приобрел после досрочного выхода в отставку. Винтовки и ружья выстроились вдоль стен, пистолеты и револьверы поблескивали под стеклом витрин. Все продавалось, разумеется, при наличии лицензии. Рэй Уэллс как раз выходил из мужского туалета, когда Джон подошел к прилавку.

— Привет, я — детектив Джон Фальконе.

По искорке, мелькнувшей в глазах Уэллса, Джон понял, что его ждали. Наверное, Хьюстон успел предупредить бывшего лейтенанта, хотя времени на это у него было совсем мало.

— Как я понимаю, вы дежурили в участке в ту ночь, когда в поместье «Лорел» убили Тома Кальветти.

Рэй Уэллс и ухом не повел. Вроде бы ему следовало расслабляться в каком-нибудь райском уголке, ловить рыбку, жить достаточно скромно, но и без особой нужды, на положенную пенсию. Почему же он оставался при деле?

— У меня есть несколько вопросов. Может, пройдем в ваш кабинет? Там потише. — Фальконе обежал глазами стрельбище. — Впечатляет. После отставки вы прошли долгий путь. Должно быть, вкалывали, как проклятый... а может, знали кого-то из власть имущих?

Последняя реплика активизировала Уэллса, и он быстренько препроводил Фальконе в свой кабинет, расположенный в конце коридорчика за двойными дверями.

— Так чем я могу вам помочь, детектив? — спросил он, когда они остались вдвоем.

— Я хочу знать, что произошло той ночью. — Фальконе вновь достал из кармана рапорт Хьюстона. — Вот копия рапорта с описанием случившегося. — Под изумленным взглядом Уэллса детектив бросил листок в мусорную корзину. — Тут нет ни слова правды.

Последовала долгая пауза, потом губы Уэллса искривились в усмешке.

— Вы понимаете, детектив, что за такие штучки вы можете вылететь из полиции?

Фальконе рассмеялся.

— А вы понимаете, Уэллс, что я могу с головой окунуть вас в дерьмо?

Но он явно терял время: Уэллс «колоться» не собирался. Фальконе понял, что с лейтенантом ему ничего не светит. Однако он положил на стол листок с телефонным номером.