Золотой фонд детектива. Том 5 - Лондон Джек - Страница 112

Я приготовился к буре, но она только слегка покраснела и стиснула руки:

— Если бы я и была у него ночью, это не ваше дело. Но я была не у него, а у себя дома, в своей постели. Если не верите мне, не задавайте вопросов. И вообще, почему я должна была сказать вам, когда я видела Дивора? Во время нашего разговора я не знала, что он мертв и что позднее вы заподозрите убийство. А если бы и знала, то сказала бы не вам, а полиции.

— И все же, если вы беспокоитесь, что я могу попасть в беду в связи с проблемой наркотиков, то не вводите меня в заблуждение, ибо я рискую попасть в беду из-за неведения. Так что, пожалуйста, расскажите мне обо всем, что произошло с момента, когда вы увидели его вчера утром.

— Хорошо. Около 9 часов утра, вскоре после того, как я пришла на работу, мне позвонил портье и сказал, что несколько раз звонили из номера 1511 и говорили что-то странное. Я выяснила, что в этом номере живет Джайлс Дивор. Это меня обеспокоило, потому что на этом съезде он — видная фигура, и если бы с ним что-нибудь случилось, нам угрожала бы неприятная огласка. Я решила подняться на 15 этаж.

К тому времени было уже примерно 9.30. Я сказала: «Пойдемте. Я позабочусь о том, чтобы вы получили свой пакет, если он еще в гардеробе». Я старалась успокоить его, понимаете, потому что мне казалось, что он вот-вот потеряет контроль над собой… Вы уверены, Дэрайес, что в пакете не было ничего, кроме ручек?

— Я не вскрывал его, но миссис Дивор сказала, что в нем ручки, и я уверен, что так оно и есть. Что дальше?

— Без десяти десять я посчитала своим долгом отвести его в зал надписывать автографы. Однако, когда мы вошли в лифт, он настоял на том, чтобы зайти в гардероб. Я знала, что быстро договориться с Хильдой невозможно. Она отказалась выдать пакет без номерка, и я поторопила Дивора, сказав, что принесу ему пакет через несколько минут, как только он начнет надписывать автографы.

— Но вы не взяли пакет?

— Нет. Я просто успокоила его. Кроме того, мне не пришло в голову, что он нужен ему именно для автографов. Как только мы вошли в зал, он сразу оторвался от меня, будто снова вернулся к жизни. Я отпустила его, полагая, что он сам поднимется на возвышение, что он и сделал.

— Никто не видел, что вы пришли с ним?

— Люди видели его и видели меня отдельно, но, по-моему, нас не видели вместе.

— Вы знали о переполохе, который поднял Джайлс, или вам потом сказали?

— Нет. Я сама видела. Я подошла к Азимову и извинилась, а потом стояла рядом с ним, потому что он меня забавлял, и я оставалась до конца — я считала, что несу ответственность за Дивора, и боялась нежелательных неприятностей для отеля.

— Не в это время вы слышали, что он говорил что-то обо мне?

— Нет, не тогда. После того, как он кончил надписывать автографы и швырнул ручку в стену, он направился прямиком к двери, никому не отвечал, и мне показалось, что он пошатывается. Я боялась, что он упадет, и поэтому тихонько пошла за ним, взяла его за руку и повела к лифту.

— Что было дальше?

— Когда мы шли к лифту, я спросила его, не хочет ли он зайти за пакетом, но он ответил: «Слишком поздно, — и прошипел: — Этот Дэрайес. Этот Дэрайес Джаст». С такой ненавистью, что мне стало страшно. Я решила, что надо вас предупредить, но сперва я должна была довести его до номера.

— Когда вы пришли, вы оставили его там? Или вошли с ним?

— Вошла на минуту.

— Когда вы вышли, вы кого-нибудь видели в коридоре?

— Нет.

— Уверены?

— Совершенно уверена.

— Ни одного человека?

Она заколебалась:

— Когда я повернула к лифтам, мне показалось, что какая-то тень метнулась в сторону его комнаты.

— Ничего более конкретного?

— Нет.

— Плохо. А вы не разглядели эту тень: большая она или маленькая, похожа на мужчину или женщину?

— Нет, ничего не рассмотрела.

— Если вы ушли в 11.20, а я обнаружил его мертвым два часа спустя, эта метнувшаяся тень вполне могла быть убийцей, направлявшимся к Джайлсу.

— О, господи!

Я не знал, что можно было еще выяснить, и потому спросил:

— Вы спешите домой? Может быть, пообедаете со мной?

— И будем говорить о мистере Диворе?

Я решил быть честным:

— Может быть, немножко, потому что на протяжении почти 30 часов я ни о чем другом не думаю, но я обещаю постараться говорить о других вещах.

— В таком случае я принимаю ваше приглашение.

13. Сара Восковек. 18.20

Мы решили пойти в знакомый мне армянский ресторанчик. В зале имелись кабинеты, и во вторник вечером народу бывает немного.

Я думаю, Сара испытала чувство облегчения после того, как рассказала о неприятном утре. Что касается меня, то я проследил все действия Джайлса с тех пор, когда мы расстались в воскресенье вечером, до момента за два часа до того, как я его обнаружил… И не узнал ничего существенного.

— Я благодарна, что вы пригласили меня сюда, — сказала Сара, когда мы уселись напротив друг друга в одном из кабинетов в глубине зала. — Отвлечете меня от рекламной кампании. Должна признаться, что я очень устала. Завтра принимаем окончательные решения, и я беру неделю отпуска. Какое удовольствие!

За обедом мы непринужденно болтали, а когда дошла очередь до кофе с пахлавой, я наговорил немыслимой ерунды о том, как стал писателем.

И вдруг необъяснимо ее оживленность исчезла и лицо затуманилось.

Я спросил:

— В чем дело, дорогая? — «Дорогая» вырвалось у меня непреднамеренно. Я испытывал к ней дружеские чувства.

Она поежилась:

— Не знаю. Мне начинают мерещиться странные вещи.

— Что именно?

— Может быть, это связано с тем, что я сказала вам о мелькнувшей тени. Наверное, это настроило меня на таинственный лад.

— Что же вам привиделось? Опишите.

— Когда мы шли сюда, мне казалось, что кто-то идет за нами.

— Я ничего не видел.

— Вы не присматривались. Правда, я тоже, но я видела мужчину.

— Вокруг нас шли тысячи мужчин.

— Я видела его несколько раз, и всякий раз вблизи нас, но не слишком близко. И вот только что он вошел в ресторан.

Я, конечно, обернулся, потому что сидел спиной к входу, но она предупредила:

— Он ушел. Он только заглянул, как бы для того, чтобы убедиться, что мы все еще здесь.

— Вы узнали его?

— Совершенно незнакомый человек.

— Тот же самый, кого вы видели на улице?

— Не уверена. Я видела его лишь мельком. Но кому могло понадобиться войти и тут же выйти? А этот мужчина только огляделся вокруг и ушел.

Я посмотрел на стенные часы над нашей головой.

— Может быть, он заглянул посмотреть, который час, и это был не тот, кого вы видели на улице, а тот вовсе не следил за нами. И, кроме того, вам нечего бояться, когда вы со мной. Пусть мой рост не вводит вас в заблуждение. Знаете что, я предлагаю пройтись. Еще не поздно.

— Куда мы пойдем? — она улыбнулась. — Я попробую угадать. К вам на квартиру?

Я почувствовал, что краснею, потому что моя квартира действительно была недалеко.

— Невиновен, ваша честь, — сказал я. — Если бы вы попросили, чтобы я пригласил вас к себе, я бы не отказал, но, честное слово, у меня на уме нет дурных намерений. Я имел в виду прогулку вдоль парка. Прошло всего два дня после полнолуния, и в прозрачном весеннем воздухе мы увидим, как над парком восходит красивая, толстая, оранжевая луна. А когда нагуляемся, если вы живете где-либо в пределах 10 миль, я провожу вас на такси, если же вы не захотите, я посажу вас в такси и заплачу шоферу.

— Бог мой, вы лишили меня всех разумных оснований для вежливого отказа. А что вы скажете, если я сообщу вам, что у меня разыгрывается головная боль?

— Тогда я скажу вам, что запах свежей листвы, доносящейся из парка, будет наилучшим лекарством.

— Тогда решено. Идем гулять, Дэрайес.

14. Сара Восковек. 20.30

Когда мы добрались до парка, сумерки уже сгущались.