Непокорная - Смолл Бертрис - Страница 118

— Продолжай, Миранда. — Глухой голос Джареда Заставил ее вздрогнуть.

Глаза их встретились, и взгляд Джареда заставил Миранду затрепетать. В его глазах не было презрения. В них было то, чего она уже не надеялась когда-нибудь увидеть. В них было сострадание, в них были понимание и нежность… В них была любовь!

Слезы комком подкатили к горлу Миранды, и она почувствовала, что не в силах вымолвить больше ни слова. Но Джаред, казалось, прекрасно понимал, что происходит в ее душе. Протянув большую сильную руку, он нежно привлек к себе Миранду.

— Продолжай, любовь моя! Ты должна все рассказать. Тебе станет легче…

И Миранда продолжила рассказ о своем пребывании в Санкт-Петербурге. Стояла гробовая тишина, и лишь однажды Джаред нарушил ее:

— О Боже! Если я когда-нибудь смогу добраться до Джиллиан Абботт, клянусь, я убью ее!

— Джаред, она уже мертва! Это ее тело выловили из Невы.

Миранда перешла к крымской части своего рассказа. На лицах слушателей она видела недоумение, ужас, гнев и жалость.

— Я стала рабыней… Понимаете, я обязана была рожать дочерей от Луки. Пыталась бежать, но меня поймали… — Голос ее понизился до шепота. — И однажды меня… нас… нас поместили вместе в барак для производства…

Джаред затаил дыхание, а его брат в ужасе переспросил:

— О Боже, Миранда, это что, преисподняя?

— Это такое место, — медленно проговорила Миранда, четко выговаривая каждое слово, — где рабы, специально подобранные для этой цели, совокупляются, чтобы зачать ребенка — будущий товар. Это маленькое здание без окон и с большой постелью, покрытой соломенным тюфяком. Все просто — ничего лишнего…

— Господи! — донесся до нее голос Джареда.

Адриан и Джон отвели глаза, а Аманда и Энн в ужасе уставились на Миранду.

Побледнев, она опустила голову и заставила себя закончить:

— Я боролась за свою честь. Саша даже избил меня однажды… но в конце концов я была как бы стреножена. Вы все должны понять: теперь я навсегда обесчещена и ни один мужчина не может быть моим мужем!

Ответом ей было гробовое молчание. Почему они молчат? Неужели мужчинам нечего ответить?.. Миранда почувствовала головокружение, но усилием воли заставила себя продолжать, пытаясь заглушить ужас, наполнивший ее душу. Она рассказала о набеге татар и о том, как Саша убедил их, что за богатую американку в Стамбуле им отвалят кругленькую сумму, о переходе пешком в Турцию и, наконец, закончила:

— К счастью, Кит Эдмунд был в тот день в посольстве, а его друг Мирза-хан выкупил меня у татар. Остальное вам известно.

Вновь повисло тяжелое молчание. Господи, что же это?.. И вдруг в тишине прозвучал взволнованный, срывающийся голос Энн Данхем:

— Миранда, это поистине ужасная история! Страшно подумать, что люди способны на такую жестокость. Но теперь ты дома, в безопасности, с нами! Все осталось позади, дорогая!

— Неужели ты ничего не поняла? Другой мужчина пользовался моим телом, насиловал меня. Я изменила мужу. Я ничем не отличаюсь от падших девиц, которые развлекают лондонских джентльменов.

Я… недостойна, — голос ее снова сорвался, — я недостойна быть женой порядочного человека!

— Но тебя заставили! — возмущенно воскликнула Энн. — Это не твой позор, Миранда! Кроме того, никто, кроме нас, никогда об этом не узнает, а мы никому не скажем. И ты не смеешь называть себя неверной женой — это просто смешно!

Никогда еще присутствующие здесь не видели спокойную и выдержанную Энн в таком гневе.

Адриан Суинфорд подошел к Миранде и, опустившись перед ней на колени, взял ее руки в свои:

— Миранда, я стыжусь того, что мужчина мог сделать то, что сделал этот Черкесский.

Джонатан приблизился к ним.

— Ты нисколько не упала в наших глазах, дорогая! Твое мужество достойно восхищения… И мы счастливы снова видеть тебя с нами. Кто посмеет упрекнуть тебя, Миранда?

— Дорогая! — всхлипывала Аманда. — Ты столько перенесла, но ты оказалась такой сильной! Мы все должны преклониться перед тобой, и мы преклоняемся! Миранда, сестричка…

— Не думаю, что смогу проглотить хоть кусок, — тихо проговорила Миранда. — Пожалуйста, извините меня! Я поднимусь к себе.

И, опустив голову, она вышла из столовой. Джонатан Данхем угрожающе взглянул на брата.

— Если ты посмеешь заикнуться о разводе, я сам убью тебя, так и знай!

Джаред твердо выдержал его взгляд.

— Если правда станет известна, я буду опозорен. Но я не смогу оставить жену.

— Да, — подтвердил Джон, — ты никогда ее не оставишь!

— Пусть-ка братец Джаред почувствует угрызения совести! Ему это пойдет на пользу, — выпалила Аманда.

Джаред вопросительно взглянул на нее.

— Я должен пойти к жене. — Он решительно поднялся. — Думаю, после всего сказанного не стоит продолжать ужин.

И он быстро вышел. Поднимаясь по лестнице, он торопливо перешагивал через ступеньки. Ворвавшись в холл, он резко крикнул:

— Перки, идите домой! Ночью вы не понадобитесь. Мартин будет так же рад вновь увидеть вас, как я счастлив видеть свою жену.

— Конечно, милорд! Спасибо, милорд! — пролепетала Перки и поспешно удалилась.

Джаред пересек холл и распахнул дверь спальни.

— Что тебе? — подняла голову Миранда. Лицо ее было залито слезами.

— Тебя! — яростно крикнул Джаред и бросился к ней. — Хочу тебя! Хочу свою жену!

— Где же твоя гордость?! — бросила Миранда ему в лицо. — Неужели тебе безразлично, что я была в руках другого?!

— Ты любишь меня или нет? — грозно спросил Джаред.

— Да, да, да! Миллион раз да! Люблю тебя! — выкрикнула она.

— Тебе нравилось, когда он брал тебя? — Джаред был уверен в ее ответе, но все же что-то кольнуло его, когда она сказала:

— Ты никогда не говорил мне, что тело может ответить на насилие так же, как на искреннюю любовь. Когда это случилось в первый раз — мое тело откликнулось… Этот позор едва не убил меня!

— А потом?

Господи, ну неужели он хочет знать и это? Миранда перевела дыхание.

— Я хорошая ученица, Джаред. Ты, должно быть, помнишь это! — Миранда не могла удержаться от того, чтобы немного помучить его. — А потом я приказала своим чувствам умереть, когда это происходило, вот и все. И больше я ничего никогда не чувствовала.