Нет повести печальнее на свете... - Шах Георгий Хосроевич - Страница 38

– Послушайте, синьора, мы с вами полностью солидарны, но не теряйте времени, ведите нас к их укрытию. – Розалинда решительно взяла инициативу в свои руки, и Тибор подумал, что она того гляди отберет у него роль вожака.

Посадив блюстительницу нравов во флагманский водомобиль, процессия устремилась к дому Ферфакса.

– Не ручаюсь, что парочка здесь, но это тот самый дом, куда, по моим сведениям, они дважды наведывались.

– Очень хорошо, – сказал Тибор, потирая руки. – Оставим здесь двух часовых, а сами пошатаемся по городу.

Он отвел машину метров за сто и нашел укрытое место для парковки. Остальные, не зная, в чем дело, последовали за лидером.

– Что такое? – заорал Голем, с трудом вытаскивая из кабины свое мощное тело. – Почему мы уехали, когда могли взять их?

– Потому что надо дождаться темноты. Не в наших интересах привлекать внимание прохожих, – объяснила Розалинда, и Тибор опять восхитился сообразительностью агрянки.

– Чепуха! Они там, это точно, я заметил во дворе тарахтелку Сторти.

– Ценное наблюдение, – согласился Тибор. – Но лезть на рожон все-таки не следует. Не бойся, никуда они от нас не денутся…

Ром проснулся не столько от дурного предчувствия, сколько от засевшей в голове собственной полушутки: каждую ночь ему надо быть готовым уносить ноги.

Он взглянул на часы: было около одиннадцати вечера, но на улице только сгущались сумерки, в это время года темнело поздно. Как хорошо, что ему пришло в голову не стучать в дверь, а просто отворить ее! После приключения в отеле «Дважды два» они долго просидели в машине и порядком замерзли. Не веря в возможность неожиданного возвращения Ферфакса, просто так, чтобы что-то предпринять, вернулись в третий раз к его дому. И какая удача: дверь, оказывается, была не заперта. Ферфакс и в легкомыслии не уступал своему веронскому другу.

Они быстро освоились в бедно обставленной холостяцкой квартире; не обнаружив роботов, сами вскипятили на кухне воду и нашли на полке галеты. После чаепития еще некоторое время делились впечатлениями от первого дня своей вольной жизни, но Улу быстро сморило. Она и сейчас безмятежно спала на узкой жесткой кровати хозяина. Ром полюбовался на свою подругу и подошел к окну. Улица была пустынна, только на противоположной ее стороне можно было разглядеть мужскую фигуру, прислонившуюся к дереву. Видимо, прохожий, остановившийся отдохнуть, или возвращающийся с вечеринки гуляка, решивший выпустить алкогольные пары, чтобы не получить нагоняя от домашних.

Ром прошелся по комнате, разглядывая вещи. Высокий шкаф, во всю стену, был забит книгами. Хорошо бы посмотреть, должно быть, здесь много интересных работ по агрономии, но света включать не следует: и Улу можно разбудить, и привлечь внимание злоязычной соседки. А вот болотные сапоги, двустволка, патронташ, сумка – словом, все необходимое для охоты. Ром, сам любивший поохотиться и не раз ходивший с отцом на кабана, взял ружье, повертел в руках, взвел и тихо опустил курок. В рабочем состоянии, так что мы теперь вооружены, голыми руками нас не возьмешь!

Он вернулся к окну. Стало еще темней, но фигуру у дерева все еще можно было различить. У него шевельнулось смутное чувство беспокойства. Ром вышел в коридор, убедился, что дверь заперта, и задвинул для покоя массивный железный засов. Хорошо, что и окна защищены снаружи решетками. Не дом, а крепость. Странный тип этот Ферфакс, укрепился, словно для осады, а дверь не запер. А может быть, это специально для нас? Получил письмо Сторти, но вынужден был срочно уехать по делам и любезно предоставил нам свою обитель.

Ром хотел уже вернуться в комнату и улечься на своем диванчике, но его остановил робкий стук в дверь. Он замер, прислушался. Нет, ему не показалось – стук повторился, а затем негромкий женский голос произнес:

– Отворите.

– Кто там?

– Ром, это я, Розалинда.

– Розалинда? Как ты сюда попала?

– Мне надо сообщить тебе важную весть.

Он колебался.

– Речь идет о твоих родителях.

Ром отодвинул засов и взялся уже за ключ, но в этот момент снаружи донесся сильный шум, за которым последовало приглушенное проклятье. Это Голем ухитрился потерять равновесие и свалиться с крыльца, придавив Тибора.

– Ты не одна? – спросил Ром, быстро возвращая засов на прежнее место.

– Нет, она не одна, – закричал Тибор, – отворяй двери!

– Розалинда, – сказал Ром, повысив голос, – я всегда знал, что ты дрянь, но не подозревал, что до такой степени.

– Ладно, кончай разглагольствовать! Отворяй, тебе говорят, не то будет худо!

– Что тебе нужно?

– Мне нужна Ула, а сам можешь отправляться ко всем чертям!

– Ты ее не получишь.

С улицы раздался рев в несколько голосов. «Сколько их там?» – подумал Ром с тревогой и почувствовал, что его берут за руку. Ула в одной сорочке, босая, стояла с ним рядом.

– Тибор, – сказала она, – это ты?

– Я. Сейчас мы тебя вызволим.

– Оставь нас в покое. Ром мой муж.

– Глупости, никогда тому не бывать.

– Прошу тебя, Тибор, уходите.

– Эй, Монтекки, кончай прятаться за женскую юбку. Если ты мужчина, выходи, поговорим!

– Сколько вас там на одного? – спросил Ром.

– Не трусь, я дал слово твоему братцу оставить тебя в живых.

Значит, Гель знал об их затее и не попытался помешать! Ах брат, брат мой…

– Зато я никому не давал никакого слова! – с угрозой сказал Голем.

– И ты здесь, Голем, – сказал Ром, – выходит, агры объединились с матами, чтобы помешать мате соединиться с агром.

На секунду воцарилась тишина. Нападавшие осмысливали ситуацию. Раздался нервный смешок.

– Это Пер, – прошептала Ула.

– Ты нам зубы не заговаривай! – крикнул Тибор, чувствуя, что медитации могут ослабить наступательный пыл его армии.

– Пер, как ты мог примкнуть к этой бандитской компании, тебе не совестно? – сказала Ула.

– Ах, мы бандиты?! – взревел Голем. – Ну, берегись, шлюха!

– Не смей обзывать сестру!

– Заткни глотку!

Ром с Улой переглянулись. Судя по всему, они там сейчас передерутся. Но тут послышался звонкий голос Розалинды:

– Тибор, Голем, вы что, с ума посходили? Не забывайте, ради чего мы сюда приехали. От нас зависит честь двух кланов. Надо брать дом штурмом.