Неудачная реинкарнация - Журавлев Владимир Борисович - Страница 82

82

Он наконец разглядел, что именно перед ним. Его побратимы никогда не стали бы изображать это! Да и не умели они работать с камнем… по крайней мере, так искусно!

За спиной охнула Надия:

– Эре, это что?!

– Порнография – так это называется, – пробурчал он, не оборачиваясь. – Ты бы не смотрела, принцесса!

– Тебе, значит, можно?

– Ты маленькая еще.

– А ты, значит, большой?!

Они с недоумением разглядывали голых каменных мужиков с невероятно впечатляющими специфическими органами. Мужики стояли как живые, даже скабрезные ухмылочки сияли на каждом лице.

И все же это не было порнографией. А чем тогда? Вот это – точно групповуха! Однополая! И все же…

– Эре, а вот это же эльфы! – озадаченно сказала Надия. – Интересно, кому это жизнь не в радость, что над эльфами надсмехаются?

Он провел пальцем по причудливо переплетенным, перетекающим друг в друга телам. Так, это, очевидно, воин, и агрессивный воин! Плавно переходящий в воина неагрессивного… и даже испуганного… а потом полураздетого… потом в женском платье… в женщину… без платья… Завершалась композиция привычным уже голым мужиком, в чьи объятия обнаженная эльфийка и направлялась недвусмысленно.

Озарение накатило внезапно. Он развернулся и еще раз оглядел скульптуры.

– Это предупреждение! – решительно сказал он. – Смотри! Вот это – люди. И если они пройдут в ущелье, их ждет – вот это! – И он показал на самую неприличную сцену. – А это – эльфы…

– Сросшиеся, что ли? – усомнилась Надия.

– Нет. А как еще показать процесс? Если сюда войдет эльф, то сначала он будет таким, потом вот таким…

– Героев нет, чтоб эльфа напугать! И… при чем тут эльфийки?

Ну, у него было одно невероятное объяснение. Говорить, правда, он ничего не стал – пусть это будет чисто эльфийской проблемой, а ему и своих хватает. А его проблема сейчас заключалась в том, что для людей проход в ущелье был кем-то недвусмысленно закрыт! И даже понятно кем – вот этими мужиками! Знать бы еще, кто они такие! Хотя один ответ напрашивался… Нет, протиснуться между фигурами вполне можно было, но… предупреждение было очень недвусмысленным! Он скривился и посмотрел вверх. Прошли же они когда-то по скалам? Сейчас и не верится. Не верится – но придется! Интересно, а предупреждение только ущелья касается? Если яйлы тоже – ой как плохо…

Пронзительно завизжала Надия. Он стремительно обернулся. Ну, он ожидал чего-то в этом роде. Крайняя фигура, находившаяся в тени, внезапно шевельнулась и двинулась к ним. Если есть предупреждение, должен, должен быть и контролер! Однако с юмором мужик. Надия чуть деру не дала. А ведь он даже не голый!

Перед ними стоял гном.

Вова – сын, работяга и бабник, естественно

На гладильной доске лежали книги. Пусть стопками – но аккуратными же! А рядом топтался отец с брюками в руках и сердито хмурился на непорядок. Вслух, правда, выражать возмущение не решался. Наконец сунул брюки на кучку постельного белья – где те гарантированно нацепляют ниточек и пушинок! – и сгреб книги на кресло. Как попало сгреб, да еще и уронил, раззява!

Он глубоко вдохнул, выдохнул. И еще раз. Отец его всегда раздражал и своей неловкостью, и неряшливостью, и небрежностью во всем. Особенно когда брался наводить свои порядки в его комнате. А происходило такое часто. Не из-за вредности характера, а просто от того, что квартира – ну очень маленькая…

– Гетеродины… – прочитал отец недоуменно. – Это что, электротехника, что ли? А зачем тебе?! Как же ты меня поражаешь иногда, сын мой…

– Взаимно, падре, взаимно! – беззлобно огрызнулся он.

– Да зачем тебе электротехника? Уроки бы лучше учил!

– Зачем? Наверно, просто есть время для увлечений. Россия – удивительно благостный мирок, ты не находишь? Ни войн тебе, ни эпидемий, никуда бежать не надо, прятаться… живи всласть! Хочешь – электронику изучай, хочешь – …

– Да зачем она тебе?! Ты бы уроки…

– Затем, что ненужных знаний не бывает! А меня вот поражает, что ты не знаешь электронику – и знать не хочешь! Любопытство атрофировано напрочь!

– Бессмысленное любопытство!

– Может быть, – вздохнул он. – Кому они сейчас нужны, гетеродины… А ты, падре, подумай вот над чем: разве я не учу уроки? Разве на меня жалобы опять?

– Так будут!

Все же у отца хватило совести, чтоб смутиться и замолчать. Не было жалоб последнее время. Даже наоборот: учительница литературы благодарила за помощь в проведении уроков, и учительница музыки благодарила за то же самое! Просто… вспомнилось отцу, что детей воспитывать положено, то есть заставлять делать уроки! А если уроки сделаны, то уже и непонятно – а как воспитывать-то?

– Не понимаю я тебя, сын мой! – печально заключил отец и принялся гладить брюки. – Наверно, мало времени проводим вместе. Вот зарубежные авторы утверждают, что с ребенком надо проводить не менее часа каждый день в совместных занятиях…

– В совместных – это как?

От удивления он даже отложил книгу – не про гетеродины, но тоже достаточно бесполезную, по мнению отца.

– В футбол вместе играть, – подумав, неуверенно предположил отец.

– Здоровенный дядя против малышей?! Ах какие равные силы! Ах как детям будет интересно отставать от длинноногого дяди, как приятно им будет чувствовать себя неумехами рядом с опытным взрослым! Остальные занятия такие же бредовые?

Отец честно подумал. И еще раз подумал.

– Остальные виды спорта отпадают по той же причине? – поинтересовался наконец отец. – Ну да, и сам теперь понимаю… отец-бегун и кроха-сын… отец-боксер и толстая дочка… отец-парашютист… Послушай, но взрослый же может понарошку!

– Может, – кротко согласился он. – Может, но! Тогда взрослому скучно – если он спортсмен. И неинтересно, если не спортсмен. Ах какое веселье ребенку играть со скучающим взрослым!

– Получается, врут зарубежные авторы?! Во всем мире признанные авторитеты – и только Вове Переписчикову врут?! Ну, знаешь!..

– Почему – врут? – пожал плечами он. – Я хотел сказать – это работает только в одном случае: если родитель – педагог. Настоящий, имеется в виду. Которому интересен процесс обучения. А настоящих очень мало, сам понимаешь. Тут способности требуются. Природная одаренность. Еще профессиональные навыки – которые появляются при постоянной работе. Еще знания специальные. Ну и много родителей подпадает под эти требования?

– Да чушь собачья! – возмутился сбитый с толку отец. – А как же раньше воспитывали?!

– Да не воспитывали раньше! – разозлился в свою очередь он. – Ты вообще чем думаешь, когда читаешь исторические книги?! Дети с родителями РА-БО-ТА-ЛИ! Работали все, от мала до велика! И требовали с детей рабочих качеств: упорства, целеустремленности, усидчивости и внимательности. А в первую очередь – ответственности! И наказывали жестоко за плохую работу! И не столько родители – жизнь наказывала! И наказывала смертью!

– Ты чего орешь на меня? – тихо спросил отец.

– Ну извини, – хмуро буркнул он. – Вспомнилось кое-что из жизни Шестака-глиномеса… да и братья Гончары – пример перед глазами! С детства руки по локоть в глине, спина не разгибается – а ты о воспитании, о каком-то чутком подходе… Не работают здесь дети с родителями – вот и вся проблема!

– Представляю! – развеселился отец. – Мама-бухгалтер и дочка-бухгалтер! Десятилетняя двоечница! Или вот еще…

– И зря зубоскалишь, если не понимаешь, – заметил он. – На Астуре то же самое, и что? Там все дети днем работают, а учатся вечером. Дети убирают рабочие помещения, например. Курьеры – только дети. Ну не взрослым же обалдуям бегать по мегаполису с пакетиками? Дети еду для родителей приносят, напитки готовят, и для начальства тоже… а вовсе не длинноногие секретарши. А длинноногие секретарши работают там, где им и положено, – в борделях! А дети чуть постарше уже и грузчиками, и ремонтируют кое-что, там, где замена блоков… в общем, работают все! И страшно переживают, если работы не достается! Потому что тогда жить не на что! Знаешь, какие маленькие зарплаты на Астуре?