Певец из Кастагвардии - Уэлч Джейн - Страница 70

Халь скептически поднял бровь.

– Лес велик. Они могли сколько угодно петлять по нему, чтобы сбить нас со следа.

– Если бы я прятался, то не выходил бы из леса, – сказал Абеляр. – Но эти-то, похоже, далеко уехали – иначе кто-нибудь уже бы вернулся к повозкам. Приказы есть приказы, но наемники остаются наемниками. Они куда больше любят набивать карманы, чем воровать принцесс.

– Но они же не вернулись, так?

Халь широким жестом указал на рассыпанные рубины.

– Не вернулись – пока, – согласился лучник. – Но людскую натуру не изменить, значит, они явятся рано или поздно. Кто-нибудь да явится. Я бы сказал, нужно подождать.

– Так мы всю жизнь прождем, – возразил Халь. Кеовульф покачал головой.

– И все равно это лучше, чем таскаться по лесу без цели. Я чувствую, что ждать нам недолго. Они не позволят пропадать таким сокровищам.

И в самом деле, ждать пришлось всего четыре дня. Халь почти что огорчился, потому что это доказывало правоту Абеляра. Они услышали свист и спрятались в чаще; Халь яростно шептал, чтобы Брид не смела вмешиваться в схватку.

– Я о ней позабочусь, – храбро заявил Пип, вытаскивая из ножен свой короткий мечик.

– Лучше позаботься о том, как бы не отрезать своей лошади уши этой штукой, – прошипел Халь, переключая все внимание на трех всадников в темных плащах поверх доспехов. Они как раз в этот момент показались на поляне.

Халь взялся за лук и повернулся к Абеляру:

– Тот, что справа, – твой, а левый на мне. Оставшегося берем живым.

Абеляр кивнул и натянул тетиву.

– Готов? Стреляем! – приказал Халь.

Двое наемников так никогда и не узнали причины своей смерти: оба без единого звука свалились на землю. Их кони заржали, вставая на дыбы. Халя не тревожило, что на его наемнике был шлем: торра-альтанские стрелы легко пробивали металл. Выстрел пришелся в голову и убил всадника наповал. Стрела Абеляра вошла второму наемнику между глаз. Мертвец, падая, застрял ногой в стремени и теперь волочился по земле за беснующейся лошадью, прямо по рассыпанным рубинам. Тот всадник, что остался в живых, не теряя времени, развернул коня и пустился наутек. Кеовульф и Халь погнались за ним, обнажив мечи.

Оба они были без доспехов, а наемник был слишком тяжелым в своей кольчуге, так что хотя Тайна и не считалась быстрейшей из торра-альтанских лошадей, дистанция меж беглецом и Халем медленно сокращалась. Непросто править лошадью в густом лесу, убить наемника было бы куда проще, чем догнать, – но он требовался живым. В отчаянии тот неистово погонял своего коня и снова увеличил дистанцию. Кеовульф и вовсе отстал. Халь понимал, что Тайна скачет на предельной скорости и ускориться не сможет, но вот-вот начнет выдыхаться; поэтому, едва завидев впереди открытое место, бросил меч в ножны и схватился за лук.

Он прицелился в круп лошади и выстрелил. Стрела с глухим ударом вонзилась в цель, наемник вылетел из седла через голову коня и упал на землю. Кеовульф, подоспев вовремя, навалился на него сверху и приставил ему меч к горлу.

– Я клянусь, что ничего не знаю, сир, – быстро заговорил тот с шепелявым камаалианским акцентом. – Мы никогда не спрашиваем, кто нам платит. Наш командир просто отдал приказ, мы сделали свое дело и ушли вместе со всеми, а потом оторвались от отряда, и – по домам… Но не хотелось оставлять такое добро пропадать… Разве ж можно, сами подумайте…

– Куда вы шли? – процедил Кеовульф, надавливая наемнику на грудь коленом.

Халь понял, что может только помешать, и предоставил остальную работу калдеанцу, а сам в это время занялся подстреленной лошадью.

Кеовульф скоро закончил допрос и вернулся к остальным. Выглядел он очень довольным, потому что вытянул из наемника все, что только можно. Заодно он прихватил его доспехи и оружие, а бедолагу отпустил живым в лес.

– Они шли к северу от реки Дагонструй, это в Троллесье, – рассказал рыцарь Брид, которая взволнованно ожидала их в зарослях терновника. – С собой забрали обоих принцев, Кимбелин, Тапвелла и Хардвина. Больше этот парень ничего не знает. Их отряд после этого получил свою плату и отделился. Он думает, те перешли реку по старому каменному мосту над Радужным Водопадом.

Отсюда в ту сторону не вело дорог, и отряд продвигался медленно. Лица и руки путников были в кровь исцарапаны буреломом, терпение почти иссякло, когда они неожиданно наткнулись в чаще на одинокого охотника, готовившего ужин над огнем. Этот лесной бродяга оказался до крайности разговорчивым и был рад компании; он поделился с путниками варевом из своего котелка и указал им путь, ведущий прямо к реке. Правда, по ней предстояло пройти еще около сотни лиг.

Халь с сомнением созерцал узкую полоску черной грязи, называемую дорогой. Накрапывал дождь, грязь чавкала под копытами коней; правда, дальше к северу тропа подсохла. Там-то они и наткнулись на первые следы.

Брид соскочила с лошади и исследовала их.

– Черномордые волки, – коротко объявила она.

– Это уже что-то, – сухо ответил Халь. – Когда на нас напали, лес ими так и кишел. Похоже, у принцессы Кимбелин теперь четвероногий эскорт.

Размышляя о волках, они ехали в напряженном молчании. Волчьи следы становились все более четкими по мере того, как земля делалась суше. Четкие, крупные отпечатки шли по всей дороге, но больше никаких следов не было.

В последующие три дня ничего не изменилось. Дорога наконец вывела их к широкой реке, которая обрушивалась водопадом с каменного плато.

– Радужный Водопад! – указал Халь.

Ошибки быть не могло. Вода обрушивалась с высоты не менее ста футов, и клубящиеся брызги сияли мириадами крохотных радуг. Высоко на фоне неба вырисовывался силуэт выгнутого моста. Ниже водопада реку перейти было негде, и путники вернулись немного назад, откуда начали подъем к каменному мосту у самого начала водопада.

Древний камень моста был источен водой и временем. Его массивные перила украшала искусная резьба – фигуры и какие-то надписи, но разглядеть было почти ничего невозможно, столько лет прошло. Путники смотрели на величественное сооружение и размышляли о судьбах исчезнувшей цивилизации, которой оно принадлежало. Много мелких лесных дорожек стекалось к мосту, сливаясь воедино. Путешественники ступили на него молча – рев водопада заглушал любые звуки. Только когда отряд отошел от моста довольно далеко по дороге, ведущей дальше на север, стало возможным говорить.

– Следы похитителей наверняка сохранились, – настаивал Халь. – Может, они и прошли здесь недели назад, но сезон дождей был уже на исходе. Теперь все как раз высохло.

– Да ни за что мы их не найдем, – вернулся Пип к своей любимой теме. – Какое там, среди стольких волчьих следов…

Халь топнул ногой.

– Везде эти волки!

– Черномордые волки, – уточнила Брид. – В воздухе ими до сих пор пахнет. И посмотрите, какие огромные следы.

– Прямо как львиные, – заявил Пип.

– Ты же никогда не видел львиного следа! – фыркнул Халь. – Не говоря уж о львах.

– А вот и видел! – запротестовал Пип.

– Помолчите, – прикрикнула Брид на них обоих. – Я пытаюсь думать! Что-то во всей этой истории слишком много волков.

– И рубинов, – добавил Халь. – Что общего у волков и рубинов?

Брид пожала плечами.

– Ничего… Разве что общие охотники, которым нужны как те, так и другие.

Девушка задумчиво теребила конец косы, водя им по щеке. Какая же она красивая! Пожалуй, слишком красивая для полного волками леса, подумал Халь.

Брид как будто прочла его мысли и обернулась.

– Что-то я ничего не понимаю. Волки, похоже, движутся с определенной целью. Их явно использовали, чтобы похитить Кимбелин.

– Но ведь это только Спар может управлять волками! – Халь выругался. – Спар играл с Некрондом и доигрался. В плену он вряд ли имеет доступ к Яйцу, но может как-то управлять им на расстоянии, мысленно, например…

Юноша не мог придумать логического объяснения и только молился, чтобы Некронд не попал в руки овиссийцам.