Снежная королева - Виндж Джоан - Страница 171

Мун попыталась вырваться, но не сумела: ведь ее тело принадлежало Снежной королеве... и подчинялось Снежной королеве, а не ей самой. Ее тело теперь стало неуправляемым и словно размякло; и сама она не родилась, а была создана благодаря высочайшей технологии и волшебству... Мы так похожи... Все видят это, этого невозможно не видеть...

— Но зачем... зачем тебе понадобилось столько... собственных копий? И почему ты выбрала детей Лета, а не Зимы? — Мун не хотелось думать, что и сама она из их числа.

— Мне нужна была только одна. Когда-то я мечтала заменить себя тобой — во время Смены Времен Года. Заменить себя как бы самой собой, только выросшей среди островитян, отлично понимающей их души и умеющей манипулировать ими. Я бы непременно сумела все объяснить тебе... несколько лет назад, и у тебя хватило бы, времени приспособиться к новой роли и законному наследию. Но потом я сочла, что потеряла тебя навсегда... К тому же вместо тебя я обрела Спаркса... — Мун окаменела, но Ариенрод была слишком поглощена воспоминаниями и ничего не замечала. — И я решила, что мне вовсе не обязательно умирать, что я могу еще жить — сама! — предоставляя Зиме возможность править Тиамат. И у меня возник иной план; и ты больше не была нужна мне. Но повидать тебя все-таки хотелось — мне всегда хотелось, чтобы ты была рядом со мной, ведь ты мое единственное и прекрасное дитя! — Она приподняла лицо Мун за подбородок.

Мое единственное дитя... Мун чувствовала, что не может отвести глаз от Ариенрод, душа ее то взлетала ввысь, то падала в пропасть, и голос Снежной королевы, что говорила с ней, словно мать, ее юное лицо, ее глаза, манившие куда-то в прошлое... Кто я? Кто я такая?

— Я дочь Лета! А ты задумала уничтожить мой народ!

Ариенрод вздрогнула, время словно раскололось...

— Он рассказал тебе?.. Дурак! Он не способен понять даже, что ни он, ни ты не имеете к островитянам никакого отношения! Ты, как и я сама, душой принадлежишь Зиме! А Спаркс, мой Звездный Бык, — инопланетянин! — Она указала на небеса. — Ты побывала на иной планете, ты знаешь, как эксплуатирует нас Гегемония — ты видела собственными глазами, какие замечательные вещи они таят от нас. Разве ты не понимаешь этого? — Она требовала ответа.

Мун подняла голову.

— Да, я знаю. И это отвратительно. — И снова среди сияющих звезд ей предстала иная картина: множество мертвых меров, груды истерзанных тел... — Смена Времен Года должна происходить иначе!

— Значит, ты понимаешь, как абсурдны суеверия детей Лета, ненавидящих технику, заставляющих нас оставаться в оковах невежества и после ухода инопланетян! И мы никогда не освободимся от этих оков, пока не начнем создание собственной технологической и научной базы, пока не попытаемся сохранить и приумножить хотя бы ту малость, которую оставят нам инопланетяне после отлета с Тиамат. Вот потому изменить ритуал Смены Времен Года совершенно необходимо...

— Но не путем уничтожения своего народа! — Моего народа! Это мой народ! И лицо Ариенрод вдруг заслонило перед ее мысленным взором лица матери и бабушки, воспоминания о детстве, о родных островах...

— Но тогда — как? — В голосе Ариенрод отчетливо звучало нетерпение. — Как иначе? Неужели ты надеешься убедить их или обратить в свою веру? — Можно было подумать, что она действительно ждет от Мун гениального решения.

— Я сивилла. — Сердце Мун ушло в пятки: не шутка — признаться в этом королеве Зимы! Но она понимала, что Ариенрод уже, наверное, знает об этом. — И, когда я расскажу своему народу правду о предсказателях и о том, чем они владеют, меня станут слушать.

Ариенрод нахмурилась, стараясь скрыть разочарование.

— Я думала, что ты отказалась от своих дурацких фантазий насчет могущества сивилл, побывав в иных мирах... Нет никакой Хозяйки, способной наполнить твой рот священной слюной, дающей знания, как нет в других — всех этих бесчисленных богов Гегемонии; есть лишь соломенные болваны для битья, созданные инопланетянами специально... — Ледяной вздох донесся из Колодца; пахнуло морем и водорослями; Мун невольно задрожала от холода, несмотря на плотно запахнутый плащ. Однако Ариенрод, одетая в полупрозрачные, похожие на туман, тонкие одежды, лишь рассмеялась, заметив на лице своего двойника выражение ужаса.

— Сивиллы вовсе не... — Мун заставила себя умолкнуть, Она не знает правды. Не может знать... Ей вдруг стало ясно, что у нее есть тайное оружие против Ариенрод, которое она только что чуть добровольно не отдала ей в руки. Она чувствовала, что к ней возвращается уверенность, и изо всех сил старалась ничем не выдать себя, не показать Снежной королеве, что именно ей известно, и опасаясь, что та сумеет как-то прочесть все в ее глазах.

Однако на сей раз Ариенрод попалась в собственную ловушку.

— Я знаю, почему ты так хотела стать сивиллой! Только потому, что не могла стать королевой! Но теперь-то ты можешь ею стать, теперь... — В прозрачных зеленоватых глазах вспыхнул какой-то свет. — Забудь свои Летние острова! Ты можешь разделить со мною весь мир и всю власть Зимы — навсегда. Забудь свой трилистник, надень королевскую корону. Пусть порвутся те нити, что связывают тебя с этими узколобыми недоумками, освободи свой разум и свои мечты! — Снежная королева почти незаметно шевельнула рукой, и Мун почувствовала, как ветер из Колодца точно острием меча ударил ее в спину. — Они никогда не примут тебя как свою, не поверят в то, кем ты стала. Слишком поздно спасать их! Колесо уже крутится... Судьбу ты остановить не сможешь... Прими же свою судьбу и правь со мною вместе, как правила бы после моей смерти. Мы вместе построим новый мир — мир нашей мечты! Вместе мы сумеем построить его, сумеем разделить власть... — Она простирала к Мун руки и вся светилась в страстном порыве. Мун тоже простерла к ней руки, зачарованная ее близостью, ее неопровержимой реальностью, ее удивительным сходством с нею самой...

— О, Ариенрод! — сказала Ариенрод.

И Мун отшатнулась, испытывая жгучую боль: она поняла, что Снежная королева видят в ней только себя и совсем не понимает, почему ее слова, благодаря которым она рассчитывала одержать победу над Мун, ранят так больно. Ариенрод в своем эгоцентризме вздела только то, что желала увидеть... Только себя... Но ты ошиблась, Снежная королева! Глубокая и неколебимая уверенность проснулась в душе Мун, словно она, сама того не ведая, с честью прошла некое суровое испытание и доказала, что чего-то стоит.