Камень Света - Зинделл Дэвид - Страница 25

Утро выдалось зябким и облачным. Так как я хотел миновать ущелье до сумерек и боялся, что нас может задержать сильный дождь, то попросил дрожавшего Мэрэма двигаться поживее. Мы быстро миновали остаток пути до Кая, хотя дорога уже ощутимо повышалась – близились горы.

Кай был маленьким городком, наполненным лавками, кузницами и хорошенькими домиками с остроконечными крышами, сделанными так для того, чтобы уберечь жилище от тяжести горных снегов, падавших здесь всю зиму напролет.

Один из ручьев, питавших Алмазную, протекал как раз через центр города. Рядом с мостом, перекинутым через ледяные воды, там, где стояли две большие гостиницы, восточный Крепостной тракт пересекался с широкой Северной дорогой. Крепостной тракт, как я слышал от людей, путешествовавших по нему, был одной из достопримечательностей Меша. Он шел прямо через горы по периметру всего нашего королевства, соединяя небольшие форты, что охраняли проходы в Меш. Их было двадцать два, все находились высоко в горах и отстояли друг от друга миль на двенадцать. Однажды я провел долгую-долгую зиму в одном из таких фортов, ожидая вторжения племени мэнзарии, которое так и не состоялось.

Мэрэм, сетуя на тяжелую утреннюю работу (которая, правду сказать, пришлась на долю лошадей), настоятельно предлагал остановиться на пару часов в одной из гостиниц и принять ванну – мол, две предыдущие ночи, проведенные под открытым небом, его совершенно измотали. Для валари омовение было почти священным ритуалом, возможностью смыть с себя все тревоги в конце дня, так что я мечтал о горячей ванне не меньше, чем Мэрэм. Но я убедил его в том, что Кай надо миновать побыстрее. Хотя сейчас не сезон, может неожиданно выпасть снег, терпеливо объяснил я. Так что мы задержались в гостинице ровно настолько, чтобы перекусить яичницей и кашей, а потом вновь отправились в путь.

В семи милях от Кая Крепостной тракт сливался с Северной дорогой. Здесь, когда копыта лошадей приноровились к каменной брусчатке, подъем практически не ощущался. Стены дубов, растущих вперемешку с ясенями и березами, надвигались на дорогу с обеих сторон, создавая высоко над ней арки из зеленых листьев и ветвей. Но буквально через несколько миль лес начал меняться, и теперь в нем преобладали заросли осины и ели. Горы выросли перед нами, словно ступени, ведущие к невидимым сейчас звездам.

Во многих местах дорога прорезала поросшие пихтами предгорья, словно длинный извилистый шрам на пышной зелени. Я знал, что мы уже приближаемся к проходу, хотя нагромождения камня скрывают его из виду. Мэрэм пожаловался, что путешествия в горах дезориентируют и тут легко потеряться. Он, как обычно, опасался и многого другого. После того как я пересказал свой разговор с Лансаром Раашару, мой друг принялся громко удивляться, кем же мог быть второй убийца, если не ишканом. И не может ли этот неизвестный человек подстеречь нас по дороге? И если может, то зачем мы едем в Ишку? С каждым шагом, что приближал нас к недружественному королевству, его не имеющие ответов вопросы повисали в воздухе словно холодный туман, струившийся с небес.

Около полудня, взобравшись на пологий гребень, отмеченный красным обелиском, мы впервые увидели ущелье. Корукель и Рааскель возвышались подобно двум огромным сторожевым башням всего в нескольких милях к северу. Северная дорога сворачивала ближе к Рааскелю, меньшей из двух гор; впрочем, ее отвесные гранитные склоны и ледники были неприступны. Две вершины и огромные бугристые плечи Корукеля напоминали двухголового великана, готового пронзить вас ледяными копьями или закидать валунами. Если бы не алмазы, сокрытые в его недрах, трудно было бы поверить, что за эту гору кому-то охота сражаться.

– О мой Бог, вы только поглядите! – Мэрэм указал на дорогу. – Врата Телемеша. Никогда не видел ничего подобного!

Да и немногие видели. Там, как раз перед массивными укреплениями форта, разделяя землю между двумя горами, находилась великая работа моих предков и одно из чудес Эа: казалось, огромный кусок горы шириной пять миль и в милю длиной вырезан из земли словно бы рукой одного из Галадинов. На самом деле – и Мэрэм это знал – король Телемеш сделал окно между двумя горами при помощи огнекамня, который принес с войны Камней. Как гласит легенда, он стоял на этом самом холме, держа в руках красный джелстеи, и направлял струю пламени на землю в течение шести дней. А когда закончил и акры льда, грязи и камня просто выкипели и испарились, между Мешем и Ишкой открылся огромный коридор. До того, как Телемеш проделал эти ворота, «проход» между двумя королевствами считался непроходимым, по крайней мере для армий и верховых.

– Плохо, что огнекамни исчезли, – задумчиво промолвил Мэрэм. – Так могли бы быть связаны все королевства Эа.

– Говорят, огнекамень есть у Морйина. А еще говорят, что он заново открыл секрет их устройства.

Мастер Йувейн пронзительно посмотрел на меня и покачал головой. Много раз он просил Мэрэма – и меня – никогда не произносить истинное имя Красного Дракона. И действительно, едва из моих уст вырвались эти простые звуки, как с ледяных пиков поднялся холодный ветер. Или же просто стал более свежим и пронизывающим. Снова, как тогда в лесу, или рядом с Ральду позже в замке, я вздрогнул от таинственного ощущения чьего-то внимательного взгляда, будто бы камни вокруг имели глаза. Это напомнило мне о том, что мои соотечественники здесь, на севере, зовут Рааскель и Корукель Наблюдателями.

Через полмили мы спустились в крепость в центре долины. Мэрэм удивлялся, почему строители укрепления не поставили крепость рядом с Вратами, как каменную стену, защищающую их. Я объяснил ему, что стоит она правильно: в месте, богатом источниками, которые круглый год могут снабжать гарнизон водой. Цель таких крепостей, добавил я, отнюдь не остановить вторгающиеся армии; они устроены только для того, чтобы задержать врага и дать время королю Меша собрать войска.

Мы остановились у крепости, чтобы засвидетельствовать свое почтение лорду Эвиану, командиру гарнизона. Лорд Эвиан, мрачный мужчина с узким обветренным лицом, друг Азару, присутствовал на том пиру и поздравил меня с посвящением в рыцари. Убедившись, что нас вдоволь накормили свининой с картофелем, что привозят сюда из Кая, он сказал, что Сальмелу и ишканы миновали проход сегодня рано утром.

– Галопом проскакали в Ишку. Так лучше и тебе поступить, если не хочешь, чтобы сумерки застигли вас в ущелье.

После того как я поблагодарил его и выслушал пожелания удачи в поисках, мы продолжили путь по Северной дороге, змеившейся по поднимавшимся откосам долины. Мили через две, когда мы достигли Врат Телемеша, резко похолодало. В воздухе висела влага – смесь дождя, тумана и снега. Здесь, в мрачной горной местности, где деревья уже не росли, кусты и мхи были совершенно скрыты под снегом. За валунами, огромными, как дома, собрались внушительные наносы, дорогу тоже порядком замело. Если бы лорд Эвиан не послал своих воинов расчистить узкий коридор, дорога все еще оставалась бы непроходимой.

– Холодно, – пожаловался Мэрэм. Его мерин скользил по мокрому камню дороги. – Может, вернемся в крепость и подождем, пока погода не улучшится?

– Нет, – возразил я, кладя руку на шею Эльтару. Несмотря на холод, он был весь в мыле. – Поедем, на той стороне прохода будет лучше.

– Ты уверен?

Я посмотрел сквозь туман на Врата Телемеша, теперь возвышавшиеся всего в сотне ярдов от нас – темная прорезь в стене камня, покрытый льдом проход в неизвестность.

– Да, там будет лучше, – уверил я его, но не себя. – Поехали.

Я тронул бока Эльтару, посылая его вперед, однако конь нервно фыркнул и не двинулся с места. Когда мастер Йувейн подъехал ближе, огромный жеребец все еще стоял на леденящем ветру, раздувая ноздри.

– Что там, Вэль? – спросил наставник.

Я пожал плечами и оглядел окружавшие нас валуны и ледники. Местность казалась настолько же пустынной, насколько холодной. Ни сурок, ни белая куропатка не нарушали суровой пустоты ущелья.