Третье Правило Волшебника, или Защитники Паствы - Гудкайнд Терри - Страница 149

Бердина прыснула, выплюнув огрызок груши. Губы Райны раздвинулись в улыбке.

Кара от души расхохоталась и шлепнула по спине двинувшегося к выходу Ричарда.

– Она мне нравится, магистр Рал! Можете ее себе оставить.

Ричард помолчал.

– Что ж, спасибо, Кара. Мне, наверное, здорово повезло, что вы ее одобряете.

– Это уж точно, – кивнула она. Ричард догнал Кэлен в конце коридора.

– Как ты узнала о Райне с Бердиной? Кэлен озадаченно поглядела на него:

– Разве это не видно сразу, Ричард? По их глазам? Ты же наверняка сам заметил.

– Ну... – Ричард оглянулся, чтобы убедиться, что морд-сит еще далеко. – Думаю, ты обрадуешься, узнав, что Кара сказала, что ты ей нравишься и мне разрешено оставить тебя себе.

Кэлен обняла его за талию.

– Они мне тоже нравятся. Сомневаюсь, что ты найдешь лучших телохранителей.

– Это должно утешить меня? Улыбнувшись, она положила голову ему на плечо.

– Нет, меня. Ричард предпочел сменить тему:

– Ладно, пошли выясним, что нам хотят сообщить представители. От этого зависит наше будущее, да и вообще будущее.

Кэлен, облаченная в белое платье Исповедницы, молча села в свое кресло, кресло Матери-Исповедницы, рядом с Ричардом. Сверху на них взирали Магда Сирус, первая Мать-Исповедница, и Мерит, ее волшебник.

В сопровождении улыбающегося генерала Болдуина вошли представитель Лифании Гартрам, представитель Хергборга Терио и посол Сандерии Безанкур. Все они были удивлены и обрадованы, увидев рядом с Ричардом Мать-Исповедницу.

– Моя королева, магистр Рал, – поклонился генерал Болдуин.

– Добрый день, генерал Болдуин! – улыбнулась ему Кэлен.

– Господа, – произнес Ричард, – надеюсь, в ваших странах все хорошо. Что вы решили?

Представитель Гартрам пригладил седую бороду.

– После продолжительных консультаций, следуя по пути Галеи и Кельтона, мы пришли к выводу, что наше будущее с вами, магистр Рал. Мы все привезли акты о капитуляции. Безоговорочной, как вы хотели. Мы желаем присоединиться к вам, стать частью Д’Хары и жить под вашим владычеством.

– Хотя мы здесь, чтобы капитулировать, – заговорил посол Безанкур, – и присоединиться к Д’Харе, мы все же продолжаем надеяться, что Мать-Исповедница одобрит наше решение.

Кэлен долго смотрела на стоящих перед нею мужчин.

– В будущем, а не в прошлом предстоит жить нам и нашим детям. То, что первая Мать-Исповедница и ее волшебник сделали когда-то во благо своего народа, в то время было необходимо.

И сейчас я, Мать-Исповедница Срединных Земель, вместе с моим волшебником Ричардом должна позаботиться о благополучии своего народа. Мы должны сделать все для укрепления нашей земли, но, так же как Магда Сирус и Мерит, мы хотим мира для всех народов. Наша сила и мирное будущее зависят от магистра Рала. Новый курс установлен. Мое сердце и мой народ последуют ему. Как Мать-Исповедница я являюсь частью этого союза и приветствую ваше присоединение к нему.

Ричард почувствовал, как она незаметно сжала на мгновение его руку.

– У нас по-прежнему будет Мать-Исповедница, – сказал он. – Мы нуждаемся в ее мудрости и руководстве, как нуждались всегда.

Несколько дней спустя, ясным весенним утром, Ричард с Кэлен рука об руку шли по улицам города, наблюдая за тем, как восстанавливают пострадавшие после битвы дома. Ричарду вдруг пришла в голову одна мысль. Он повернулся к Кэлен. Солнышко пригревало, а прохладный ветерок приятно холодил кожу.

– Знаешь, я потребовал капитуляции всех Срединных Земель, а ведь даже не знаю, сколько их и как они называются!

– Вот как? Похоже, мне предстоит многому тебя научить! – ответила Кэлен. – Тебе придется постоянно держать меня рядом с собой.

Ричард не смог сдержать улыбку.

– Ты нужна мне. Теперь и всегда. – Он погладил ее по щеке. – Поверить не могу, что мы наконец-то вместе! – Он поглядел на свой эскорт, состоящий из трех женщин и двух мужчин. – Если бы мы только могли остаться наедине!

– Это намек, магистр Рал? – выгнула бровь Кара.

– Нет, приказ.

– Извините, – пожала плечами Кара, – но мы никак не можем ему подчиниться. Вы нуждаетесь в защите. Знаете ли вы, Мать-Исповедница, что нам иногда приходится говорить ему, какую ногу переставить следующей?

Кэлен беспомощно вздохнула и поглядела на возвышающихся позади Кары двух гигантов.

– Улик, ты позаботился о том, чтобы на нашу дверь поставили засов?

– Да, Мать-Исповедница.

– Отлично! – улыбнулась Кэлен. Она повернулась к Ричарду. – Пошли домой? Я устала.

– Сначала вам придется выйти за него замуж, – заявила Кара. – Приказ магистра Рала. Ни одна женщина не может войти в его комнату, кроме жены.

– Я сказал «кроме Кэлен», – Ричард метнул на нее испепеляющий взгляд, – а не жены. Никто, кроме Кэлен.

Кара поглядела на эйджил, висящий у Кэлен на шее. Это был эйджил Денны. Ричард отдал его ей в том месте между мирами, куда их обоих отнесла Денна. Он стал своего рода талисманом, и ни одна из морд-сит не сказала ни слова по этому поводу, хотя, разумеется, все они заметили его сразу же, как только впервые ее увидели. Ричард подозревал, что он значил для них так же много, как и для него с Кэлен.

Надменный взгляд Кары вернулся к Ричарду.

– Вы обязали нас защищать Мать-Исповедницу, магистр Рал. Мы всего лишь пытаемся защитить честь нашей сестры.

Кэлен улыбнулась, заметив, что Кара сумела наконец допечь Ричарда, что морд-сит удавалось крайне редко. Ричард мысленно сосчитал до десяти, чтобы успокоиться.

– И вы прекрасно с этим справляетесь, но вам не стоит так волноваться. Даю слово, что она очень скоро станет моей женой.

Кэлен провела пальцем по его спине.

– Мы обещали Племени Тины, что свадьба состоится у них в деревне и обряд проведет Птичий Человек, а я надену платье, сшитое для меня Вэзелен. Это обещание много для меня значит.

Ты не станешь возражать, если мы поженимся в Племени Тины?

Не успел Ричард заверить ее, что для него это тоже очень важно, как их окружила толпа ребятни. Мальчишки тянули его за руки, упрашивая пойти посмотреть, как он обещал.

– О чем это они? – спросила Кэлен, радостно засмеявшись.

– Джа-ла, – объяснил Ричард. – Дайте-ка мне взглянуть на ваш мяч, – обратился он к детям.

Они протянули ему мяч, и он показал его Кэлен. Она взяла мяч и внимательно посмотрела на вышитую на нем большую букву «Р».

– Что это?

– Раньше в нее играли мячом, называемым «брок», который был слишком тяжел для детей. Я велел белошвейкам сшить новые мячи, полегче, чтобы все дети могли играть, а не только самые сильные. Так что теперь игра требует скорее ловкости, чем грубой силы.

– А для чего эта «Р»?

– Я сказал им, что каждый, кто будет играть новым мячом, получит брок от дворца. «Р» означает «Рал», в подтверждение того, что это официальный мяч. Игра называлась джа-ла, но с тех пор как я изменил правила, она называется джа-ла-рал.

– Ну, – заявила Кэлен, вернув мячик мальчишкам, – раз магистр Рал обещал, а слово он свое держит всегда...

– Да! – воскликнул один из мальчиков. – Он пообещал, что, если мы будем играть официальным мячом, он придет посмотреть на игру!

Ричард поглядел на собирающиеся в небе тучки.

– Кажется, надвигается гроза, но, надеюсь, игру посмотреть мы успеем.

Рука об руку, в окружении стайки детишек они пошли по улице.

– Если бы только Зедд был с нами, – покачал головой Ричард.

– Ты думаешь, он погиб тогда, в замке?

Ричард посмотрел на горы.

– Он всегда говорил, что если ты принимаешь возможность, то делаешь ее реальностью. Я решил до тех пор, пока кто-нибудь не предоставит мне доказательств его гибели, считать его живым. Я в него верю. И верю, что он жив и бродит где-то, изрядно отравляя кому-то существование.

Постоялый двор казался довольно симпатичным в отличие от предыдущих, где им довелось останавливаться и где люди слишком много пили. А их страсти плясать до глубокой ночи он решительно не понимал. Почему-то эти две вещи всегда неразрывно связаны друг с другом, как пчелы с цветами или мухи с навозом. Темнота и танцы.