Между Призраком и Зверем - Сурикова Марьяна - Страница 46

Сегодняшний поход в город оказался очень плодотворным, мне даже удалось найти подработку в местной пекарне. Меня временно приняли на место разносчика, который по семейным делам отлучился примерно на месяц. Всего-то нужно было по утрам разносить хлеб, а в конце недели забирать заработанные монеты, еще и недостатка в лепешках и булочках теперь не испытывала.

Однако хорошее настроение было связано не только с этим событием, но и с приближающимся вечером. Я знала, что Вернон заглянет ко мне как обычно, когда на землю опустятся сумерки, и испытывала удовольствие в предвкушении новой встречи. Он придет через портал и спросит, готова ли я к новому путешествию. «Готова», – отвечу с затаенным восторгом, ожидая, когда он подойдет, обнимет за талию и перенесет в прошлое. Может, в кабинет совещаний самого таинственного советника всех эпох, Дианона Шансийского, бесследно исчезнувшего первого помощника императора Пиана четвертого. Его имя сохранилось в веках, затмив славой даже род того, кому он служил. Как же у меня в предвкушении почесывались ладони, когда представляла, что выясню причину его бесследного исчезновения.

А в следующий момент я вдруг вспоминала о затерянной в горах деревушке, в которой родился один из основоположников движения хранителей. И мне ужасно хотелось перенестись именно туда, чтобы своими глазами увидеть молодого человека, впервые задумавшегося о том, как защитить хрупкую девушку, живущую в доме по соседству, если в их селение наведается отряд магов. Несокрушимый Вальт или Непобедимый Вальтдак его прозвали годы спустя, а многие не слабые магии бледнели при одном упоминании его имени.

Однако стоило только подумать о магах, и тут же в голову закрадывались воспоминания о Клариссе Сиятельной, второй жене одного из императоров светлого престола. В нашей истории имя этой женщины сохранилось благодаря не статусу императрицы, а невероятной магической силе. Говорят, она хранила при себе книгу с утерянными заклинаниями, которую никто впоследствии не смог отыскать. Именно благодаря секретным рецептам, императрица, помогая мужу, смогла усилить мощь всей империи и прославить в веках собственное имя. Я бы очень хотела увидеть своими глазами тот тайник, в котором затерялась легендарная книга.

Шипение пара отвлекло и, обернувшись, я увидела, что закипевшая вода выплескивается через край котелка и капли падают на раскаленные угли. Это напомнило о необходимости закончить с приготовлением ужина.

За окном уже стемнело, когда я с замиранием сердца услышала знакомый стук в дверь. Подбежав, откинула засов, впуская в комнату высокого беловолосого мужчину. Улыбка изогнула уголки моих губ, когда взгляд синих глаз остановился на мне. Вернон всегда чувствовал мое нетерпение и знал, что я каждый вечер жду его в старой даровне. Я лишь недавно поняла, как работает магия камня. Активировать переходы оказалось возможно лишь в темное время суток, а количество их было ограничено. Но утром и днем хватало и обычных дел, а после обеда я отдыхала, набираясь сил перед ночными путешествиями в прошлое.

Моя жизнь теперь наполнилась волшебством, а Вернон согласился быть проводником, не желая, чтобы грани брали энергию у меня в обмен на наши сказочные путешествия. Он дал мне возможность воочию увидеть все, о чем мы с отцом только читали, что пытались рассмотреть в оставшихся памятниках культуры, вместе решая головоломки и загадки древности. И я день ото дня все больше ждала этих минут, когда как обычно спокойный и невозмутимый Призрак придет и спросит: «Куда ты хочешь отправиться сегодня?»

Он шагнул через порог, и я с радостью ухватилась за протянутую руку, но вместо долгожданных слов, он притянул меня ближе, обняв за талию, помолчал несколько минут, прижавшись щекой к волосам. Я замерла, прислушиваясь к внутренней тревоге, о которой, казалось, позабыла за это чудесное время, вырвавшись на свободу, освободившись от пут лжи, притворства и изощренных угроз.

– Что-то случилось? – подняла голову, встречая его спокойный взгляд.

Это раньше мне казалось, будто мужчина ничего не чувствует, и только позже, день за днем встречаясь с ним, общаясь, слушая его замечания или рассуждения, я сделала открытие – Вернон не был бесчувственным.

Страж не являлся человеком, как и сам говорил, но ледяным казался лишь внешне. Человеческие чувства и эмоции, словно подернулись корочкой льда, хрупкой, позволяющей вершить роль палача, не поддаваясь сожалениям. Грани не оставили ему шанса отказаться от своей миссии, однако иные чувства, не связанные с предназначением, отпущенным Призраку непонятной и живой материей, которую он называл Светом, могли пробиться сквозь защитный барьер. И я научилась разгадывать их малейшие отголоски в чертах почти невозмутимого лица, в интонациях всегда спокойного тона. И даже сейчас, когда он сказал: «Тебя ищут», – я увидела если не тревогу, то беспокойство, неприметными морщинками исказившее гладкий высокий лоб.

За время наших встреч я редко наблюдала Вернона в волнении, если подобное описание человеческих чувств можно было применить к стражу. Разве только в моменты, когда я вновь поднимала тему его прошлого и интересовалась, когда он перестал быть человеком. Один раз напрямую спросила, могу ли посмотреть его прошлое, покажут ли грани его жизнь, на что вдруг получила категоричное: «Нет». Тогда я впервые заметила признаки тревоги на его лице.

– Не стоит, Миланта, – смягчая свой отказ, он взял меня за руку, склонился, прижался губами к тыльной стороне ладони, почти не грея прохладным дыханием кожу. А потом отвернулся, прошелся задумчиво в угол комнаты, поднял со скамьи кожаный витой браслет с разнообразными подвесками, повертел его в руках и добавил, – с этого все начиналось.

– Что все? О чем ты?

Он молчал, продолжая рассматривать миниатюрные фигурки животных.

– Ты о тех девушках? – внезапно осенило меня.

А он снова пропустил вопрос мимо ушей и подцепил пальцами фигурку большой кошки, похожей на барса.

– На этом браслете собраны тотемы самых могущественных ликанов. Ты купила эту вещь в городе?

– Это подарок. Пока я считалась официальной любовницей Зверя, он дарил вместе с нарядами украшения, и только однажды среди всех тех сверкающих вещиц я обнаружила что-то нормальное.

Призрак не удивился моим словам, не хмыкнул, как любой обычный человек, для которого подобные предпочтения показались бы странными. Еще бы. Променять сверкающие камни на какой-то кожаный браслетик.

– Единственный подарок, который, казалось, подарили от души. Я взяла его… на память.

– Он тебе нравился, – с легкой улыбкой заметил Вернон.

– Подарок?

– Мужчина, которого ты в разговорах часто зовешь Зверем.

– Я играла роль, – пожала в ответ плечами.

– Он тебя напугал, – не слушая слов и словно читая мысли, проговорил Призрак. – Напугал силой эмоций и желаний, ты не готова была к тому, чего он от тебя хотел. Это ещё одна причина побега.

– Это не мой путь – становиться любовницей и жить вот так.

– Не твой, – с той же улыбкой подтвердил Вернон.

И больше мы к той теме не возвращались.

– Кто ищет? Зверь? – тотчас встрепенулась я.

– Не он, – покачал головой Вернон, – указом императора призвано отыскать и вернуть пропавшую кандидатку, которая должна принять участие в имперском отборе.

– Я не собиралась участвовать, – я утвердительно качнула головой, размышляя, как теперь быть с работой в булочной и не стоит ли оставить свое убежище и отправиться в ту далекую, затерянную на дальней равнине башню.

– Он так не считает, – прохладные пальцы коснулись моего лица, провели по щеке, – не волнуйся, никто не заставит тебя вернуться силой.

– Наверное, пришла пора, – я вздохнула, – пора узнать о странном ритуале, что провели над Ириаденом и Кериасом. Может, это позволит мне раз и навсегда покончить со вниманием сиятельного императора, если даже его кузен меня отпустил? Ты мне покажешь?

– Ты хочешь найти что-то важное?

– Прошлое может дать подсказку или помочь отыскать слабые стороны владыки. Но, боюсь, не удержу грани так долго, чтобы увидеть историю жизни нескольких людей.