Пришествие Зверя. Том 1 - Абнетт Дэн - Страница 100

Наюрита говорила мягко, но в ее голосе звучала наточенная сталь. Веритус несколько секунд выдерживал ее взгляд, затем отвел глаза и покорно уставился в пол.

— Как скажете, госпожа Намизи. Немного времени для раздумий, что помогут найти истину.

«Твою истину, — сказала про себя Виенанд, кланяясь в знак согласия. — Из-за твоей истины рассыплется Сенаторум Империалис и рухнет Империум. Нет, только через мой труп».

Глава 11

Порт-Санктус — внешняя система

— Это… — Адмирал Ахария в буквальном смысле брызгал слюной, заплевывая линзу вид-связи на борту «Непокорного монарха». Свет монохромного дисплея отражался от деревянных панелей в капитанском комм-отсеке, что примыкал к главной командной палубе. — Это возмутительно! Неприемлемо! Орки накапливают силы, и если мы не соединим флоты, одного из нас уничтожат!

Прайс, освещенный своим экраном, наклонился вперед в кресле. Руки он держал на коленях, сжав в кулаки. По белизне его костяшек Кулик понимал, что Доминий пытается сохранить спокойствие.

— Поэтому вы должны идти к нам, адмирал. Корабли моей флотилии прибывали на протяжении последних трех дней, некоторые еще в пути. Если мы попытаемся прорваться через ксеносов, они расстреляют отставших по одному.

Расслабившись, Прайс откинулся на спинку кресла. Экран на время передачи затянула пелена помех. Пройдет несколько минут, прежде чем сигнал доберется до Ахарии и его ответ получат на «Колоссе».

— Сэр, если выдвижение флота адмирала Ахарии к нам — вероятно, лучший вариант, то бездействие — определенно худший, — заметил Рафаль.

Доминий лениво повернулся к капитану, сидевшему на дальней стороне овального стола со стеклянной столешницей. На ней лежали россыпью листки бумаги и прозрачные страницы рапортов, под ними мерцал стратегический дисплей. В углу были сложены три тома уложений Космофлота с множеством закладок из обрывков пергамента и пластиковых бланков. Очевидно, Прайс искал прецедент, который позволил бы ему отдавать приказы старшему адмиралу; судя по диалогу с Крзиилом, такового он не нашел.

Иерархия Флота была незыблемой, даже строже, чем в Имперской Гвардии. Космолеты проводили вне портов от нескольких месяцев до десяти лет, и все это время авторитет командира должен был оставаться абсолютным. Полк Астра Милитарум, восставший против офицеров, мог причинить немало вреда своей планете базирования; мятежный корабль Имперского Флота мог терроризировать множество звездных систем.

Хотя Ахарию произвели в чин всего на несколько месяцев раньше Доминия, в боевом уставе не делалось различия между столетиями и днями старшинства. Корабли и весь флот Прайса не были обязаны подчиняться распоряжениям Крзиила, но и сам краевой адмирал не имел права командовать своим визави.

Кулик осознал, что Доминий пристально смотрит на него.

— Нет, Рафаль, бездействие — не хуже всего. Бездействуя, мы и вновь прибывшие звездолеты останемся достаточно близко к точке Мандевиля, чтобы совершить переход из системы в случае достаточно серьезной опасности. Ахария сунул шею в петлю, и я не вижу причин следовать его примеру.

— Вы готовы бросить флот ядра, адмирал? — ошеломленно спросил Кулик. От невозмутимости Прайса у него кровь застыла в жилах. — Десятки — нет, сотни тысяч жизней?

— Или что, бессмысленно погубить моих людей имеете с ними? — огрызнулся Доминий. Он вскочил и зашагал к Рафалю, сгребая по пути доклады со стола. — Одному Императору известно, как у орков это выходит, но они всегда настороже и быстро реагируют на любые наши маневры. Попытка засады в день нашего прибытия — лишь верхушка их коварства. Астероидные поля по всей системе засеяны их фортами-«булыгами», которые обстреливают ракетами и торпедами любой корабль, проходящий вблизи.

Швырнув пачку рапортов на стекло перед капитаном, Прайс оперся кулаками о стол и навис над подчиненным.

— Любой — любой! — космолет или небольшая группа, оказавшись рядом с чужаками, подвергается атаке. Если Краевой флот двинется к позиции Ахарии, то превратится в наживку для капкана на орков. Я чертовски уверен, что Крзиил хочет именно этого, просто не говорит вслух. Как только мы с чужаками на хвосте подойдем к его армаде, Ахария или атакует их с тыла, или направится к точке Мандевиля для перехода.

— Но если…

Кулик осекся, заметив, что на экране с треском возникло изображение Крзиила. Доминий резко обернулся и скрестил руки на груди.

— Вы же видели диспозицию, Прайс! Орки истребят одну из флотилий, потом набросятся на уцелевшую. Но им не хватит огневой мо… — Отчаянная мольба Ахарии оборвалась, адмирал посмотрел куда-то вбок. Когда он вновь обернулся к устройству пикт-захвата, на его лице возникла почти безмятежная улыбка. — Забудьте, Прайс. Похоже, судьба решила за нас. В любом случае… да пребудет с вами милость Императора.

Экран опустел.

— Что он, во имя Императора, имел в виду? — требовательно спросил Доминий у Рафаля, словно капитан мог знать ответ.

Кулик пожал плечами.

Пискнул внутренний комм, на панели перед Рафалем вспыхнул зеленый огонек. Нагнувшись вперед, Кулик щелкнул рычажком приема.

— В чем дело?

— Капитан, новые переходы в систему, у ее границы, — доложил Шаффенбек.

— Да они уже три дня продолжаются. Что с того?

— Множество переходов, сэр. По расчетам сенсорной группы — больше десяти за последние пять минут. Также подтвержден идентификатор одного из кораблей.

— Десяток звездолетов? Кого установили?

— «Автокефалий извечный», сэр, — сообщил лейтенант.

— Флагман Лансунга! — воскликнул Прайс. Отодвинув Кулика, он наклонился к звукозахвату комма. — Пусть группа связи откроет командный канал с флагманом, немедленно!

— Есть, сэр, — отозвался Саул. — Капитан, приказы на маневрирование?

— Оставаться на позиции, лейтенант, — велел Рафаль и взглянул на Доминия. Тот кивнул. — Повторить приказ для всей флотилии: оставаться на позиции до дальнейших распоряжений.

После подтверждения от Шаффенбека капитан выключил интерком. Прайс отошел от него и рухнул в кресло.

— Что, во имя всего святого на Терре, здесь делает верховный лорд-адмирал Лансунг? — спросил адмирал в пустоту, беспомощно взмахнув руками. Полуобернувшись, Доминий жестко взглянул на Кулика. — Ты знаешь, что он ненавидит меня, да? Я бы не смог стать даже капитаном, если бы не сделал карьеру до того, как Лансунг пришел к власти.

— Я слышал только обрывки истории, сэр. Что-то насчет публичных разногласий?

— Рассказ подождет, Рафаль. Узнай, где возник флагман, и проложи курс. Предполагаю, верховный лорд-адмирал хочет, чтобы мы поспешили к нему с визитом.

Кулик посмотрел на Прайса с выражением человека, который, хоть и не оспаривает приказ вышестоящего офицера, все же напоминает ему, что является капитаном корабля, а не каким-то мичманом на побегушках.

Доминий дернул плечом:

— Рафаль, давай без оскорбленного самолюбия. Прости, но тебе придется терпеть меня еще несколько дней, пока мы не сгладим все неровности с Лансунгом и Ахарией.

— Ага, конечно, всегда пожалуйста, — пробормотал Кулик, вставая.

— Что вы сказали, капитан?

Рафаль остановился у обшитой деревом панели, взявшись за изогнутую позолоченную ручку, но не обернулся.

— Так точно, адмирал, немедленно займусь делом.

Следующие два дня Кулик именно так и поступал. Вызовы на связь с флагманом от имени Прайса постоянно отклоняли или игнорировали, из-за чего Доминий стал раздраженным и саркастичным. Рафаль не собирался выносить его придирки, поэтому проинспектировал все батарейные палубы и орудия, каждую лэнс-установку, обе взлетные палубы, челноки и даже плазменные реакторы линкора, только бы не находиться рядом с командиром. В отсутствие капитана Шаффенбек — вечно невозмутимый Шаффенбек — исполнял все обращения, приказы и запросы капризного адмирала, в том числе ежечасно передавал комм-офицерам требование установить контакт с «Автокефалием извечным».