Преемница темного мага - Матлак Ирина - Страница 12

Ко мне обратился взгляд прищуренных, поблескивающих глаз.

— А ты, значит, можешь?

Я немного смутилась, но все же ответила:

— Мне кажется, да.

— Ты совсем не похожа на девчонку, выросшую в трущобах. — Губы Флинта сложились не то в привычную усмешку, не то в совершенно непривычную улыбку.

— Так я не только девчонка из трущоб, — с показным весельем отозвалась я. — Еще ундина особых кровей. И преемница темного мага.

— И подруга пирата, — добавил Флинт.

— Это чересчур громко сказано, — не согласилась я.

Он неотрывно смотрел на меня несколько долгих мгновений — так, словно видел в первый раз и изучал каждую малейшую, даже мне неизвестную деталь, а затем с ленивой ухмылкой заверил:

— Не беспокойся, синеглазка, я предпочитаю блондинок. С вами, брюнетками, всегда сплошные проблемы.

У меня в мыслях тут же возник образ, который я однажды видела на старой карточке: девушка в очках с двумя темными длинными косами. Гвиана, которая некогда служила в одном отряде с Кайером Флинтом и Эртаном Реем, а затем погибла и теперь работала в библиотеке Морского корпуса в виде привязанной к ней души.

Гибель Гвианы до сих пор являлась для меня нерешенной загадкой, но одно было известно точно: в ее смерти так или иначе был повинен Флинт. По крайней мере, именно так считала она сама.

Время уже неприлично позднее, моя темная магия очень кстати о себе не напоминала, и не воспользоваться подвернувшейся возможностью как следует выспаться было бы просто грешно. Так что я, не ответив на последнее замечание пирата, поднялась и аккуратно положила книгу на кофейный столик. Затем ненадолго замерла перед камином, наслаждаясь идущим от него приятным жаром, и развернулась, намереваясь уходить.

Пока я смотрела на огонь, Флинт успел приготовиться ко сну, что выражалось в снятии сапог и всей одежды, за исключением штанов. Обернувшись и застав его в таком виде, я опешила.

— Что, нравлюсь? — не упустил возможности вогнать меня в краску пират.

Решив оставить без внимания и эту его реплику, я двинулась в сторону выхода из гостиной, но неожиданно что-то заставило меня задержаться. Разумом еще ничего не понимала, а интуитивно улавливала нечто странное, непонятное и определенно темное.

Снова посмотрев на пирата, успела отметить, как он выразительно приподнял бровь, словно бы спрашивая, почему я все еще здесь, а после наткнулась взглядом на черную отметину на его шее. Она была похожа на незаконченный и очень вытянутый овал, перечеркнутый двумя линиями.

Когда пират заметил мое повышенное внимание, исходящее от него легкое недоумение сменилось напряженностью, а затем на его лицо и вовсе набежала тень. Он резко повернулся ко мне другим боком, посмотрел куда-то в сторону и отстраненно, тоном, каким обычно наводил страх на свою команду, произнес:

— Спокойной ночи, синеглазка.

Таким интонациям подчинялись отъявленные пираты, тролли и гноллы, поэтому уж тем более не смогла не подчиниться я. Не дожидаясь дополнительного приглашения, выскользнула в коридор и, наконец преодолев все лестничные ступени, вошла в свою комнату.

Засыпала я долго, и даже мерный стук капель не мог помочь мне погрузиться в сон. Мороз удивительно быстро снова уступил место сырости, мокрый снег превращался в воду, чтобы затем стечь с крыши. Я пыталась считать капли, но мысли настойчиво кружили в сознании, отгоняя даже намек на желанную дремоту.

Я думала обо всем сразу, но самым ярким предметом размышлений неожиданно для меня самой стала только что увиденная отметина. Знак определенно был мне незнаком, и все же я могла бы поклясться, что это не обычная татуировка. Отпечаток темной магии вот что это такое. Но вот сам Флинт его нанес или же им его кто-то наградил, оставалось неясным. Реакция пирата, когда я заметила этот знак, говорила лучше всяких слов: он не хотел, чтобы о нем знали. Вероятно, Флинт забылся, сняв рубашку, либо думал, что я просто уйду не обернувшись и не замечу.

Приняв решение завтра же попытаться узнать, что обозначает перечеркнутый двумя линиями овал, я решительно перевернулась на другой бок и заставила себя расслабиться. Постепенно многочисленные мысли рассеивались, уступая место невесомому, наполняющему голову туману. Сначала он был легким и светлым, но в какой-то момент стал чернеть, погружая меня во тьму.

Передо мной простиралось буйное Сумеречное море, над которым нависло хмурое, беспросветное небо. Пенились и шипели волны, из которых выпрыгивали дикие русалки, где-то не то пели, не то завывали сирены, на горизонте сошлись объятые пламенем корабли. Опустив взгляд, я увидела свои босые израненные ноги и неровный край разорванного платья.

— Убей… — коснулся слуха чей-то похожий на шелест ветра шепот. — Убей…

Как-то отстраненно я отметила, что в моих руках появился кривой кинжал, и медленно пошла вперед, прямо в воду. Волны не хотели пускать, но, подчиняясь какой-то неизвестной силе, бессильно отступали, позволяя мне пройти.

Я видела перед собой сотканную из тумана фигуру, к которой приближалась с каждым сделанным шагом.

— Убей… — снова шептал ветер.

«Это просто туман, — мелькнула безразличная мысль. — Злой туман…»

Крепче сжав рукоять кинжала, я занесла его над собой и приготовилась обрушить на стоящий передо мной силуэт, когда вместо ветра до меня вдруг донесся сдавленный и сиплый женский голос:

— Л-леди Талмор…

— Убей! — громче прежнего зашелестел ветер.

Рука дрогнула, и я прикрыла глаза. Стоило смежить веки, как меня вдруг словно отшвырнуло куда-то назад, а когда я снова посмотрела перед собой, то не сразу поняла, что происходит. Напротив стояла помощница госпожи Герры, лицо которой пошло неровными алыми пятнами из-за того, что… я сдавливала ее шею.

— Поднебесные, — потрясенно выдохнула я и, спохватившись, отшатнулась. — Яли, прости, я… я не понимаю…

Мы находились в коридоре первого этажа, на мне была надета ночная рубашка, в которой ложилась спать, и как я здесь оказалась, не имела ни малейшего представления. Сказать, что я пребывала в ужасе, — это все равно что промолчать. Мое тело сотрясала мелкая дрожь, Яли медленно осела на пол и смотрела прямо мне в глаза, отчего захотелось немедленно исчезнуть.

Прошло не менее полуминуты, прежде чем я обнаружила присутствие теневого охотника. Он стоял поблизости — спокойный и бесстрастный, окруженный клубами темного дыма.

— Вы… — прерывисто проронила я. — Почему вы сразу меня не остановили?! — и без перехода, опустившись рядом с Яли, добавила: — Поднебесных ради, прости! Я не понимаю, как это получилось… Что ты делаешь в этом доме?

— Ее прислала госпожа Герра, — ответил теневой охотник. — Она посчитала, что вас окружает слишком много мужчин и вы не будете против разбавить круг общения девушкой.

— Почему вы позволили мне на нее напасть? — не глядя на охотника, негромко повторила я.

— Это темная магия, леди Фрида. Каждый раз вы должны пытаться справиться с ней сами, иначе всякое обучение бессмысленно. Я знал, что вы остановитесь вовремя, но, выйди ситуация из-под контроля, я бы вмешался.

Только сейчас я обратила внимание, что за окном уже светает. Время стояло раннее, но снова ложиться спать я не собиралась. Слишком страшно было, да и весь сон слетел под натиском ожившего кошмара. Словно наяву я слышала это страшное «убей!», и по коже снова и снова пробегала дрожь.

— Мне не в чем вас винить, — поднявшись, произнесла Яли и тут же помогла подняться мне. — Я пойду приготовлю завтрак, если не возражаете.

Даже имейся у меня какие-либо возражения, озвучить их я все равно была не способна. Совершенно не представляла, как теперь смотреть этой девушке в глаза, да и просто находиться рядом. Я хотела запоздало сказать, чтобы она возвращалась в дом госпожи Герры и не приходила сюда без лишней надобности, но Яли уже скрылась на кухне.

Поежившись, я обхватила себя руками, недолго постояла, глядя в пустоту, а затем мотнула головой и принялась подниматься по лестнице. Оказавшись в комнате, подошла к настенному зеркалу, с опаской всмотрелась в свое бледное лицо, столкнулась с потемневшими и блестящими синими глазами и будто вновь вернулась к неспокойному морю. Я видела в своих глазах его — бурлящее, темное… пугающее.