Прах и тлен - Мэйберри Джонатан - Страница 67

Остальная часть комнаты напоминала бойню. Пятеро мужчин валялись на полу, распластались на мебели или лежали в куче на кровати. Трое все еще стояли на ногах. Том был одним из них, двое других были охранниками. Один их охранников отходил от драки, прижав руки к разрубленному горлу, его взгляд уже становился пустым. Оставшийся стражник держал в руках мачете, но и он отходил от этого человека, этого существа, ворвавшегося в комнату в смертельной буре. Мачете упало на пол, и он поднял руки, сдаваясь.

Битва уже закончилась.

Чонг уставился на Тома. Брат Бенни казался таким же холодным и спокойным, как если бы поливал кусты роз или отрезал кусочки пирога, хотя его лицо было забрызгано свежей кровью.

— В коридоре чисто? — спросил Том тревожно спокойный голосом.

Чонг, заикаясь, ответил что-то утвердительное.

Том кивнул. Он направил свой меч на оставшегося стража.

— На этом этаже есть еще охрана?

— Н-н-нет! Двое на крыльце и мы… то есть я. Боже… не убивайте меня, пожалуйста… у меня есть свои дети.

Том сделал шаг вперед и коснулся окровавленным кончиком лезвия щеки охранника.

— Твои дети сражаются в ямах? — Искривленные губы были единственным намеком на эмоции, которые он скрывал за непроницаемым лицом.

Мужчина бросил виноватый взгляд на детей, собравшихся у стены.

— Эти дети… то есть… эй, парень, я просто делал то, что велели. Белый Медведь и его старик заправляют тут.

Том стряхнул кровь с меча, стараясь не уронить ни одной капельки рядом с детьми, которые замерли в шокированном молчании. Он убрал меч.

— Ключи, — сказал он. Мужчина очень осторожно залез в карман и аккуратно достал и протянул ключи. Том выхватил их и бросил Чонгу. — Отведи их в коридор.

Чонг бросился освобождать пленников, а Том пошел вперед, заставляя стражника пятиться, пока он не врезался спиной в стену. Том остановился, его лицо было в сантиметре от перепуганного лица стражника.

— Ты знаешь, кто я?

— Да… о боже… пожалуйста, не надо… я знаю, кто ты… не надо…

Том оскалил зубы:

— Где мой брат?

74

Бенни прижал Никс к стене, как только первые из темных фигур двинулись к ним. Яма, в которой они находились, была тридцать метров в ширину, с огромными пустыми стенами, перемежающимися с боковыми тоннелями. Факелы находились слишком высоко, чтобы до них можно было дотянуться.

— Матрасы! — выпалила Никс, и они бросились к горе старых матрасов и начали перетаскивать их к тоннелю с зомами.

Бенни присел и перевернул один, чтобы с помощью него скрыть их от глаз зомов.

— Может, это и не остановит их, — предупредил он. — И мой кадаверин выветрился.

— Лучше, чем ничего, — пропыхтела она, подтаскивая еще один и ставя его прямо. Матраса было всего три, но они неплохо блокировали половину тоннелей. — Может, это собьет их с толку, замедлит их.

Бенни кивнул в сторону одного из открытых тоннелей. Там движения не было, а свет факела лился из еще одного отверстия за дальним поворотом. Бенни потянул Никс внутрь, и они глянули вверх, чтобы понять, видят ли их Белый Медведь и толпа. Зрители выражали свое негодование и кричали мертвым пойти и добыть свой ужин.

— Думаю, все нормально, — прошептала Никс. Она сразу же вытащила низ рубашки и порылась в одежде. Бенни сделал то же самое. Они встали на колени и положили разные спрятанные предметы на землю. Заперев их в пустом номере, стража посчитала двух подростков беспомощными, но Том провел последние семь месяцев, обучая их никогда не быть беспомощными. Он сказал, что в древние времена воин-самурай никогда не был не вооружен, даже если у него не было меча, ножей или копья.

— Все оружие делается, — сказал он им однажды. — Оно сделано из вещей, которые можно найти: дерева, веревки, металла, кожи, камня. Природа всегда дает, но только умный воин может взглянуть на предложенное обстоятельствами и увидеть потенциал.

Ожидая, когда Белый Медведь придет и отведет их в ямы, Бенни с Никс посмотрели, что может предложить комната: старая арматура от лампы, осыпающиеся гипсовые стены, сухие доски, окно. Теперь, разложив это на земле, они смотрели на то, что предложили им обстоятельства. У них было несколько сломанных досок — тонких, узких кусков какого-то прямослойного дерева; несколько метров медной электрической проволоки и длинные куски битого стекла, завернутые в порванные лоскуты их кофт, — лоскуты, отсутствие которых скрыли их жилеты. Все карманы были забиты гипсовой пылью.

Из-за угла послышался громкий стон. Один из зомов добрался до конца первого тоннеля. Толпа начала радостно кричать. Бенни надеялся, что стена матрасов собьет зомов с толку. Для Бенни и Никс была важна каждая секунда.

— Поспеши, — выдохнула Никс.

Они работали так быстро, как только могли. Они положили куски побитого стекла между связками досок и с помощью проволоки привязали их. Бенни все наматывал проволоку так крепко, как только мог. Пока он этим занимался, Никс воспользовалась еще одним кусочком стекла, чтобы отрезать лоскуты от штанин, и высыпала гипс в мешочки, сделанные из этих лоскутов. Когда она закончила, они с Бенни поменялись заданиями. Она взяла самодельные топорики с лезвиями из стекла и с помощью лоскутов их джинсов обмотала доски от одного конца до другого, оборачивая их так, как древний оружейник оборачивал бы боевой топор. Бенни взял мешочки, связал свободные концы и начал запихивать их в свои карманы.

Послышался мягкий удар, когда один из матрасов упал в главную яму. Секундой спустя белая рука схватила угол матрасной стены, и появилось безжизненное лицо с черными глазами и черным ртом. Оно обошло временное препятствие, а потом повернулось к ним и застонало. Этому звуку вторили другие стоны позади него.

Бенни с Никс схватили свое оружие и начали отходить. Послышался еще один хор из стонов. В этот раз звуки доносились из-за их спины, из другого тоннеля. Бенни резко повернулся и увидел троих зомби, с трудом обходящих дальний поворот, их мертвые лица были окрашены в желтый факелами.

Высоко над ними выла толпа, а комментатор объяснял происходящее тем зрителям, которым было не видно.

— Кажется, мы приближаемся к первому раунду, ребята, — крикнул он спешно и громко. — И о! Что за поворот: каким-то образом наши соревнующиеся смогли пронести оружие.

Через главную яму теперь ковыляло восемь зомов, и еще больше выходило из бокового тоннеля, но только трое перед ними перекрывали самый простой путь побега.

— Бенни, — прошептала Никс, — нам нужно попробовать.

— Ладно, — сказал он, но его горло пересохло. — Пойдем!

С топориками в руках они бросились вперед, крича изо всех сил. В первой стае было двое мужчин и одна женщина. Ближайшим к ним был дикий на вид мужчина в изрешеченных пулями остатках защитного плаща. Он оскалился и бросился на Бенни, но как только белые руки были готовы сомкнуться на нем, Бенни прыгнул вправо, парируя хватку левой рукой, потом он развернулся и ударил зома по затылку топориком. Слои битого стекла глубоко вонзились в слабое место у основания черепа монстра. Это был хороший, крепкий удар, и, наконец, цель Бенни была выбрана точно. Зомби свалился вперед.

В то же время Никс бросилась влево из-за спины Бенни и кувыркнулась через плечо, уворачиваясь от рук второго зома. Она вышла из кувырка, сразу же приземлившись на пятки ног, и ударила топориком под колени зома. Это был один из любимых боевых трюков Лайлы. Высохшее сухожилие разошлось, как плохая веревка, и зом начал падать. Никс ударила его плечом, и существо свалилось в сторону, врезавшись в третьего зома так, что упали оба.

— Беги! — крикнул Бенни, хватая ее за плечо жилета и таща за собой. Один зом был повержен навсегда, один был покалечен и другой сможет встать, но самое важное — на данный момент все трое распластались посреди тоннеля, создавая временное препятствие на дороге.

Над ними комментатор пытался объяснить это толпе, и его слова встретил смешанный хор из недовольных криков и аплодисментов.