За границами легенд (СИ) - Свительская Елена Юрьевна - Страница 68

Прошло сколько-то времени, как во входную дверь сдержанно постучали. Опять, что ли, Син припёрся? Опять оскорблять будет? Да ну его!

И мрачно промолчала.

Незваный гость помялся сколько-то, потом вежливо и громко уточнил:

— С принцессой всё в порядке?

Так, а голос-то другой! Не Син, не Акар. Не отец. И вроде знакомый голос. Но… чей? Да и… сказать, что в порядке — и куда-нибудь припашут. К примеру, к учёбе. Хм, учёба… и голос вроде знаком. Может, один из учителей заявился, что, мол, пора бы и честь знать?.. Учебную. Мол, пример принцесса всему народу должна подавать и прочее, прочее… Учиться неохота — меня от упоминаний об стычке Акара и Сина дрожь берёт. Страшно, что вдруг Акар снова вздумает меня лапать. Даже не знаю, чего больше боюсь: его новых прикосновений или того, что мне понравится? Вот мамка моя эдак увлеклась разок — и муж в первую же ночь её вышвырнул, опозорил, кричал нарочно погромче, чтобы вся деревня слышала, что она честь свою не сберегла. Но она с чего-то увлеклась тогда с папашей. О последствиях голова её дурная тогда не задумалась. Видимо, опасное это дело, быть облапанной мужиком. Особенно, ежели они не насилуют, а эдак… аккуратно лапают и… как там слово-то? А, нежно. Да и не охота снова попадаться на глаза Сину. А он может присутствовать за завтраком и уроками. А сказать, что мне плохо, так вдруг они весь свой лес на уши поднимут? Засада, в общем.

А снаружи терпеливо ждали моего ответа.

Наконец проворчала:

— Не всё со мной в порядке, но пока не подыхаю. Живите там спокойно.

Незваный гость чуть помолчал, потом, как и следовало ожидать, дружелюбно уточнил:

— Я могу быть вам чем-нибудь полезен?

Тяжело вздохнула. Меня раздирал тяжёлый выбор: слать его подальше или не слать?.. Да и… Если послать, то в каком направлении? Чтоб, эдак, он упёрся, но меня после не прикопал в лесу под деревцем.

— У принцессы Зарёны сегодня плохое настроение? — полюбопытствовали чуть погодя.

Снова вздохнула, не зная, куда деться из-за этой заботливости.

Вдруг по причине дурного настроения можно будет уроки прогулять и на Сина с Акаром там не натыкаться? Или они шумиху разведут и лекарей толпу пригонят? А то вдруг и я копыта откину? А они тогда без наследника снова. Хотя папаша с его любвеобильностью может ещё кого сделает. Да и… кушать что-то хочется.

Выглянула из щели. Мне на глаза попалась жаба, жавшаяся в угол между шкафом и другим столом, с зеркалом.

Можно свалить всё на дурное самочувствие — и не выходить. Нет, лучше — на дурное настроение. Заодно проверю, насколько я тут свободна. Прежде-то я училась, не пытаясь увиливать, но вдруг можно отменить занятия?.. Я же всё-таки принцесса! Не то, чтобы король, но возможная наследница. Нет, уж лучше пусть брат живёт! Но я всё-таки тут и принцесса, хоть и внебрачная дочь короля. Вдруг можно прогулять?.. А я так и не узнаю?.. А ежели буду с голоду загибаться, но без большого желания, то жабу эту сожру.

Зверюга под моим взглядом сдавленно квакнула.

Интересно, а жабы вкусные?.. Вот какой-то путник в Связьгороде баял, будто где-то в Синем краю лягушек жрут. Причём, не бедняки с голодухи, а сами богатые люди, аристократы даже, и в мирное сытое время. Мы тогда этого придурка на смех подняли, всем трактиром. Он там что-то пробурчал, курицу свою жаренную попросил завернуть, сунул подмышку, сумку через плечо — и убрался от нас подальше. Но вдруг не соврал? И… если лягушек и в правду где-то жрут, то вдруг они вкусные?..

Животина отчаянно прыгнула — и забилась под шкаф. Будто мысли мои прочитала. Ну, ладно. Ежели мне с голодухи совсем будет невмоготу, то я найду способ её оттуда выковырять.

— Принцесса?.. — подал голос остроухий, не дождавшись реакции.

— А можно… Мне сегодня не учиться?

Чуть погодя, мужчина уточнил:

— А по какой причине вы желаете отказаться от занятий?

Что, мне ещё и причину нужно указать?! Тогда, выходит, запросто так не отпустят. Эх…

— Возможно, принцесса Рён обиделась на меня, — добавил второй голос.

Так… их там было двое? Сина-то голос сложно не узнать.

— И что же такого вы натворили? — строго уточнил его спутник.

— Мы… — эльф чуть задумался, потом ответил, — Мы разошлись во мнениях по некоторым вопросам.

Ага, вы с Акаром очень даже разошлись. У меня до сих пор сердце замирает, когда вспомню о его прикосновениях. И, кажется, я сейчас начинаю краснеть. Щёки горят…

Но если заикнусь об Акаре и его споре с Сином, то у второго пришедшего может возникнуть вопрос, а что Акар делал в моей спальне, да и, если вдруг всплывёт, что я тогда почти голая была, к приходу Сина… Ууу!

— И что же это за вопросы? — полюбопытствовал-таки второй остроухий.

Прям как на допросе! Без веской причины с занятий не отпустят. Ладно, раз вам нужна серьёзная причина…

Вскочила, дверь с ванной комнаты распахнула, чтобы она с грохотом приложилась о стену спальни.

— Син меня оскорбил! Видеть его не желаю!

И притихла заинтересованно. Сойдёт ли такой повод или не сойдёт?..

— В некоторых странах у людей обычаи посвободнее, чем в Черноречье, — сдержанно заметил Син, — Так что я считаю, что принцесса преувеличила серьёзность моих слов.

Преувеличила?!

— Ну, знаете…

— Нет, не знаю, — спокойно произнёс мерзавец.

— Вы… Я смолчала, когда вы меня душить стали из-за Лэра, но то, что вы считаете всех человеческих женщин шлюхами, я вам не прощу!

Тишина. Зловещая. Напряжённая. Даже птицы в лесу смолки. Все. Начисто.

Потом снаружи вскрикнули. И снова стало тихо. А, нет, новый звук возле двери или рядом с нею. То ли треск, то ли шуршанье тихое.

Вдруг прямо сквозь дверь просочился… Тин. И лицо у остроухого мужчины было такое мрачное, что мне стало страшно. Отступила к полумраку ванной комнаты.

Мы долго смотрели друг другу в глаза. И вроде бы я была упряма. И он вроде бы обычно был такой весёлый или спокойный, но сейчас…

А потом, вдруг не выдержав его цепкого тяжелого взгляда, невольно опустила глаза. И заметила серебристые искорки, летающие вокруг его левой руки, сжатой в кулак.

— Принцесса Рён! — строго сказал Тин.

— Ч-что? — от его командирского и ледяного голоса мне стало не по себе.

Застыла статуей, взгляд потупив.

И долго ничего не происходило. Птицы не пели в лесу. Только что-то тихо продолжало шуршать у порога.

Мужчина вздохнул.

Вдруг подошёл ко мне — испуганно сжалась — и ладонь мне на плечо положил. Но легко, почти неощутимо. Чуть пальцы сжал, совсем не больно.

— Рён…

Не решилась посмотреть на эльфа, так внезапно изменившегося. То он был словно разъевшийся и вечно довольный кот, как у нашего старосты, чёрный такой, пушистый, вечно валявшийся то на солнышке, то на заборе, то вдруг напомнил мне медведя, разбуженного кем-то зимой. Тот зверь тогда семерых мужиков зацепил, прежде чем его забили. Двух так и покалечил, неизлечимо. Спаслись только благодаря сыну кузнеца, что прибежал с раскалёнными щипцами, да ещё и смело рванулся к шатуну, прямо в глаз ему сунул раскалённый металл. Медведь, ослепший на один глаз, взвыл, закатался, пытаясь освободиться от раскалённого предмета. А парень сунул его ещё дальше. А там и остальные мужики и собаки, что тремя бабами были с цепи спущены, отошли от оцепенения, да накинулись.

Тин вдруг осторожно сжал моё лицо в ладонях. Позвал ласково:

— Рён…

Подняла взгляд. Он теперь не выглядел таким страшным, как когда зашёл. Просто очень встревожен был.

— Принцесса, вы случайно оговорились, что Син вам угрожал. Что он… — мужчина мрачно прищурился и взгляд у него снова стал холодным, цепким, — Что он вас душил?.. Когда это было? Из-за чего он на вас накинулся?

Так он просто… встревожился обо мне? Хотя… Нет, с чего б ему беспокоиться о жизни и здоровье простой человеческой девки? Просто так сложилось, что я внебрачная дочь его короля. И, если братец так и не оправится, останусь единственной наследницей из детей Хэла. Если они о чём-то и тревожатся, то как бы трон не остался без наследника.