Древний свет - Джентл Мэри - Страница 108

— Да. — Она сжала костлявые пальцы, и на свету блеснули ее широкие серебряные кольца. — Оттовэй сообщает, что вы делаете успехи.

— Мы заполучили рычаг воздействия, — сказала я. — Анжади здесь изолированы, отрезаны. Теперь мы этим и занимаемся. Небольшая группа во вражеской стране. Возможно, нам удастся направить джаты обратно в Решебет, Надразиир и другие порты Побережья.

В интересах взаимодействия я не сказала: то, что у них мало портов, в которые они могли бы вернуться, ничуть не упрощает задачу…

— Может быть, вы совершенно правы, — сказала Корасон Мендес, протягивая руку, чтобы отключить связь. — При условии, что у ваших ортеанцев с Побережья немного контрабандного высокотехнологичного оружия.

Я увидела на экране помехи: ее изображение исчезло.

Мягко ступая, вошел маленький аширен с черной гривой и смуглой кожей. Ке было около пяти или шести лет. На меня быстро взглянули снизу вверх похожие на черные бусинки глаза, а затем ребенок прошел по залу к отверстию Источника и погрузил в воду бокал. Ке с шумом пил.

— Аширен-те …

Ребенок шестипалой рукой, с крошечными, правильной формы когтями, откинул назад гриву со своего лица. Снова зачерпнув воды, Ке предложило бокал мне. Я прошла через зал, чтобы принять его и выпить, и когда я подняла бокал, он попал в луч солнечного света ослепительной белизны: пить из него значило пить жидкий свет, холодный, как камень, из которого бокал был сделан.

— Аширен-те , не сходишь ли ты ради меня к твоему Говорящему-с-землей? Попроси его привести сюда Т'Ан Ишиду — обитательницу другого мира, которая пришла с людьми с Побережья.

— Да, — сказал ребенок. Потом добавил: — Я сделаю так, если это заставит вас, с'аранти , покинуть этот Дом-источник.

Я смотрела вслед ребенку, когда он вышел, мягко ступая босыми ногами. Ке еще не должно было родиться на свет, когда я уже побывала на Орте. И жило бы в вечном круговороте уходов и возвращений, год за годом, как суша и море. Чтобы найти теперь мир, измененный нами или остальной Вселенной…

По полу прошуршали шаги, прервав мои мысли.

— Мне нечего вам сказать, — произнесла Прамила Ишида, пройдя по залу, чтобы заглянуть в Источник. В черной воде отражалось ее изображение: молодая женщина с желтоватой кожей, покрытой теперь глубоко въевшейся пылью, с неряшливо заплетенными в косу каштановыми волосами, в обносившейся по краям мантии мешаби .

— Я не знаю, что вам сказать… — Эти слова предназначались для того, чтобы обезоружить меня, и оказались (как я обнаружила) верны.

— Арестуйте меня, — предложила она. — Конечно, Анжади расценит это как провокацию. Или я могла бы просто остаться здесь, в Доме-источнике, как в убежище. — Она злобно ухмыльнулась.

— Если вы нужны Компании, то она заберет вас, и тогда то, где вы находитесь и что делаете, не имеет значения. Все, что я хочу знать, — это степень распространения нелегальной продажи оружия, которую разрешили вы, и где теперь это оружие. — Я сделала паузу, а затем закончила: — Какую бы преданность вы сейчас ни осознавали, некоторые вещи перевешивают. Одна из них — это перспектива возникновения здесь войны с применением средств высокой технологии.

Ее голова поднялась. Я опять увидела эти потрясающие зеленые глаза и лицо, на котором теперь было заметно какое-то чувство… не сожаление ли?

— Я ничего вам не скажу, — ответила тихоокеанка. — Это могло бы обрушить великую легенду о Линн Кристи. А насчет того, что вы угрожаете мне Компанией… Я убеждена, что хайек , все они, делают стоящее дело, а вы только болтаете попусту. По крайней мере, мне хватило смелости сражаться за то, во что верю. — Прамила улыбнулась. — Не будьте так ревнивы, мисс Кристи. Я сделала то, что вы всегда хотели сделать, но никогда не могли… связала себя с Орте. Я теперь с Сетри. Хайек — это мой народ. Многое из того, что мне пришлось делать, неправильно, но это лучше, чем вообще ничего не делать.

— Пожалуй, в этом есть доля правды, — согласилась я. — Касательно же того, что здесь неправильно, думаю, объяснять нет смысла… Уходите отсюда. Вон с моих глаз.

В куполообразном зале после ее ухода было тихо. Голоса снаружи звучали приглушенно. Сюда проникали запахи жары, мархацев и гнездовий рашаку . Солнечный свет почти незаметно переместился в послеполуденное положение, когда лучи беспощадно били в горловину Источника: сияющая вода…

Я подождала несколько минут. Но это были лишь свет и вода.

К полудню с запада по одной из дорог прибыл, подпрыгивая, вездеход. Из него вылезла Кори Мендес. Я прошла до арки входа, ощущая кожей воздух, подобный горячей воде, и увидела ее. Она отдала приказания своим офицерам, и лишь потом направилась в мою сторону.

— Я встречалась с Джэмисоном в поселении Харантиш. — Она помолчала, обводя взглядом все увеличивающееся число ортеанцев на дворе Дома-источника и в рощицах зику . Я почти увидела, как она мысленно пожимает плечами, желая отделаться от увиденного. Затем она продолжила: — Я хотела, чтобы Джэмисон проинформировал местных лидеров о том, что я намерена провести полное расследование смерти Представителя Рэйчел. К сожалению, ни эта самозваная «Повелительница», ни ее «Голос» не появляются. — Она заложила унизанные кольцами пальцы на затылок. — Я привела с собой на остров Кумиэл десять F90.

— Это две трети ваших Сил.

— Верно, — признала она.

— Если мы превысим разумную степень реагирования…

— Я не могу рисковать. Ситуация в высшей степени не стабильная. — Она бросила взгляд на вездеход. Из него вылез человек, принадлежавший, как я считала, к Миротворческим силам, но это оказался, как я увидела, Рави Сингх, исполняющий обязанности главы исследовательской группы. Корасон повернулась в мою сторону:

— Для чего вам так срочно потребовалась эта встреча и зачем было настаивать на личной встрече, а не воспользоваться связью по голографическому каналу?

Над нашими головами с шумом носились мухи хирит-гойен , взблескивая среди лозы кацсиса , взбиравшейся вверх по кирпичной кладке внешней стены.

— Это должно быть секретом, — ответила я.

Из одного флигеля более поздней постройки вышел Блейз Медуэнин, разговаривая с каким-то аширен старшего возраста. До них было слишком далеко, чтобы расслышать слова, но я увидела, как аширен прикрепил свернутое в трубочку сообщение к задним лапам рашаку и отпустил его. Они стояли, глядя ему вслед, пока тот, набрав кругами высоту, не улетел на запад, в сторону Таткаэра. Я подумала: «То, что мне известно и о чем я не могу сказать, устанавливает дистанцию между нами, между мной, Халом, Нелумом Сантилом и Кассирур…» Я смогла обнаружить такое в себе, что было за что ненавидеть Чародея.

Подвергаясь в Ста Тысячах нападениям со всех сторон, как мне помнить эти прохладные внутренние помещения Коричневой Башни? Как я могу думать о том другом, дремлющем разрушении, когда в любой миг может вспыхнуть насилие?

Рави Сингх, близоруко щурясь, подошел к нам.

— Линн, у меня есть кое-какие интересные находки.

— Какие-то новости о Рашиде или Дэвиде?

Он снова заморгал, захваченный врасплох, а затем сказал:

— Боюсь, плохие. Их требуется доставить в криокамере на Мир Тьерри. На орбитальной станции нет необходимой медицинской аппаратуры.

— Я распоряжусь. — Я взглянула на Кори. — Мир Тьерри может связаться с нами, если никто из них не сможет заговорить.

Не обращая внимания на то, что его перебили, Рави сказал:

— Те новые находки, о которых я упомянул… мы совершенно четко установили, что «помехи», воздействующие здесь на средства связи и другие системы высокой технологии, всюду пропорциональны их удаленности от зон, пострадавших вследствие войны, то есть, принимая в расчет сезонность наклонного положения планеты, действие солнечных пятен и…

— Мои навигаторы и операторы связи пользовались этим как практическим методом на протяжении двух последних месяцев, — отстраняющим тоном сказала Корасон. — Линн, давайте поговорим о встрече.