Древний свет - Джентл Мэри - Страница 144

Когда поднялся выходной люк, оттуда вырвался луч, желтый на фоне голубого сумеречного света. Пока я прошла сотню ярдов, отделявшую меня от «челнока», по трапу спустилась невысокая фигура, оглядываясь, чтобы сориентироваться.

— Доктор Акида? — Он ли это? Я поразилась. Этот изможденный сино-индиец выглядел совсем не тем человеком, какого я видела в Морврене. Комбинезон висел на нем мешком, а лицо прорезали глубокие морщины. Его глаза встретились с моими; я увидела, что он пошатывался.

— Мисс Кристи? Вы теперь Представитель? Мне нужно срочно поговорить с вами… только при соблюдении условий безопасности, прошу вас. Я вынужден настаивать на этом.

Везде на Кумиэле нас запишут, а везде в Таткаэре за нами шпионят. Я чуть не рассмеялась. Ты забываешь о том, что следует считать само собой разумеющимся. Мне вспомнилась моя прежняя подготовка, и я показала ему тропинку, что вела вниз, к берегу моря, почти незаметную теперь, в эти долгие сумерки.

— Мы переберемся в город, в правительственную Резиденцию; расскажете мне по дороге. Вы можете пройти такое расстояние?

— Конечно, я… если бы вы шли медленнее, мисс Кристи, я смог бы.

Теперь, в сумерки, серо-голубая мох-трава, когда мы наступали на ее побеги, источала аромат. На обнаженные скальные породы с запада падал последний серебристый свет Звезды Каррика, косые лучи освещали лицо Акиды, который выглядел скорее на шестьдесят, чем на сорок… «Если он свалится от слабости и болезни, что ты будешь делать?» — спросила я себя, замедлила шаги и тихо приготовила наручный коммуникатор для вызова скорой медицинской помощи.

Наконец — он еще не заговорил — я сказала:

— Молли Рэйчел оставила в Кель Харантише сообщение, прежде чем умерла. Она сказала, что считает необходимым уничтожить всю документацию Компании по исследованиям в Махерве. Зачем это?

— Чтобы обитатели этого поселения как-нибудь не услышали, что я… что мы сделали. — На небольшом подъеме он замолчал и посмотрел на тропу, уходившую вниз, к морю. Волны были в постоянном движении, температура воздуха на грани тепла и прохлады. Акида повернул ко мне голову, его взгляд был прямым: — Короче говоря, я и моя группа не проводили анализа науки древней цивилизации. Я не мог начать строить гипотезы о ее основах… это нечто столь далеко продвинутое вперед по сравнению с нашей собственной парадоксальной физикой, что мы кажемся себе детьми. А то, что мы обнаружили, — это скорость разрушения системы каналов в данном районе планеты.

— Разрушения?

— Подводя итог, можно сказать, что хотя в некоторой степени поддерживалось функционирование насосных и очистительных систем, действительного ремонта системы не было, по моей оценке, в течение нескольких сотен лет. Давать такие оценки, конечно, сложно. Как вещество, хирузет вообще не поддается никакому анализу. Однако, если иметь в виду, что это лишь оценка…

— Вы хотите сказать, что система перестает действовать. — Даже сказав это, я не верила в подобное; это обстоятельство было слишком шокирующим, чтобы говорить о нем летним вечером под таким ясным небом. Сино-индиец отрывисто кивнул и двинулся вниз по тропе.

— Молли… ныне покойную Представителя Рэйчел нужно было долго убеждать. Я хотел бы, чтобы у меня была документация, но уверяю вас: при условии доступа к системе эффективность исследований может быть удвоена. Она чувствовала, что это могло представлять опасность, если вообще стало бы известно местному населению.

— Но я не… — «верю в это, — подумала я. — Помню, как долго Народ Колдунов Харантиша обслуживал и содержал в исправности каналы».

Я помню, что Золотая Империя строила не только на день, на год или на век, а на тысячелетия.

—  Если допустить, что это верно, доктор Акида, то какова скорость разрушения? Как долго еще будут действовать каналы?

Он молчал, и я слышала звуки наших шагов по земле и шипение прибоя. Рашид убрал со лба свои прямые волосы, вытер пот. Я с болью подумала: «Боже мой, девочка, не изводи же его, когда он делает это, чтобы сообщить эти новости лично тебе!»

— Вы принуждаете меня к определенным ответам, мисс Кристи, а я располагаю лишь гипотетическими оценками. Если мои предположения верны, то я сказал бы, что от пятисот до восьмисот лет по земному стандарту.

С моря подул прохладный ветер, от которого ярче вспыхнули смоляные факелы, освещавшие паром, лежавший внизу, на береговом галечнике. Ветер донес до нас голоса. По другую сторону пролива по-прежнему был виден город-остров, а на расстоянии ярда от нас молча проскользнул рашаку-базур , и я очень испугалась этого белого призрака. Рашид Акида вытянул руку и буркнул что-то кощунственное.

— Я не полностью отделен от мира, — вдруг сказал он. — Молли Рэйчел знала, какой социальный и культурный шок это могло вызвать, и я знаю, и у меня нет желания его вызвать, поверьте мне. Вот почему я настаивал на режиме секретности. Вы всерьез думаете, что если бы я не понял этого в полной мере, то позволил бы мисс Рэйчел уничтожить все следы пятимесячных исследований?

— Я… нет, простите; я так не думаю.

— Это пять месяцев моей карьеры, моей жизни. Судя по тому, что я слышу, шансы исследовательской группы вернуться на тот континент ничтожны. Нет, я не могу относиться к этому так легко.

Получив по заслугам, я протянула руку, чтобы помочь ему пройти по галечнику. Мы дошли до кромки моря, к небольшому пирсу причалил джат-рай . А затем меня поразил смысл сказанного, и я резко остановилась. Акида раздраженно оглянулся.

— Древняя цивилизация, ее наука… вы не можете провести анализ?

Он снова вытер лоб. Когда он искал в поясной сумке обезболивающее, я видела, что у него дрожат пальцы. Он сказал:

— Отрицательные ответы невозможно подтвердить. Все, что я могу сказать, — это то, что при всех имеющихся в нашем распоряжении ресурсах информационной сети Земли нам удалось понять только основной принцип да уровень воздействия… нет, даже меньше. Я не понимаю, что за причина может лежать в основе любого данного эффекта. Я знаю, что по созданной из хирузета системе циркулирует чистая вода, но не понимаю, каким образом . У меня есть артефакты, производящие действия, но как они функционируют … — Он остановился, чтобы передохнуть.

Мне показалось, что внутри у меня завязался какой-то узел: я могла лишь стоять на этом берегу в свете сумерек, на половину оглушенная шумом волн, ощущая на своих губах соль инопланетного моря, и думать: «Соединение технологий Земли и Золотых, не так ли? Калил, ты блефуешь. У тебя нет никаких знаний, тебе неоткуда было их взять!»

—  Мы поплывем в город, — сказала я и окликнула команду парома. Узнав в одном из юных ортеанцев выходца из телестре Бет'ру-элен, я поняла, что то был посыльный. — Доктор Акида, здесь есть люди, которых нам нужно видеть.

Исчезла вся усталость: я сама могла поднять паруса служившего паромом джат-рай . Акида опустился на скамью, но я ходила взад и вперед по качающейся палубе, подходила к поручням, чтобы взглянуть сначала на приближавшуюся гавань Таткаэра, а затем на Кумиэл, пропавший в голубой тьме. На высоком небосводе начали появляться сияющие гроздья звезд. С помощью наручного коммуникатора я вышла на связь с теми, с Кем удалось, поговорила с аширен Бет'ру-элена, что бы отправить кир в Цитадель, и вернулась, взялась руками за полированные поручни из древесины зику , чувствуя на своем лице холодную морскую пыль.

На мгновение я подумала об артефактах, производящих действия, и у меня замерло сердце: кто знает, какие остатки могли уцелеть в Кель Харантише, в этой куче хлама, оставшейся от сокровищ? Затем ко мне пришло облегчение. «Если было найдено оружие, — подумала я, — то его должны бы использовать раньше. Единственной причиной, по которой мы верим в это утверждение, была возможность того, что наука Земли сумеет восстановить эти утраченные знания. А эта возможность отсутствует. Если они не могут восстановить систему каналов, то будь я проклята, если поверю, что у них есть оружие Колдунов!»